Сначала Хан Чжису подумала, что ей показалось. Простыня, прикрывающая Ким Хёна, слегка пошевелилась, и она решила, что это произошло из-за непроизвольного движения в медикаментозном сне. Однако его левая рука явно двигалась не просто так. Это было движение, которое было возможно только в сознательном состоянии.
Пока Хан Чжису смотрела на кровать, начальник отдела О заметил, что ее взгляд сместился.
– Детектив Хан?
Она почувствовала, как у нее перехватило дыхание, как только она встретилась взглядом с начальником О. Он смотрел на нее в упор.
– Я размышляла о первом убийстве…
Детектив Хан начала говорить, чтобы привлечь внимание О Дэёна. Однако начальник отдела О медленно повернул голову и уставился на кровать. Как бы абсурдно это ни было, похоже, они оба думали, что Ким Хён мог проснуться.
Хан Чжису тоже с тревогой смотрела на неподвижную простыню. Если начальник О встанет и снимет простыню, станет известно, зачем Ким Хён шевелит левой рукой. Когда О Дэён слегка привстал, она не смогла сдержаться и спросила еще раз:
– Как вы убили мужа «жены в ванне»? Ни Ким Хён, ни я не знали…
Он, не отрывая взгляд от кровати, поднял руку, повернув ее ладонью к ней, тем самым показывая, что он хочет, чтобы она замолчала.
Тишина продолжалась, даже дыхания не было слышно. Хан Чжису пробормотала себе под нос, сама того не осознавая:
– Пожалуйста…
Только после того, как она нарушила тишину, намеренно ударив по столу, он снова обернулся. На его лице была улыбка. Это была улыбка человека, который полностью контролировал ситуацию.
– Код для входа я узнал во время следственного эксперимента. Мужчина, который живет один, редко их меняет. Ты так и будешь стоять?
Хан Чжису последовала его кивку, пододвинула стул и села.
– На допросе Хан Кибом заявил, что любит посидеть и расслабиться в ванне после работы. Поэтому я выбрал дождливый день. Когда на улице сыро, хочется принять ванну.
Он медленно откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и стал ею покачивать, словно под музыку.
Теперь она не могла снова посмотреть на кровать. Если она еще раз посмотрит на Ким Хёна, начальник О сдернет простыню. Он будет следить за каждым ее движением. Ей надо заставить его говорить, только так его получится отвлечь.
– Я схватил принимавшего ванну Хан Кибома за лодыжки и потянул. Это было захватывающее ощущение. Как будто я тащил большую рыбу. Теперь я понимаю, почему так много людей увлекается рыбалкой.
О Дэён посмотрел прямо в глаза Хан Чжису и поднял обе руки вверх, демонстрируя, как он взял его за лодыжки и потянул. У нее побежали мурашки по коже.
– А как насчет Ли Чжону, второй жертвы? Как вы его убили?
Начальник отдела О наклонил голову. Он посмотрел в окно, как будто приводя в порядок свои мысли. В этот момент на долю секунды Хан Чжису снова заметила какое-то движение под простыней. Это был верный признак того, что Ким Хён проснулся. Была надежда помешать планам начальника О.
– Как я получил нож, ты уже знаешь. Это было довольно сложно. Я не должен был попасть в жизненно важные органы и артерии. Этот мужчина напал на старшеклассницу и бросил ее умирать, поэтому его следовало убить таким же образом. Я бросил нож на пол, когда отправился на поиски трофея, кончик ножа отломался. Остальное происходило так, как рассказывал Ким Хён.
– Трофей?
– Ну да. Когда я забираю с собой трофей с места преступления, каждый раз, когда смотрю на него, я снова переживаю эти эмоции.
– И что же вы взяли в тот раз?
О Дэён взглянул на часы, висящие на стене. Он тоже понимает. Чем дольше они разговаривают, тем больше появляется лазеек. Но желание похвастаться своим преступлением овладело его мыслями.
– В первый раз я забрал декоративную рыбку. Думаю, ты догадываешься почему. Во второй раз я забрал фигурку медведя. Они были похожи. В третий раз – классический нож для бумаги. Это был профессор. В четвертый раз – кактус.
Фразы стали короче. Он просто сказал то, что оставалось, словно подводя итоги.
– А у детектива Сон я забрал цепочку с крестом. Его гладко выбритая голова и крест так сверкали. Я не устоял.
Он замолчал и внимательно посмотрел на Хан Чжису. Как будто искал что-то, что могло бы стать его очередным трофеем. Она вздрогнула.
– А что вы скажете насчет Ким Ёнхака, вашей третьей жертвы? Как вы убили его?
Он закинул ногу на ногу и снова посмотрел на часы. Она понимала, что развязка может наступить в любой момент.
– Я хотел убить его с тех пор, как получил отчет. Несмотря на его алиби. Я даже надеялся, что тело убитой жены Ким Ёнхака никогда не будет найдено. Потому что я хотел, чтобы тело Ким Ёнхака нашли первым. Поэтому я выбрал такой изобретательный способ убийства. Я редко покупаю сырое мясо, потому что не люблю его запах, поэтому мне было очень непросто разделывать труп. Ты очень хорошо справилась с этой загадкой, я был приятно удивлен. Найти ключ, который помог найти тело давно пропавшего мужчины. Детектив Хан, вы проделали отличную работу. Я беспокоился о том, что никто не найдет палец Ким Ёнхака. Я ведь не мог найти его сам.
Простыня снова слегка вздрогнула. Ким Хён точно не спит.
– А как насчет О Чжонтэ, жертвы четвертого убийства? И как Ким Хён оказался втянут в это дело?
– Убить О Чжонтэ было не так уж сложно. Вопрос заключался в том, как именно его убить. Надо было воссоздать поджог, который он совершил, чтобы это убийство выглядело как дело рук Подражателя. В ходе анализа Ким Хён выбрал для помощи кого-то из предыдущих жертв. Это было легко. Виноваты ли вы в убийстве, если просто выпивали с жертвой или же сообщили о пожаре? С юридической точки зрения вы не будете нести за это никакой ответственности. В конце концов, можно просто сказать, что они даже не подозревали, что его кто-то собирается убить.
– Ну а что же Ким Хён?
Начальник О скрестил руки на груди. Он явно колебался и долго молчал.
– В четвертом случае я совершил ошибку. Даже две. Думаю, я немного расслабился, потому что предыдущие преступления были совершены идеально и так и не были раскрыты. У О Чжонтэ хорошо получилось поджечь свой караоке-бар, используя туалетную бумагу в качестве катализатора, но в моем случае этот способ не подошел, потому что он проснулся до того, как огонь полностью распространился. В итоге я обжег ладони, пытаясь его удержать. Из-за этого я не мог нормально входить и выходить из офиса по отпечатку пальца.
– А Ким Хён? – повторила Чжису. – Сколько бы я об этом ни думала, я так и не смогла понять, как же он там оказался.
Он снова взглянул на часы.
– Вторая моя ошибка – профессор Ким Хён. Он был единственным, кто раскрыл мою схему преступлений. Благодаря ему в полицейском управлении Сеула заметили закономерность – что подозреваемых в нераскрытых делах, которых они отпускали, убивают. Он даже посоветовал мне приставить охрану к О Чжонтэ. Конечно, я проигнорировал это. Почему? Потому что я должен был его убить. Но по стечению обстоятельств Ким Хён пришел навестить О Чжонтэ в тот день, когда я его убил. Это был несчастный случай. Он потерял сознание, не подавал признаков жизни, и я бросил его там. Я сомневался, что он выживет. Если бы он умер тогда, из него легко можно было бы сделать Подражателя, так что было обидно. Даже обстоятельства складывались просто идеально: все убитые были подозреваемыми в нераскрытых делах, которые Ким Хён анализировал для управления. Но профессор выжил. И я стал размышлять о том, как его убить. В больнице я узнал, что он ослеп и потерял память. Как будто сами небеса мне помогали. Это было сложно, но в итоге у меня получилось сделать так, чтобы все указало на него, и он стал Подражателем.
– Что насчет меня?
Начальник отдела О наклонил голову, словно не понимая, о чем она спрашивает.
– Почему вы включили меня в свой план?
– А, ты об этом… Ты была идеальным кандидатом. Депрессия и паническое расстройство. Кроме того, есть случай, когда подследственный покончил жизнь самоубийством. Ты перфекционистка и способный детектив, но на работе ты ни с кем не общаешься, и тебе не с кем поделиться информацией. Больше всего меня впечатлило то, что ты придумала, что у Ким Хёна была дочь. Это гениально. Потому что это даже не входило в мои планы. Благодаря этому Ким Хён признался в преступлениях и вызвался понести наказание.
