– В чем?
– В этой комнате много медицинских склянок. Можно достать оттуда пробки и надеть их на кончики рапир. Посветите мне фонариком.
Рут начала возмущаться, но Мартину больше не хотелось возвращаться в эту чертову камеру, где воздух был словно пропитан злом. Впрочем, всего через несколько минут он мог оказаться в еще более ужасном месте, которое находилось с другой стороны коридора. Да еще и запертым на замок.
Мартин постарался прогнать от себя эти мысли, пока они с Рики перешагивали через сваленные в кучу мечи и кинжалы, которые со стуком катились по полу от легкого прикосновения. Мартин положил свою рапиру рядом с собой.
– Большие нужны пробки или маленькие? – уточнил Рики. – Лучше маленькие, так интереснее. Если острие… – Он замолчал, когда Мартин не ответил. Их взгляды одновременно упали на предмет, показавшийся из-под разлетевшихся рапир.
Это был кинжал шестнадцатого века: гладкое стальное лезвие, крестовина, рукоятка и металлические ножны, украшенные гравировкой. Не такой большой, как можно ожидать от этого вида оружия. Лезвие почти полностью выпало из ножен и оказалось так забрызгано кровью, что пятна растеклись по крестовине. Судя по всему, рукоятку кто-то пытался вытереть. Кровь была свежей.
– Не трогайте! – крикнул Ричард. – Никогда не знаешь…
– Почему? – Мартина вид кинжала взволновал намного меньше, чем старая зловещая камера смертника, поэтому он приподнял клинок, взявшись за край ножен и внимательно рассмотрел его. – Старинный, – сказал он, – только вот…
– Только вот что?
– Одна сторона лезвия заточена остро, как бритва. И конец лезвия такой же острый. – Он повысил голос: – Юристу и врачу лучше подойти поближе, а Рут пусть остается в стороне. Не надо, чтобы она это видела.
Повисла долгая пауза, а затем все поспешили выполнить распоряжение Мартина.
Стэннард и доктор Лорье принесли фонари. Черные глаза Стэннарда смотрели с подозрением. Доктор Лорье со звоном бросил свою толедскую рапиру поверх другого оружия и буквально на глазах преобразился. Когда Мартин передал ему кинжал и ножны, любой из его пациентов сразу же узнал бы в нем обычного доктора.
– Вот что мы нашли, – сказал доктору Мартин, – среди остального оружия. Кровь на нем… свежая?
– Совсем свежая. – Доктор внимательно посмотрел на кинжал через пенсне и прикоснулся к нему тонкими изящными пальцами. – Я бы сказал, – произнес он, втягивая щеки, – что ее пролили в последние полчаса. Но разумеется, кровь может быть и не человеческой.
– Вам не приходилось работать патологоанатомом? – спросил Стэннард.
Доктор Лорье с потрясенным видом кивнул.
– В таком случае, – продолжил Стэннард, – вы уже через несколько минут сможете выяснить, человеческая она или нет.
– Через несколько минут?
– Да, мой дорогой сэр. Вы, Рут и мистер Флит возвращаетесь домой. – Стэннард глубоко вздохнул, согнул руку в локте и посмотрел на часы. А затем улыбнулся. – Без двух минут двенадцать, – объявил он всем. – Думаю, нам с мистером Дрейком пора тянуть жребий.
Глава десятая
Через минуту все вышли из отсека в коридор между двумя дверями, обе теперь были закрыты. Кинжал в ножнах, замотанный в носовой платок, чтобы не испачкать одежду, лежал в кармане ошарашенного доктора Лорье.
Всех снова охватило состояние, близкое к истерике.
– Условия вам понятны? – спросил Стэннард.
– Вполне. – Мартин старался держаться непринужденно, но внутри у него все дрожало, как у алкоголика. – Тот, кто выиграет, запирает другого, забирает ключ, сидит снаружи и не выпускает до четырех утра, если только тот другой не начнет звать на помощь.
– Точно! – ослепительно улыбнулся Стэннард, а затем с сомнением взглянул на Рики. – Помните веревку, которой приводится в действие тревожный колокол?
– Да. А что с ней? – проворчал Ричард.
– Она очень старая. Возможно, сигнал больше не работает. Но если сегодня ночью вы услышите тревожный колокол, значит мы попали в серьезный переплет.
– Какой именно переплет?
Стэннард кивнул в сторону двери, за которой находился вход к месту казни:
– Возможно, мистер Дрейк сойдет там с ума, – ответил он.
– Почему вы, черт возьми, так уверены, – спросил Мартин, – что я буду проигравшим?
– Я везучий, – ответил Стэннард. – Никогда не проигрываю.
Судя по всему, Стэннард верил своим словам. Он, излучая уверенность, как печка излучает тепло, несколько раз похлопал себя по животу, словно его удача находилась именно там. Затем посмотрел на Рут, и его голос изменился.
– Но это не так и важно. Из чувства сострадания я хотел бы сам провести здесь время взаперти. Не думаю, что мне это доставит особые неприятности. Мой друг Дрейк обладает одним качеством, которое его постоянно подводит.
– Вы это о чем?
– О вашем воображении. Вы ничего там не увидите и не услышите, но почувствуете. И когда ваше воображение разыграется, вы в самом деле сможете увидеть, как из люка для висельников выползают тигры-людоеды вроде Хесслера, Берка Смита и хорошенькой миссис Лэнгтон, после чего ваш разум просто треснет, как фарфоровый кувшин. – Затем он повернулся и спросил: – Рут, у вас есть спички?
– Есть, – ответила Рут. – Но лучше бы не было.
– Тогда отвернитесь. Достаньте одну спичку, а потом – еще одну и отломите от нее половину. Зажмите обе спички так, чтобы были видны одни головки. Тот, кто вытянет короткую, проиграл.
Внезапно доктор Лорье запрокинул голову и рассмеялся, как священник на похоронах.
– Это так смешно, – сказал он. – Невообразимо смешно!
Стэннард слегка поклонился.
– Взяли с собой что-нибудь почитать, мой дорогой друг? – бодрым голосом спросил он у Мартина и словно фокусник вытащил из кармана маленький томик с пьесами Чехова. – Покажите! Давайте сравним наш выбор?
Мартин достал сборник рассказов.
– Что там у вас? – Стэннард принялся с интересом листать книгу. – «Берег Фалеза», «Маркхейм», «Окаянная Дженет», «Дверь сира де…». – В его ярких черных глазах сначала появилось недоумение, а затем – мягкий упрек. – Да ладно вам! Стивенсон?
– Если вы один из тех недалеких людей, которые не любят Стивенсона, то вам уже ничего не поможет разглядеть всю изысканность его мастерства, – медленно проговорил Мартин. – Но вы обратили внимание, как называется первый рассказ в книге? «Ночлег».
Стэннард вернул ему книгу:
– Точно!
Рут повернулась, держа головки спичек в зажатом кулаке. Ее рука слегка дрожала.
Наручные часы были только у Мартина и Стэннарда, однако тишина стояла такая, что было слышно, как они тикают. Мартин облизнул губы. Стэннард с легкой улыбкой кивнул на спички:
– Не хотите вытянуть первым, мой дорогой друг? Если нет, то…
– Ну уж нет! – сказал Мартин.
Они оба потянулись к разным спичкам. Рики Флит так глубоко засунул руки в карманы своей куртки, что вытянул те чуть ли не до колен, наблюдая за происходящим выпученными и полными надежды глазами. Затем оба соперника мельком взглянули на свой жребий и раскрыли ладони. Рут нервно выдохнула.
Короткую спичку вытянул Стэннард.
– Поверьте мне, – тихо и совершенно искренне сказал он, – это даже к лучшему. – Затем он резко оживился: – Мой дорогой Дрейк, вот ключ от железной двери, еще возьмите фонарь и две запасные батарейки. – Он указал на фонарь, который лежал на полу: – Мистер Флит, берите этот фонарь и выведите остальных к главным воротам. Время уже за полночь.
Мартин почувствовал, как Рики похлопал его по плечу, словно одобряя итог жеребьевки.
– Все это замечательно, мистер эксперт по призракам, но сюда нас привели вы, – сказал Рики, упершись локтями в стену и даже не пытаясь скрыть своей антипатии к Стэннарду. – Думаете, мы сможем сами найти выход?
– Ага. Вы обращали внимание на пол у вас под ногами?
– Нет, не особенно.
– В проходе, по которому я вас вел, на полу лежит толстая белая веревка. Я положил ее там сегодня днем, чтобы выбраться из этого лабиринта. Следуйте вдоль этой веревки, и она приведет вас прямо к воротам.
