– Да, он там прослужил два года, – сказал Бигс, – затем оставил службу, поступил в колледж, а потом в медицинский институт.
Губы Робертса скривились в усталой, понимающей ухмылке.
– Я видел репортаж о том, как он спрыгнул с дамбы. И я бы сразу вам сказал, что он не разбился. К тому же он чертовски хорошо плавал.
– Он был в институтской команде по плаванию, – подтвердил Бигс.
– Я смеялся до колик в животе, когда услышал эту историю с дамбой. В этом весь Ричард…
Джерард вдруг повернулся к нему и, глядя прямо в глаза, спросил:
– Как вы думаете, он виновен?
Робертс пожал плечами, отвел взгляд и вздохнул:
– Я не знаю. Но я знаю только, что Р. К. – хитрый сукин сын. Если он решил для себя обработать ее, он так и сделал. Без сомнения.
Джерард выпрямился.
– Спасибо, доктор Робертс. Если доктор Кимбл к вам обратится…
Робертс загоготал.
– О, нет! Ко мне он не обратится. Это точно! Можете быть уверены: он чертовски упрям, чтобы прийти ко мне за помощью…
– А к кому он может обратиться?
– Да ни к кому. Если ему удастся скрыться, – Робертс замолчал, прислонившись к стене своим мешковатым телом, и уставился куда-то вдаль, размышляя. Потом посмотрел на Джерарда и добавил: – Но если бы ему пришлось… На вашем месте я бы поговорил с Чарли Николсом.
* * *
Несмотря на свой потрепанный вид, Кимбл легко вписался в суету коридора в больнице округа Кук. Он двигался с уверенностью человека, давно привыкшего к таким перемещениям по зданию больницы. Он внимательно изучил правила безопасности, затем долго читал у главного лифта список отделений на этажах и удостоверился, что нужное ему отделение все еще находится на прежнем месте, где оно и было, когда он работал здесь на практике, еще будучи студентом.
На повороте коридора он остановился у указателя на стене, на котором значилось:
ОТДЕЛЕНИЕ «СКОРОЙ ПОМОЩИ»
(направо)
ОТДЕЛЕНИЕ ПРОТЕЗИРОВАНИЯ
(налево)
Он почему-то не мог сдвинуться с места. Перед глазами вдруг опять возникла картина: он с ужасом смотрит на оторванный протез руки, внутри пустота и какие-то провода и электроды. Переводит взгляд вверх – и перед ним искаженное лицо убийцы Элен…
* * *
Он очнулся и отправился в нужном направлении, вошел в приемную и сел, уставившись поверх журнала на то, что его так влекло сюда, – компьютерное отделение и картотека. Сидевший рядом с ним пациент с протезом руки на коленях улыбнулся Кимблу.
– Доброе утро.
– Доброе утро, – ответил ему Кимбл и снова притворился, что читает журнал, но краем глаза видел, что этот человек наблюдает за ним, видимо, пытаясь угадать, что делает в подобном месте здоровый, полноценный человек.
Кимбл положил журнал на столик и вышел.
Он еще не закончил все дела в больнице и сейчас перешел к следующему этапу. С момента побега у него было достаточно времени, чтобы в деталях разработать свой план. Не все, правда, обернулось так удачно, как хотелось бы, – особенно его разочаровал Гутери. Зато Николс снабдил деньгами, и теперь остальная часть плана должна осуществиться.
Кимбл направился в подсобные помещения, где держали свое снаряжение уборщицы и слесари. Он шел навстречу идущим на выход сотрудникам больницы. Спустившись на нижний этаж, он двинулся мимо шкафов, ящиков, полок, забитых различными моющими средствами и инструментом, и остановился у большой доски, на которой висело расписание работы сотрудников: дежурства, отпуска и номера личных шкафчиков. У доски на грязном шнурке болтался карандаш. Кимбл взглянул украдкой через плечо и сделал несколько важных изменений: кое-что подчистил, кое-что добавил. Ему было нужна всего лишь пара дней…
За спиной хлопнула дверца шкафчика. Кимбл резко обернулся и увидел, как какой-то служащий отправился в душ, а шкаф остался приоткрытым и из него торчал краешек служебного халата с приколотой к нему личной карточкой с фотографией.
Он не мог упустить такую возможность… Посмотрев по сторонам и убедившись, что в комнате никого нет, он вытащил халат из шкафчика.
Итак, преступление номер шесть.
Все шло по плану. Из больницы Кимбл отправился в ближайшее помещение Армии спасения, где купил за гроши подходящую форму уборщика: зеленые брюки, такую же рубашку и рабочие башмаки.
На выходе из магазина он заметил написанное от руки объявление о сдаче комнаты. Он оторвал листок и сунул его в карман.
Следующая остановка – автомат моментальной фотографии напротив магазина «Волмарт». Потом он отправился по объявлению и оказался у четырехэтажного здания с мусорными ящиками у подъезда.
Молодой парень с панковской стрижкой и серьгой в носу вышел на звонок, но, увидев Кимбла, повернулся и громко позвал бабушку. Появилась старая неприветливая полька в чулках, опущенных до щиколотки.
Ему отвели холодную, мрачную комнату в подвале, но она была хороша тем, что стоила очень дешево. Старуха сунула деньги в карман без всяких вопросов. Он уселся на кровать, ворованными ножницами вырезал фотографию и вставил ее в ворованную личную карточку.
И только после этого он позволил себе немного вздремнуть, чтобы восстановить силы после бесконечной ходьбы и бессонной ночи. Ему опять снился ужасный сон, когда у него в руках оставался протез убийцы. Кимбл отбросил протез и снова бросился за исчезающим бандитом. Человек вывернулся, и на этот раз оторвалась вторая рука, которая оказалась полой, как и первая… потом нога, потом голова… и наконец Кимбл увидел, что стоит над грудой отдельных частей человеческого тела.
И вдруг оторванная голова засмеялась.
Кимбл вздрогнул и проснулся. Он протер глаза и встал, несмотря на то что солнце было еще высоко на небе.
* * *
Джерард и Бигс приехали в Чикагский Мемориальный госпиталь, чтобы встретиться с заведующим отделением патологии доктором Чарльзом Николсом, и ждали его теперь около кабинета. Согласно досье Кимбла, а также показаниям Анжелики Флинн и Джекоба Робертса, Николс был одним из самых близких друзей Кимбла. И естественно, когда он прошел мимо секретаря к своему кабинету и был остановлен двумя ожидавшими его мужчинами, он оглядел их с тем же недовольством, которое Джерард почувствовал во взгляде сестры Флинн.
Николс провел их в кабинет.
– Садитесь, – пригласил он, указывая на стулья, после того как Джерард и Бигс представились. Он не протянул инспекторам руки, лишь закрыл за ними дверь, потом снял свой белый лабораторный халат и надел темный пиджак, который висел на крючке за дверью. Он казался раздосадованным, но нисколько не нервничал.
Инспекторы не воспользовались предложением сесть, а Николс его не повторил, лишь прошел к своему отполированному до блеска огромному письменному столу и, сощурив глаза, принялся изучать пришедших.
Бигс открыл было рот, чтобы изложить цель их визита, но Николс резко перебил его.
– Я полагаю, вы пришли по поводу Ричарда Кимбла.
– Почему вы так думаете? – спросил Джерард.
– Потом что я видел его два дня назад.
Бигс дернулся в удивлении, словно Николс ужалил его. Джерард медленно подался вперед, незаметно изучая Николса, как это делает лев перед прыжком.
– Он остановил мою машину. Я дал ему денег – все, что у меня было, – спокойно пояснил Николс. – Я говорил с ним всего пару минут.
– Где это произошло? – выпалил Джерард.
– Около нашего… – Николс поправил себя, – моего спортивного клуба. Я точно не знаю адреса, но мой секретарь вам с этим поможет.
– Он просил вас о помощи? – Джерард нервно заходил по кабинету, запоминая детали. Их было несколько: кабинет был слишком чистым, слишком хорошо обставленным. И таким же, как и сам Николс, слишком милым. Джерард повернулся, пытаясь рассмотреть фотографии в серебристых рамках на столе Николса: шикарная блондинка, похожая на манекенщицу, – под стать Николсу. И кабинету.
