– Не переживайте по этому поводу. Я слышал, что вам нужен срочный анализ, – доктор Лим приветствовал детектива, не показав никакого раздражения.
Лаборатория была заполнена компьютерами и аналитическими машинами, функции которых были не известны Сон Чжиюну. Пустое пространство заполнял тихий гул работающих машин.
Доктор Лим подошел к колбам и ретортам, стоявшим на столе у стены. Детектив Сон удивился, что Национальная служба судебно-медицинской экспертизы до сих пор использует аналоговое оборудование для проведения анализов. Доктор перелил черную жидкость из колбы в чашку.
– Вам обязательно надо это попробовать, – сказал Лим Сугын. – Это не яд, не бойтесь.
Детектив Сон понимал по его улыбке, что эксперт шутит, но все равно не мог взять у него из рук чашку.
– Это голландский кофе, – объяснил доктор. – Я сам его сварил, используя лабораторное оборудование. Я его разбавил, но если он слишком крепкий, то добавьте еще немного воды.
Детективу Сон показалось, что кофе имеет привкус каких-то химикатов. Он сделал глоток черной жидкости. Кофе был крепковат, но растворился во рту и плавно потек вниз по горлу.
– Вкусно.
Доктор Лим удовлетворенно улыбнулся, как бариста, получивший комплимент.
– Я слышал, что палец жертвы нашли в морозильной камере. И что его убил Подражатель.
Детектив Сон кратко изложил основные детали исчезновения Ким Ёнхака, а также того, как в морозильной камере обнаружили его палец. Он также добавил, что Ким Ёнхака подозревали в убийстве жены и что они оба пропали без вести. Пока детектив Сон все это рассказывал, доктор Лим несколько раз почесал кончик брови. Казалось, это действие было бессознательным, рефлекторным.
– Итак, вы предполагаете, что Ким Ёнхака убили. Вполне логично, учитывая, что отрубленный палец был найден в морозилке. Поскольку метод совершения преступления был похож на аналогичное преступление, виновник которого избежал наказания, это убийство похоже на серию убийств Подражателя.
– Да, все верно.
– Хорошо, давайте приступим. Если мы воспользуемся новым анализатором, то получим результаты уже через два часа. Однако все, что нам даст этот анализ, – это профиль ДНК Ким Ёнхака. Чтобы действительно что-то получить, важно найти ДНК, не соответствующую этому профилю. Если это преступление совершил Подражатель, мы сможем внести его профиль в нашу базу данных. Это займет некоторое время.
– Я подожду.
– Хорошо, тогда начнем.
Доктор Лим вынул обернутый стейком палец и засмеялся. Поверхность пальца покрывал тонкий слой льда.
– Он был хорошо упакован, но я разочарован.
– Я очень спешил…
– Ах, это комплимент. Раньше были случаи, когда образцы упаковывали в обычный полиэтиленовый пакет. Если образец распадается, ДНК исчезает.
Доктор Лим Сугын протянул Сон Чжиюну стейк. Детектив вышел из экспресс-лаборатории с куском мяса в руках, который был все еще холодным, как лед. Теперь остается только ждать.
Он прошел по длинному коридору, спустился по лестнице, а затем вышел из здания, чтобы выкурить сигарету. Сигаретный дым рассеялся в ночном небе, и его возбужденный разум наконец успокоился.
Такое ожидание было ничем по сравнению с тем, как он вел слежку. Он мог всю ночь напролет ждать, когда появится подозреваемый, а тот тем временем мог не объявиться вообще. В любом случае надо дождаться результатов анализа, а это займет некоторое время. После того как он вздремнет в припаркованной машине, очертания вокруг станут более четкими.
В машине было холодно, но детектив к такому уже привык, ведь он часто вел скрытую слежку, даже не имея возможности завести машину. Сон Чжиюн застегнул молнию до горла, откинул сиденье и закрыл глаза. Усталость накатила волной, и он уснул.
Сколько прошло времени? Детектив Сон проснулся от вибрации телефона. 2:34 ночи. Звонил младший инспектор Го. Сон Чжиюн охрип, он не мог говорить нормально.
– Ну что, как дела? – первым делом спросил Го Кёншик.
– Я все еще жду. А у тебя? – спросил детектив Сон хриплым голосом.
– Немного странно.
– Почему? Что-то нашли?
– Отпечатки детектива Хан Чжису.
– Ну это было ожидаемо.
– Знаю, и для меня тоже. Но место, где были ее отпечатки, немного… неоднозначное.
– Где ты их нашел?
– На внутренней стороне полотенца. Обычно, когда открываешь что-то завернутое в бумагу, отпечатки пальцев остаются снаружи.
– Ну, я думаю, это случайность. Нельзя сказать, что обыск вообще был произведен по протоколу.
– Разумеется.
– Отличная работа. Кстати, ты что-нибудь знаешь про эту Хан Чжису?
– Лично я ее не знаю, знаю только разные слухи.
– Какие слухи?
– Около шести лет назад подозреваемый, которого она допрашивала, покончил жизнь самоубийством. После этого к ней прицепилось прозвище «мясник».
– А ну-ка расскажи мне все, что знаешь об этом.
– В общем… Подозреваемый признался в сексуальном насилии, но отрицал кражу нижнего белья у женщин, живущих по соседству. Поскольку было раскрыто более тяжкое преступление, следствие на этом собиралось передавать дело в суд. Но детектив настойчиво расспрашивала об украденном нижнем белье. В конце концов подозреваемый признался. И в итоге в тюрьме он покончил с собой – ему было стыдно, что он воровал нижнее белье у соседок, в том числе у детей и пожилых женщин.
– Сексуальный насильник покончил жизнь самоубийством, потому что ему было стыдно за кражу нижнего белья?
– Видимо, это стало последней каплей, порушившей его психологические барьеры. Как ни странно, у насильников тоже они есть.
– Значит, он спокойно жил с осознанием того, что он насильник, но не смог жить, когда осознал, что он извращенец, который ворует чужое нижнее белье?
– Получается, что так. Однако… Говорили, что допрос детектива Хан Чжису чем-то напоминал работу мясника. Вместо того чтобы установить связь с подозреваемым и создать комфортную обстановку во время допроса, она оказывала на него психологическое давление. Она цеплялась к каждой мелочи и ничего не оставляла без внимания. Обычно, если подозреваемый признается в совершении тяжкого преступления, на более мелкие уже не обращают особого внимания. Они не влияют на приговор, а если подозреваемый начнет сбиваться или отказываться от своих показаний, то это усложняет дело. Но детектив Хан была не такой, как другие. С точки зрения коллеги-детектива, ведущего расследование вместе с ней, ее стиль ведения допроса был довольно утомительным.
– Она, может, и похожа на мясника, но хороша в своей работе, не так ли?
– Вот почему она и работает до сих пор. Хотя и не знаю, как долго теперь это продлится. Но почему ты про нее спрашиваешь?
– Просто. Стало интересно.
– Что-то личное?
– Нет, точно не личное. Все, вешаю трубку. Пока, – детектив Сон завершил звонок и снова достал сигарету.
Он чувствовал, что ему нужно узнать побольше о детективе Хан. Он почувствовал жуткую горечь во рту и вышел из машины с зубной щеткой, собираясь почистить зубы вместо того, чтобы выкурить очередную сигарету. Снова зазвонил сотовый телефон. Это был доктор Лим.
– Да, доктор?
– Я нашел кое-что очень важное. Приходите скорее.
Детектив Сон побежал со всех ног. Не остановившись ни разу, он прибежал в приемную на третьем этаже, запыхавшись.
– Пожалуйста, проходите, – снова пригласил его доктор Лим. – Я нашел профиль ДНК, соответствующий профилю Ким Ёнхака.
На большом экране в центре комнаты отображались различные данные и неизвестные числа.
– Мы нашли тело Ким Ёнхака. Это расчлененное тело неизвестного человека, которое к нам поступило пять месяцев назад, и его ДНК полностью соответствует ДНК Ким Ёнхака.
– А что с ним случилось? – Сон Чжиюн задал вопрос, затаив дыхание.
– Вы помните расчлененный труп, который нашли на озере Сихва?
– А, точно!
Это дело широко освещалось в средствах массовой информации из-за уникальных повреждений тела. Хотя убийство и не входило в его юрисдикцию, он прекрасно знал об этом деле.
