Мертвые куклы - Нортвуд Оливия

Зазвонивший внезапно мобильник заставил ее вздрогнуть. Сердце словно провалилось в черную дыру и затрепетало в невесомости. Дыхание участилось, ладони покрылись холодной, липкой влагой. На дисплее высветилось имя: Майкл Маккуин. Лейтенант обещал не беспокоить ее без крайней необходимости. В их отношениях этот звонок мог значить только одно: случилось нечто такое, что привело Маккуина в ужас.

Грейс раздумывала несколько секунд, прежде чем принять вызов. Гипнотизируя дисплей телефона взглядом, она надеялась, что тот перестанет звонить, что Маккуин набрал ее номер по нелепой случайности, и, если достаточно долго его игнорировать, лейтенант переключится на кого-то еще. Не сработало.

Не двигаясь с места, словно ее обувь приклеилась к полу, Грейс ответила на звонок и поднесла телефон к уху.

– Лейтенант?

– Здравствуй, Келлер. Знаю, что у тебя отпуск, и я обещал не беспокоить… – голос у Маккуина был усталым и звучал глухо, бесцветно. Он говорил медленно, будто у слов был реальный вес, с которым он едва справлялся.

– Но, – с нервной улыбкой на губах произнесла Грейс.

– Но, – повторил он и затих на мгновение. – Ты мне нужна. Дюваль, округ Кинг. Питер Линден, мужчина шестидесяти лет, недавно приобрел недостроенный мотель и решил справиться, в каком тот состоянии. Глушь, неохраняемая территория, на пару миль вокруг ни души. И знаешь, что он там нашел? Куклу. Вроде как марионетку.

– Куклу? – переспросила Грейс, слегка повысив голос. Снаружи Джеймс, услышав ее, распрямился и стал вытирать тряпкой руки, вымазанные отработанным маслом. – При всем уважении, сэр, что, по-вашему, должно было заинтересовать меня?

– То, что кукла эта сшита из человеческого тела.

– Черт, – Келлер выдохнула, зажмурилась на секунду и закусила губу. Когда она открыла глаза, Джеймс подошел к открытому окну и, вскинув подбородок, без слов спросил: «Что происходит?».

– Сержант Келлер, я хочу, чтобы ты и Нортвуд взяли это дело, – Маккуин протяжно и шумно выдохнул – Грейс поняла, что он курил. – Что скажешь?

– Да, – она ответила почти не колеблясь.

– Где ты сейчас?

– В Вашингтоне, в Спокане.

– А… Нортвуд? – Маккуин обладал исключительной проницательностью и задал этот вопрос неспроста. Пусть они и не афишировали в участке свои отношения, лейтенант обо всем догадывался.

– Со мной.

– Отлично, – он беззлобно усмехнулся. – Скину тебе координаты сообщением. Выезжайте немедленно.

Когда Грейс нажала на отбой и положила телефон на столешницу рядом с мойкой, Джеймс уже смотрел на нее с мрачной решимостью.

– Это Маккуин, – просто сказала она и покачала головой.

Джеймс, бросив грязную ткань на ящик с инструментами, ринулся в дом. Из коридора послышались его шаги.

– Я в душ, соберешь вещи? – Он подошел к ней и коротко поцеловал в губы.

Келлер слабо кивнула и провела ладонью по лицу.

– Иди.

– Люблю тебя, – между делом бросил Джеймс, а Грейс вздрогнула – она еще не привыкла, что эти слова теперь так легко слетали с его губ.

– Может, хотя бы поужинаете. Уже ведь почти все готово, – Кэролайн стояла посреди комнаты, комкая в руках подол фартука. Она выглядела расстроенной и растерянной. Ее слов Джеймс уже не слышал. Он, перепрыгивая через две ступеньки, поднялся на второй этаж и заперся в ванной, хлопнув дверью чуть громче, чем следовало.

– Прости, мам, – Грейс опустила ладони на плечи матери и поцеловала в щеку, испытав неловкость, словно внезапно обнаружила, что она выросла и теперь они с мамой поменялись местами. – Нужно ехать.

Глава третья

Одежда, предназначенная для отпуска, не подходила для работы на месте преступления. Ночи в этой части штата, вблизи океана, всегда становились по-осеннему промозглыми уже в середине августа. До Дюваля Келлер и Нортвуд добрались после полуночи. Грейс надела хлопковую рубашку, укороченные голубые джинсы и нашла на чердаке у родителей свои старые походные ботинки – вся обувь в ее чемодане была открытой. Ее слегка трясло от холода или от волнения, пока они с Джеймсом шли по освещенной прожекторами гравийной дороге. Яркий свет резал глаза после комфортного полумрака в салоне автомобиля.

Когда молодой офицер с испуганным круглым лицом и приличным брюшком, нависающим над поясом брюк, придержал оградительную ленту, Грейс показала удостоверение и, согнувшись вдвое, подлезла под ней.

Криминалисты проложили проход к мотелю брезентом. Размякшая из-за ливня земля противно хлюпала и скользила под ним. Территорию осматривали полицейские из местного управления, кинологи с собаками и специалисты из криминалистической лаборатории в белых комбинезонах-скафандрах, испачканных почти до колен. У входа в самое большое помещение стоял еще один офицер, он пропустил Келлер и Нортвуда без проверки документов, что слегка смутило Грейс. Она знала, что в маленьких городах полицейские не обладали щепетильностью, но убеждаться в этом на собственном опыте всегда было неприятно.

Недостроенное помещение, тонущее в ярком, холодном свете встретило их острым запахом разложения: тяжелая, настойчивая вонь гниющей под дождем плоти, пары строительных материалов и разбухшей древесины.

Каждый раз, когда Грейс думала: «все, меня уже вряд ли что-то удивит», случалось нечто настолько шокирующее, чего Келлер не могла принять. Словно она существовала на одной планете, а тот, кто убивал и делал кукол-марионеток из людей – на другой. Их орбиты никогда не должны были пересекаться, но время от времени это случалось и всегда приводило к катастрофе.

На строительных лесах и стропилах перетянутое тонкими джутовыми канатами висело тело парня в аляповатом костюме, будто снятом с ростовой куклы из спектакля «Панч и Джуди». [3] Не хватало только дурацкого красного колпака с кисточкой на конце. Убийца сделал из парня подобие шарнирной куклы, расчленив тело по суставам и затем небрежно сшив кожу. На участках, не прикрытых тканью костюма, на фоне бледной кожи хорошо виднелись швы. Истончившаяся, лишенная эластичности кожа, не выдержав веса отделенной конечности, порвалась, и теперь одна из голеней лежала на бетонном полу. Возле нее сидела эксперт судебной медицины. Грейс сразу поняла, что доктор – женщина: тонкая фигура под защитным комбинезоном, манера держаться, волосы, собранные в объемный пучок под капюшоном.

Не успев отойти от первого сильного шока, Келлер сглотнула и сделала шаг вперед.

– Не стоит идти дальше без костюма и бахил, – не оборачиваясь, сказала доктор, дав понять, что сейчас они на ее территории, а потом поднялась на ноги, сдвинула маску на подбородок и улыбнулась. – Доктор Мэри Кавана, криминалистическая лаборатория Сиэтла. Я бы пожала вам руку, но… – она многозначительно взглянула на свои перчатки, вымазанные чем-то отдаленно напоминавшим густую темную кровь, и сконфуженно пожала плечами.

Грейс знала, что доктор Скотт Хэмптон, с которым она привыкла работать, проходил стажировку в Вашингтоне ДиСи, работая с судмедэкспертами из ФБР над делом «Вашингтонских псов», но, не встретив его на месте преступления, все равно очень расстроилась.

– Де… – Еще не привыкшая к новому званию, Грейс покачала головой. – Сержант Грейс Келлер, – сказала она, надевая одноразовый костюм. – И мой напарник, детектив Джеймс Нортвуд.

Фотограф-криминалист делал снимки тела, от яркой вспышки хотелось зажмуриться, но глаза постепенно привыкали. Возле жертвы суетились ассистенты-ординаторы доктора Кавана, собирая улики в пластиковые контейнеры. Грейс не видела ни одного знакомого лица, пока наконец не наткнулась на профиль Арчи Моргана. Он был занят, раздавал указания подчиненным, Келлер не стала его отвлекать, но от звука его голоса стало немного спокойнее. Работать в команде, полностью состоящей из незнакомцев, ей не хотелось. Особенно, когда от преступления за милю несло хорошо спланированным безумием.

– Что можете сказать предварительно, доктор Кавана? – голос Джеймса, низкий и тягучий, как карамель, вернул Грейс ощущение безопасности. Она успела забыть, что он стоял за ее спиной и так же мучительно принимал все, что было перед глазами. Джеймс не чувствовал себя провинившимся школьником, не робел перед холодной улыбкой и темным, тяжелым взглядом доктора Кавана, в отличие от нее самой. Он выглядел слегка дезориентированным, мрачным, но не напуганным. Казалось, он смирился с тем, что увидит, еще в машине на подъезде в Дюваль, когда лейтенант Маккуин перезвонил, сообщив, что криминалисты и судмедэксперт уже прибыли на место, и даже успел поделиться подробностями.