Начальник О оценил, на какой чаше весов заявление инспектора Ли будет основательнее.
– В данной ситуации я буду освобожден от наказания в связи с моральной и физической утратой. Потому что суд не может наказать человека, который даже не может вспомнить совершенное им преступление.
Это был ожидаемый финал, если бы детектив Хан не спросила:
– …и ты думаешь, что выиграл эту игру, не так ли?
О Дэёну ничего не оставалось, как признать, что инспектор Ли держит рукоять меча. Теперь оставалось только ждать, кто же, включая самого суперинтенданта, лишится головы.
– Я, Ким Хён, нахожусь в здравом уме и трезвой памяти. Это признание записано свободно, на меня не оказывали никакого давления и принуждения.
Это был неожиданный поворот. Инспектор Ли заявил, что будет наказан по закону, что он знает о последствиях своих признаний.
На этом запись закончилась.
Все это было делом рук детектива Хан Чжису. Такой результат стал возможен благодаря тому, что она установила психологический контакт (отношения, основанные на сочувствии и доверии) с инспектором Ли Суином, точнее с профессором Ким Хёном.
Ким Хён доверяет ей. Но пока рано радоваться. Когда дело дойдет непосредственно до наказания, человек может передумать.
Суперинтендант не раз наблюдал, как преступники отрицали свою вину даже перед лицом веских доказательств, которые они не могли опровергнуть. Они настаивали на своей невиновности, даже когда их поймали с поличным, думая, что смогут избежать наказания. Чаще всего это происходило в случаях серьезных преступлений, вроде убийства. Даже после того, как преступник признался в полиции, он обращается в прокуратуру и утверждает, что оговорил себя, дав ложные показания под давлением следствия.
Ким Хён тоже может отказаться от своего признания в суде. Объективно говоря, было ясно, что к нему все еще не вернулась память, и это оставляло ему лазейку. Однако тот факт, что Ким Хён ведет себя так, будто все вспомнил, означает, что у него есть козырь в рукаве, которым он может воспользоваться в любой момент.
О Дэён считал, что главное сейчас – не дать Ким Хёну отказаться от своих показаний. Поэтому первоочередная задача – получить письменное признание Ким Хёна. И Чжису это хорошо понимает.
Руки Хан Чжису дрожали.
Полицейский в форме контролировал проход к лифту и запасному выходу. Вместо того чтобы воспользоваться лифтом, она решила спуститься по запасной лестнице.
Она боялась оказаться запертой в маленьком пространстве, да и журналисты, следовавшие за ней, когда лифт остановился на шестом этаже, где находилась больничная палата Ким Хёна, ее раздражали. Целая толпа журналистов поджидала в вестибюле больницы.
Все это было результатом пресс-брифинга начальника отдела О Дэёна.
Начальник О смонтировал интервью Ким Хёна и представил его психопатом, который совершал серийные убийства, не испытывая никаких угрызений совести. В итоговой версии интервью он говорил о мотивах преступления от первого лица, а не от третьего, как было на самом деле.
Общественность была возмущена тем, что его держали в больнице, и люди, посмотревшие интервью Ким Хёна, призывали к его немедленной казни. Хан Чжису вышла через заднюю дверь больницы.
Там никого не было, все было спокойно.
Чем дальше она отходила от больницы, тем меньше дрожали ее руки, а сердцебиение и дыхание становились спокойнее.
Детектив Хан вошла в переулок. Она шла мимо припаркованных в ряд машин и по привычке заглядывала внутрь. В автомобиле с темной тонировкой находился человек.
Хан Чжису резко остановилась и попыталась понять, что же он делает.
Поняв, что неподвижный мужчина в траурной одежде просто спит, она быстро пошла дальше.
Если задуматься, Ким Хён находился в совершенно невыгодном для себя положении, но смог изменить ситуацию. До этого таких прецедентов еще не было, чтобы серийный убийца, пойманный с поличным на месте преступления, теоретически мог избежать наказания. Но Ким Хён сделал это.
Пожарные нашли Ким Хёна на месте пожара в критическом состоянии. Он надышался дымом и даже пережил остановку сердца, но, к счастью, ожоги оказались несерьезными, первую помощь ему оказали быстро, и это спасло ему жизнь.
Был только один очаг возгорания, как и в поджоге, который копировал Ким Хён. Благодаря этому огонь распространялся медленно, и О Чжонтэ мог спастись через окно.
Предполагалось, что Ким Хён не ушел после поджога, а наблюдал. И, заметив, что О Чжонтэ пытается сбежать, бросился в огонь, чтобы его поймать. Для следствия это был самый идеальный финал. Серийный убийца был пойман, и, поскольку его арестовали на месте преступления, в более убедительных доказательствах не было необходимости.
Они могли бы завершить расследование, если бы получили признания по остальным, совершенным ранее убийствам. Однако, когда он пришел в сознание, ситуация перестала быть идеальной.
Придя в себя, Ким Хён не знал, почему оказался в больнице, и даже не мог вспомнить ни своего имени, ни возраста. Результат был невероятным, учитывая, что он получил только легкое сотрясение мозга.
Следственная группа не поверила, что Ким Хён потерял память. Это было естественно, ведь амнезию обычно видят только в кино.
Они подозревали, что Ким Хён симулировал, чтобы избежать наказания по причине моральных и физических потерь. Но никаких доказательств, подтверждающих это, у них не было. Лучшие врачи национальной больницы проводили медицинское освидетельствование, но не смогли прийти к какому-либо выводу. Амнезия не имеет явных симптомов, вроде сломанной кости при переломе.
Что еще хуже, следователи не смогли найти убедительные доказательства, связывающие Ким Хёна с другими убийствами Подражателя. Не помогли ни обыск его дома, ни конфискация его вещей, ни допросы его соседей. Это означало, что без признания профессора они не смогут доказать его причастность.
Исход этого дела полностью зависел теперь от Ким Хёна. В таких обстоятельствах его практически невозможно было привлечь к суду и назначить наказание, соответствующее четырем совершенным им убийствам.
Даже если ему предъявят обвинение только в одном убийстве и поджоге, на месте которого его арестовали, если будет установлено, что он психически и физически неполноценен, ему не вынесут обвинительный приговор.
У суперинтенданта было не так много вариантов действий. Либо он докажет, что потеря памяти Ким Хёна была ложью, либо заставит его все вспомнить. О Дэён решил пойти на обман, заставив его провести собственное расследование.
О Дэён превратил Ким Хёна в вымышленную личность старшего инспектора Ли Суина, собрал необходимые доказательства, чтобы тот сам провел расследование и понял, кем же на самом деле является Подражатель. Это было рискованно, но его план сработал.
Хан Чжису могла не поддержать идею О Дэёна, но в то время она находилась под следствием по делу об исчезновении Ким Ёнхака и сама была заинтересована в доказательствах того, что его убил Подражатель. У нее не было причин отказываться от предложения начальника О.
О Дэён решил привлечь Хан Чжису к этому расследованию из-за ее манеры ведения допроса. Она не пыталась установить психологический контакт с подозреваемым, а ему как раз нужен был человек, который будет отстраненно наблюдать за Ким Хёном.
Давление руководства полиции и гнев общественности в отношении серийного убийцы немного стихли благодаря утечкам в СМИ, что Ким Хён находится в критическом состоянии.
Хан Чжису думала, что в ходе собственного расследования сможет найти доказательства лжи Ким Хёна. Даже если он действительно потерял память, она была уверена, что на следственном эксперименте сможет получить убедительные доказательства совершенных им серийных убийств или заставить его признаться.
Как и планировалось, она провела следственный эксперимент вместе со «старшим инспектором Ли Суином» и собрала большую часть важных доказательств совершенных им серийных убийств. Она смогла найти то, что не удалось обнаружить следственной группе.
