«Она, должно быть, перепугана, – гадает Энди. – Мне ведь страшно».
– Слушай, у меня к тебе просьба. – Она снимает с пояса детектор молний и, приподняв старую рубашку дочки, цепляет прибор ей на штаны. – Оставь его у себя на хранение. – Затем стягивает с шеи фульгуритовый кулон и надевает цепочку на Руби. Энди так долго с ним не расставалась, что без его привычной тяжести ощущает странную пустоту. – Это тоже. Если соскучишься по мне или тете Белле, бери кулон и думай о нас. Загадывай желание.
– И будет волшебство королевы эльфов, да, мам? – спрашивает девочка, горящими глазами рассматривая новообретенное сокровище.
Энди не понимает, о чем речь, но если Руби хочет верить в магию, кто Энди такая, чтобы ее разубеждать? Она ведь и сама пережила нечто удивительное, что словами не описать, и волшебство – не слишком плохое объяснение.
– Да, пчелка, оно самое. Здесь все волшебство, какое тебе может понадобиться.
Глава 43
НЬЮ-КОРНЕЛИЯ, АРИЗОНА
Из тусонской больницы Стивен вылетел как ошпаренный; теперь он спокойно ждет Люка и Руби возле трейлера Энди.
Те наконец возвращаются, и Люк разрешает Стивену уложить девочку спать – рядом свернулась Чили, после чего тот опять выходит на улицу, где Люк открывает пиво, развалившись на складном стульчике Энди и наблюдая, как сгущаются сумерки, а небо темнеет, становится бездонным. В это время года первыми появляются Кассиопея, Цефей и Дракон – последнее созвездие назвали в честь Ладона, мифического великого дракона, охранявшего золотые яблоки в саду Гесперид. Тот, кто их съедал, становился бессмертным. Однако Геракл победил Ладона отравленными стрелами, и тот обрел вечную жизнь в звездах, рассыпанных на карте вокруг Северного полюса.
Люк не предлагает Стивену пиво, но жестом приглашает присоединиться.
– Спасибо, что помог с Руби, – благодарит Люк. – Она тебе обрадовалась куда больше, чем ты – мне. И больше, чем Энди – тебе в больнице. А это значит, что нам надо поговорить.
Стивен колеблется, замедляет шаг, но все же садится на соседний стул.
– Слушай, мне жаль, что с Беллой такое случилось, – вздыхает Люк. – Я ей правда сочувствую. Без нее здесь станет трудно. – Всматривается в горизонт, где вот-вот появится созвездие Дракона. – И когда мы с Энди и Руби уедем, будет еще труднее, потому что вы так давно дружите… Сблизились еще задолго до Нью-Корнелии.
– Не понимаю, о чем ты.
– Да все ты понимаешь, – качает головой Люк. – Энди рассказала о вашей дружбе, о Техасе и обо всем, что там было. О вашем клубе. – Смотрит на пиво. – Я обо всем знаю.
– Вряд ли Энди стала бы делиться с тобой такими вещами… о нас.
– Ты был ей хорошим другом, заботился о ней, – не слушая, продолжает Люк. – Однако Энди и Руби нужна стабильность, безопасность и защита – гораздо больше, чем раньше.
– И ее воплощаешь ты?
Люк отпивает пива: тишина говорит громче всяких слов.
Стивен старается себя контролировать, но руки предательски трясутся и крепко обхватывают колени.
– Ты здесь без году неделя, она не успела как следует тебя узнать. Ты ей совсем чужой, – выпаливает Стивен и осекается под взглядом Люка: тот ничуть не пугается, наоборот, ему любопытно.
Тем не менее воздух накалился, появилось напряжение.
– Зато ты знаешь, да? – хмыкает Люк, вертя в ладонях банку – руки у него сильные, с бугрящимися венами, гораздо крупнее рук Стивена. – И что же ты такого успел во мне увидеть?
– Я не об этом. Ничего я не знаю… Я просто…
– Ладно, все нормально, расслабься, – кивает Люк и делает еще глоток. – Я же понимаю, она тебе нравится. И ты за нее переживаешь. Мы оба переживаем. Поэтому и приехали сюда – ради нее.
Допивает до донышка, бросает банку в грязь и приминает тяжелым ботинком, после чего приподнимает край рубашки, демонстрируя за поясом черный пистолет. Слишком массивный даже для таких сильных рук.
– Поэтому и не позволим, чтобы с ней что-то случилось, ведь так? – кивает Люк в сторону пустыни, где теперь воцарилась тьма. – Ну что, расскажешь мне что-нибудь о том Максе? Хоть что-нибудь? Что-то такое, что мне или Энди надо знать? Что-то, что ты от нее скрывал?
Стивен колеблется, вспоминая, как Уэйлен описывал автодом Люка: гладкие пустые столы. Крошечную запертую комнатку – шкафчик с секретами.
– Ты ведь не хуже меня знаешь, что Макс Конрой не устраивал погрома в трейлере Энди.
Люк пристально смотрит на собеседника, не торопясь закрывать пистолет рубашкой.
– С чего ты взял? Потому что думаешь, будто это сделал я? Или ты сам? Чтобы запугать Энди и поглубже проникнуть в ее жизнь? Ты просто ревнуешь ее ко мне, – вздыхает Люк. – Ладно, день выдался тяжелый, не хочу сейчас ссориться. – Встает. – Лучше пройдусь по окрестностям, повнимательнее осмотрюсь, чтоб никакие опасные личности сюда не пролезли. – Барабанит пальцами по рукоятке пистолета. Тук-тук-тук. Улыбается. – Не хочешь ко мне в напарники?
Стивен изучает глазами пистолет, отмечая, как спокойно, привычно и естественно ладонь Люка лежит на рельефной рукоятке. Стивен много играл в компьютерные и видеоигры, создавал персонажей-героев, за которых боролся с монстрами, но сам себя храбрецом не считал. Даже ни разу ни с кем не дрался.
– Ага, знаем мы, что бывает с твоими напарниками, – язвит Стивен. – Помнится, с предыдущим ты разбежался, а может, вообще его кинул – кто ж теперь докопается? – и в общей суматохе пальнул в него. Дважды. – Он в курсе рассказанной Люком истории – единственной, чем тот поделился с Энди. Но еще Стивен выяснил, что напарник Люка, Мэтью Арнольд Монро, подал жалобу на него аж за три месяца до инцидента со стрельбой. Этот документ так и остался засекреченным, как и досудебный договор, положивший конец полицейской карьере Люка. – Похоже, помогать тебе – дело опасное.
На лице Люка не отражается никаких эмоций.
– Так вот что ты думаешь.
Стивен смотрит на раскинувшуюся вокруг пустыню, полностью окутанную мраком, на все карнегии – изломанные угловатые кактусы, похожие на скрюченных старичков, на наступающую тьму, которой нет конца. Для сов, койотов, летучих мышей и большинства других ночных охотников пока рано. Но не для всех.
– Я вообще не считаю Макса реальной угрозой, и ты тоже, – говорит Стивен.
Люк наконец улыбается и прикрывает рубашкой пистолет.
– Спасибо тебе огромное, что помог сегодня с Руби. Не всякому дано понять, каково маленькой девочке переживать такие потрясения. – Люк достает из кармана связку ключей и бросает ее Стивену, который неловко всплескивает руками, когда она приземляется ему на колени. – Может, поедешь домой? Возьми пикап Энди, раз она сейчас на твоей машине.
Стивен зажимает ключи потной ладонью.
– Не волнуйся насчет завтра и послезавтра, – добавляет Люк. – Если понадобишься, мы тебе позвоним. Впрочем, надеюсь, я и сам справлюсь.
И он уходит в трейлер Энди.
* * *
Вернувшись к себе и больше часа просидев без движения под крошечными лампочками, Стивен бредет в теплицу, чтобы проведать растения.
Аквариум, который он собирал для Руби, все еще на прежнем месте, частично заполненный торфяным мхом и песчаной смесью, которая нужна капризным непентесам. Теперь остается только провести рукой по грунту, просыпающемся сквозь пальцы. Стивен стоит в жаркой теплице посреди буйно-зеленых красавцев-растений, которых сам посадил и выкормил, и размышляет, позвонить сейчас Энди или нет, – вдруг получится еще раз поговорить? На самом деле он понимает, что упустил свой шанс.
Стивен ничего не сделал, чтобы защитить Энди от Макса, чтобы уберечь Итана от побоев, да и в последние несколько недель тоже стоит в сторонке, позволяя Люку так оскорбительно вторгаться в жизнь Энди и Руби, – а сейчас вмешиваться уже поздно. Энди всегда хвалила ум Стивена, восхищалась его способностью осваивать новые виды искусства, хобби и игры, но в реальном, по-настоящему сложном и запутанном мире Стивену по-прежнему тяжело, а общаться с живыми людьми – трудно и больно.
