– Это, – подтвердил он, облокотился на мое пальто, закинул руки за голову, закрыл глаза, будто готовясь к дневному сну. Лицо у него было почти ангельским – образу мешала только удивительно густая щетина, поблескивающая в лучах солнца.
– Арчи, – сказала я, голос уже искрился нетерпением. – Чего ты хочешь? Я же знаю, что ты будешь молчать с довольным видом, пока я не исполню твое желание. Так что говори сразу.
Арчи резко открыл глаза и улыбнулся.
– Ну, раз ты сама спросила, у меня и правда есть к тебе предложение.
– Я не стану помогать тебе разорвать помолвку Роуз, – сказала я. – И не буду рассказывать, как у нее дела.
Сейчас весь город обсуждал роман Роуз с водителем Форда, но год назад она еще встречалась с Арчи. Мне казалось, что там с обеих сторон не осталось никакой привязанности, но это не значило, что Арчи не попытается ее вернуть просто ну чтобы было.
Он в мнимом гневе вскинул руки.
– Да я бы не посмел о таком просить, – сказал он. – Я рад, что Рози счастлива. Я свое счастье тоже скоро найду, я в это верю.
Он подмигнул мне, причем так театрально, что я закатила глаза.
– Я не стану с тобой гулять, чтобы она приревновала, – парировала я.
– Фрэнсис, ты опять меня поражаешь, – сказал он, но по лицу было видно, что он вообще не удивился. – Я знаю, что ты девушка занятая, водишься с Фордом Грейвсдауном…
– Извините! Ни с кем я не вожусь! – запыхтела я.
– Да я тебя не осуждаю. Ладно, может, немного, но я терпеть не могу эту семью. Особенно Форда. Ему необязательно было выставлять всю мою семью из дома просто потому, что папа завел роман с миссис Грейвсдаун. Мы с Эриком не ответственны за решения отца. – Арчи пожал плечами – странный способ подвести итог истории про разлад собственной семьей. – А теперь приходится снимать комнатушку над «Мертвой ведьмой» с протекающей крышей и издалека смотреть, как гниет мой родной дом.
Я не знала, что на это ответить. Это была прямо трагедия. Может, я смогу обсудить с Фордом… И тут я поняла, что именно этого Арчи и хотел.
– Хочешь, чтобы я замолвила за тебя словечко перед Фордом, да? И он вернул тебе ферму?
– Ох, Фрэнсис, какая прекрасная идея! – Он выдавил из себя фальшивое удивление.
– Арчи, я не его жена – у меня нет над ним такой власти.
– Может, это пока. Но, кстати, знай, что я против твоих отношений с Фордом. Ненавижу этого козла.
– Буду знать, – отчеканила я.
Арчи чуть заерзал, подвигав под спиной пальто, будто в нем резко проросли шипы.
– Моя информация про Пеони Лейн связана с аварией, которая убила всех наследников Грейвсдаунов. Всех, кроме твоего принца Форда. Но прежде чем я тебе все расскажу, пообещай, что позволишь мне стать твоим доктором Ватсоном.
– А?
Арчи махнул рукой на мои записи и вырезки из газет.
– Хочу с тобой.
Я пристально посмотрела на него.
– Чувствую, у тебя, помимо возвращения фермы, есть иные мотивы.
– Я не помышляю о мести, честно, – сказал Арчи. Прозвучало искренне. – И никто не поможет тебе в деле Пеони Лейн лучше меня.
– С чего бы? Ты знаток гадалок?
– А с того, что в 1961 году, когда ей было шестнадцать, Пеони Лейн была арестована. За порчу «Бентли» Эдмунда Грейвсдауна. У нее не получилось по-настоящему испортить машину, Грейвсдауны оттащили свой транспорт к поместью и быстренько все починили. Но именно этот «Бентли» всего через несколько дней попал в аварию. И было еще кое-что в преступлении Пеони Лейн, чего полиция так и не узнала.
Я слушала его почти не дыша. Пеони Лейн сидела в тюрьме? Из-за порчи имущества? Может, она все-таки была мошенницей? Стала бы настоящая гадалка делать подобное, зная, что ей за это будет?
– Что упустила полиция? – спросила я почти шепотом.
– Тогда Пеони Лейн перерезала им тормоза.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что мой брат Эрик видел это своими глазами. Он был с ней – и помогал. Он показал ей, какой провод нужно перерезать.
У меня от этих новостей приоткрылся рот. Неужели Арчи хотел сказать, что Пеони Лейн виновата в смерти семьи Форда?
– Но ведь в расследовании аварии явно всплыло бы, что тормоза были испорчены, – не поверила я.
– Я же сказал, что после того, как Пеони разгромила «Бентли», машину тут же отогнали к поместью. Я не знаю, что они там ремонтировали, но вполне возможно, залезть под капот не догадались, решили, что машина испорчена только внешне. Но уже спустя два дня эта же машина впервые со «встречи» с Пеони выехала на автостраду, Эдмунд Грейвсдаун не смог затормозить, и машина врезалась в дерево на повороте.
– И никто не потребовал тщательнее расследовать аварию? Почему не проверили двигатель, колеса, угол, под которым занесло машину?
– Мы будем отличной командой, – сказал Арчи, явно впечатленный моими вопросами. – Здесь-то все и становится интереснее. Расследования вообще не было, семья решила все по-быстренькому замять. Ни вопросов, ни допросов. Машину конфисковали, да и все.
Он наблюдал за тем, как в моей голове запустились шестеренки.
– Семья, – медленно сказала я.
– Ага. А ведь в этой семье оставался только один человек. И он сделал все возможное, чтобы замести детали аварии под ковер. Твой принц, Форд Грейвсдаун.
Мое лицо исказилось от шока, но я быстро спрятала его за сомнениями.
– Посмотри мне в глаза и поклянись, что подошел ко мне не просто чтобы отомстить Форду.
Арчи даже не дрогнул.
– Ладно, это ради мести Форду. Но, Фрэнсис, я же вижу… ты тоже подозреваешь, что с этой семейкой что-то нечисто, даже с Фордом. Если хочешь узнать больше о Пеони Лейн, тебе просто придется раскапывать и секреты Грейвсдаунов. И лучше не вмешиваться во все это в одиночку. Понимаешь почему? Потому что люди, которые знают про скелеты в шкафах Грейвсдаунов слишком много, в итоге пропадают.
Глава 5
Я вижу, что руки Арчи, в которых он держит нож, мелко трясутся.
– Эмили рассказывала про этот нож? Форд якобы убил им жену… Она же ошибалась, да? – спрашиваю я Арчи.
Он не сводит с ножа глаз и мотает головой.
– Давай-ка заберем чашки внутрь, – говорит Арчи и отдает клинок мне.
Тяжелый. Выглядит так, будто однажды лежал в библиотеке Грейвсдаунов под стеклом.
Мы усаживаемся за кухонный стол, я кладу нож между собой и Арчи. Рукоятка длиной где-то в пять дюймов [256], примерно посередине пустая впадина под камень – в том месте, где обычно держишь нож. Останься камень на месте, он был бы размером с ноготь большого пальца. Я поворачиваю нож и вижу, что впадинка с другой стороны тоже пуста. Россыпь маленьких рубинов, которые я заметила у воды, ловит лучи солнца и блестит. Они расположены в странном узоре – словно созвездие. Лезвие длинное и тонкое – раза в два длиннее рукоятки, – все еще отполированное и острое. Оно словно и не лежало в реке, будто кто-то все это время о нем заботился.
– Вы видели его раньше? – спрашиваю я Арчи.
На его лице написано любопытство – кажется, мыслями он где-то далеко.
– Пеони Лейн, да? – задает он вопрос, словно не слышал моего. – Когда ты ее видела?
– Где-то час назад. Арчи, что вы знаете про этот нож? Пеони прямо сказала мне идти сюда – и что у вас для меня что-то есть. Что-то, что прольет свет на жизнь и смерть Оливии Грейвсдаун. Вы знаете, как Пеони Лейн может быть со всем этим связана?
Арчи, задумавшись, чешет шею.
– Про этот нож, про слухи и про то, как связана с ними Пеони Лейн, надо спрашивать у моего брата Эрика.
– Я не знала, что у вас есть брат!
