Секрет горничной (ЛП) - МакФадден Фрида

Всё это время я жалела её. Пыталась защитить. А она говорила всем, что у меня роман с её мужем – вот почему Эмбер Дегроу ухмылялась, когда я столкнулась с ней на улице. Неудивительно, что и швейцар подмигивал мне! И никто не знал, что я никогда не была наедине с Дугласом, потому что он входил через черный ход, где нет камер и швейцара.

Нет, не с Дугласом. Я даже никогда и не встречалась с Дугласом Гарриком. Я понятия не имею, кто был тот другой мужчина.

– Где дом Венди? – спрашиваю я. – Мне нужно с ней поговорить.

– Ты думаешь, это решение? – Он качает головой. – Вокруг её дома – тысячи репортеров. И она с тобой не будет говорить. Если пойдёшь, будет только хуже.

Я знаю, что он прав, но всё равно это больно. После всего, что она сделала, я хочу посмотреть ей в глаза и спросить – почему? Но он прав. Ничего хорошего из этого не выйдет.

– Этот человек, который называл себя Дугласом Гарриком... – Энцо потирает подбородок. – У тебя есть идеи, как мы можем его найти? До него, возможно, легче добраться, чем до Венди Гаррик.

– Нет. – Я сжимаю кулаки от разочарования. – Всё, что я знаю – его зовут не Дуглас Гаррик. И я понятия не имею, кто он на самом деле.

– У тебя есть его фотография?

– Нет, не думаю.

– Подумай, Милли. Должно же быть что–то – какая–то деталь, что отличает его?

– Нет. Просто обычный белый мужчина средних лет.

– Должно быть что–то...

Я закрываю глаза и пытаюсь вспомнить образ человека, который называл себя Дугласом Гарриком. В нём не было ничего особенного – возможно, именно поэтому Венди выбрала его. Он выглядел достаточно похожим на настоящего Дугласа Гаррика.

Но Энцо прав. Должно быть что–то...

– Подожди, – вдруг говорю я. – Было кое–что!

Энцо поднимает брови.

– Да?

– Я видела, как он однажды входил в здание, – вспоминаю я. – Он был с другой женщиной – блондинкой. Я думала, что она его любовница, и, может быть, так оно и было. Но... это был многоквартирный дом. Либо он там живёт, либо она, либо...

– Это хорошо. – Энцо хрустит пальцами. – Пойдём туда и найдём либо его, либо эту женщину. Тогда узнаем правду.

Впервые с тех пор, как детектив Рамирес допрашивал меня в участке, я чувствую искру надежды. Может, есть шанс выйти из этой ситуации свободной.

Глава 61.

Энцо помогает мне убрать квартиру – она выглядит так, будто тут прошёл ураган после обыска. К счастью, у меня всего две комнаты, так что, несмотря на беспорядок, убираемся мы относительно быстро. В основном я благодарна ему за компанию – было бы очень удручающе делать всё в одиночку.

– Спасибо, что помогаешь, – говорю я Энцо, наверное, уже в сотый раз, пока мы раскладываем одежду из комода, которая теперь разбросана по всей комнате.

– Да не вопрос, – отвечает он.

Когда я бросаю рубашку в корзину для белья, замечаю, что она не такая полная, как вчера. Просматриваю одежду – чего–то не хватает.

Они забрали ту одежду, что была на мне вчера вечером.

Я грызу ноготь большого пальца, пытаясь вспомнить рубашку и джинсы, которые сняла перед тем, как рухнуть в постель. На них не было крови – в этом я уверена.

По крайней мере, почти уверена. А что, если там были микроскопические частицы, которые обнаружат при тестировании? Такое возможно. Хотя, если теория Энцо верна, настоящей крови не было, пока я была в той квартире. Но я не до конца в этом уверена.

Энцо занят тем, что запихивает одежду в ящик. Я благодарна, что он здесь, но часть меня хочет, чтобы он ушёл, чтобы я могла выплакаться по–настоящему.

Я прочищаю горло.

– Если тебе нужно идти, я пойму, – говорю я.

– Нет, – улыбается он, поднимая пару кружевных розовых трусиков с пола. – Мило. Новые?

Я протягиваю руку и вырываю их у него из рук. Он, по крайней мере, хорошо умеет отвлекать.

– Не помню.

– Понимаю, почему Брокколи так на тебя облизывался.

Я бросаю на него укоряющий взгляд.

– Энцо...

– Извини, – он опускает голову. – Я просто... не понимаю.

Мы убираемся больше часа, не упоминая Брока. Но потом он опять заговорил о нём.

– Что не так? – спрашиваю я.

– Он не тот, кто тебе нужен.

– Да, ну... – я плюхаюсь на кровать, кладу на колени скомканную толстовку. – Он хороший парень. Успешный адвокат. Был милым. Вроде бы ничего такого.

Энцо садится рядом.

– Если он такой хороший, где он сейчас?

Не могу винить его, но Энцо не знает всей правды.

– Я скрывала от него некоторые вещи из прошлого. А когда он узнал, он был потрясен. Говорил, что не понимает, кто я на самом деле. Наверное, это правда.

– То, что с тобой случилось в подростковом возрасте, не определяет твою личность, – говорит он, глядя мне в глаза. – Если он не смог понять это, значит, он не достоин быть с тобой.

У нас с Энцо не идеальные отношения, но я никогда не сомневалась, что он меня понимает. Иногда казалось, что он знает меня лучше, чем я сама.

Я знала: если когда–нибудь попаду в беду, он сделает всё, чтобы помочь.

– Иногда я думаю... – я прикусываю губу. – У нас никогда не было полностью доверительных отношений. Наверное, это моя вина, что я скрывала от него свое прошлое. Но в любом случае всё кончено.

– Ты уверена?

Я вспоминаю взгляд Брока, когда он выходил из допросной.

– Да. Уверена.

– Значит, – говорит Энцо, – если я тебя поцелую, он не ударит меня по носу?

– Нет. Но я могу.

Улыбка играет на его губах.

– Я рискну.

Он наклоняется, и я понимаю, что ждала этого почти два года. Теперь ясно, почему я не решалась переехать к Броку и рассказать свои секреты – потому что никогда не чувствовала к нему того, что чувствую к Энцо.

И он прав. Я не ударю его по носу.

Глава 62.

Мы стоим у здания из коричневого камня с шести утра. Подняться с кровати так рано было непросто, особенно после позднего вечера с Энцо, если вы понимаете, о чём я. Да и вчера я почти не спала. Но Энцо был непреклонен – мы должны были быть здесь с самого утра, чтобы не пропустить никого, кто войдёт или выйдет.

Мы одеты в то, что он называет «маскировкой». Когда он сказал это, я представила огромные чёрные очки с накладными усами, но на деле – просто бейсболки и солнцезащитные очки. У Энцо кепка с логотипом «Янки», а мне он дал бейсболку с надписью «Я люблю Нью–Йорк» – только вместо слова «люблю» – большое красное сердце. Я выгляжу, как придурковатая туристка. Это унизительно, учитывая, что я родилась и выросла в Бруклине.

– Турист – лучшая маскировка, – подмигивает Энцо. Может, он и прав, но мне всё равно это не нравится. И всё же готова на всё, лишь бы докопаться до правды, прежде чем снова окажусь в тюрьме.

Мы не можем просто стоять на месте, поэтому медленно двигаемся по округе, не сводя глаз с входа в здание. Если здесь есть чёрный ход, как в пентхаусе Гарриков, мы будем в пролете. Но жильцы приходят и уходят – надеюсь, что это единственный вход в дом.

Сейчас восемь утра. Мы уже два часа здесь, и никаких признаков таинственного мужчины – если я вообще не убила его, как считает Энцо – или его знакомой блондинки. Около десяти минут назад Энцо заявил, что голоден, и пошёл в Dunkin' Donuts через дорогу. Вернулся с двумя чашками кофе и коричневым бумажным пакетом.

– Держи, – протягивает он мне кофе.

– Что в пакете? – спрашиваю я.

– Рогалики.

– Фу. – Мой желудок сворачивает от мысли о еде. Даже не знаю, зачем спросила. – Я пас.

– Рано или поздно тебе придется поесть.

– Не сейчас. – Я смотрю сквозь солнцезащитные очки на особняк. – Пока мы не найдём его.

Я боюсь отвести взгляд. Боюсь пропустить того человека и никогда не узнать правду. Боюсь, что меня арестуют сегодня. Энцо пытается мне помочь, но он не знает, как выглядит тот мужчина. Только я могу узнать его в лицо.

– Итак, – говорит Энцо, – вчера вечером... было хорошо, да?