Другое Я (ЛП) - Тилье Франк

Примерно посередине книги, возле переплёта, Элизабет вырезала, по всей видимости с помощью тонкого лезвия, небольшой прямоугольник со стороной около одного сантиметра и глубиной в несколько миллиметров. Кончиками пальцев Сибилла достала крошечный кусочек пластика, всунутый туда. Карта памяти.

Она знала, что в руках у неё предмет чрезвычайной важности. Предмет, запрещённый в пределах деревни. Несколько миллиграммов печатных плат, которые, без сомнения, содержали зловещие секреты Лонжепина. И в этот момент ей в голову пришла ужасающая мысль. Мелисса говорила о падении во время скалолазания.

И вот так, в одночасье, Элизабет Лагранж исчезла с лица земли.

Возможно, это был не несчастный случай.

Возможно, её устранили.

60

— Чёрт, Вик, у меня тут кое-что! Подойди-ка посмотри.

Вадим только что повесил трубку. Он смял листок в руках своего коллеги.

— Антим Лаборд, числится в списке «S, - умер 19 мая этого года в автокатастрофе, по словам сотрудника мэрии, с которым я только что разговаривал. Это совпадает с периодом приема каптагона анонимом из Марэ. И посмотри, чьё имя стоит вверху листа, ты просто не поверишь…

На бумаге было изображено лицо молодого человека с длинной рыжей бородой, коротко подстриженными волосами и щеками, усыпанными веснушками. Антим Лаборд выглядел едва вышедшим из подросткового возраста, хотя ему было уже двадцать четыре года.

— Виньоль…, — прошептал Вик, бегло пробежав глазами по всему изображению.

Вадим кивнул.

— Виньоль, да…

Именно он создал эту карточку. Инструкция была такой же, как и в случае с Лубной Кадаши: в случае проверки Антима Лаборда на территории страны или на границе передать информацию в орган, выдавшему карточку.

Сразу же Вадим набрал другой номер.

— Я звоню жандарму, который расследовал аварию…

После трёх гудков трубку сняли:

— Лейтенант Морель, Специальный отдел полиции Гренобля. Я хотел бы поговорить с майором Альберти. Дело срочное…

Через несколько секунд, положив трубку на громкую связь перед собой, он кратко объяснил собеседнику ситуацию: в ходе расследования их дела выяснилась личность Антима Лаборда, и им нужна была информация об обстоятельствах его аварии.

— Автомобиль съехал с дороги в районе Жаржае, примерно в десяти километрах от Гапа, — пояснил жандарм. Машину жертвы нашли на дне оврага после падения с высоты более сорока метров. Могу вам сказать, что от неё почти ничего не осталось. Тело разорвано в клочья, череп разнесен, кусочки мозга разлетелись даже на окружающие скалы… Единственное, что осталось более или менее целым, — это его документы. К счастью, он носил их с собой…

Вик сел на угол стола, прислушиваясь, все еще держа лист в руке.

— Лаборд живет в квартире в Эшироле, куда мы сразу же и направляемся. Параллельно оповещаем DGSI, так как этот человек числится в списке «S. - Когда мы прибываем к нему домой, обнаруживаем две гранаты, пистолет Токарева ТТ-33, Коран и различное короткоствольное оружие. Жертва была радикализирована и, судя по некоторым документам, найденным на месте, собиралась совершить террористический акт в торговом центре Лиона…

Вадим прижал ладонь ко лбу.

— Вы подтверждаете, что именно вы первыми прибыли к нему домой? — вступил в разговор Вик. — DGSI не опередила вас?

— Невозможно, мы вошли в квартиру через две минуты после того, как сообщили им. Кстати, это был наш единственный момент свободы действий. Как только они прибыли, всё было кончено. Они отобрали у нас дело.

Как и в случае с Кадаши. Схема повторялась в мельчайших деталях.

— Понимаю… Полагаю, вы провели биологические анализы для официальной идентификации тела, найденного на дне оврага?

— Конечно. Сравнительные тесты на основе судебно-медицинских проб, взятых с трупа и в ванной комнате жертвы…

— Расчёска, зубная щётка?

— Да, именно такие предметы, на которых наверняка можно найти ДНК. Но в чём…?

— Что показала токсикология? — перехватила Вик. — Наркотики? Следы каптагона?

— Они были найдены в его доме, но не в его организме. Зато вскрытие показало, что у Антима Лаборда была серьезная проблема с сердцем, какая-то кардиопатия, не знаю точно, признаюсь, мне нужно заглянуть в отчеты, чтобы найти точное название. Как бы то ни было, это могло объяснить, почему он съехал с дороги. Сердце, без сомнения, не выдержало, пока он был за рулем. Знак судьбы, спасший множество жизней… К сожалению, поскольку я больше не веду это расследование, я не смогу предоставить вам больше информации.

Выудив ещё немного сведений, Вадим поблагодарил его и повесил трубку. Вик уже встал. Он ходил по комнате туда-сюда, кивая головой, словно ведя внутренний монолог.

— Я понял, как им удаётся фальсифицировать анализы…

— Кто это, - они»? Ты же не думаешь о… DGSI?

— Ты тоже об этом думаешь. Сколько терактов ежегодно предотвращают антитеррористические службы, и об этом абсолютно никто не знает? Несколько десятков?

— Чёрт, Вик…

— Представь… Виньоль никогда не прекращал слежку за Лубной Кадаши, вопреки тому, что он утверждает. Наступает момент, когда он из надёжного источника узнаёт, что она собирается совершить террористический акт. Её задерживают прямо перед тем, как она успевает действовать, в строжайшей тайне. И вот тут всё решается: они делают так, чтобы её приняли за мёртвую…

Вик взял фотографию обугленного тела, снятую в машине, и сунул её в руки своему напарнику.

— У них уже есть подменный труп. Труп, ДНК которого они размазывают по предметам, которые ребята из криминалистики обязательно анализируют — те, что находят в ванной…

Вадим без труда представил себе эту картину. Зубная щетка, которую засовывают в рот мертвицу. Её волосы, которые расчёсывают, стараясь вырвать несколько прядей вместе с корнями. Труп, который укладывают в машину, а потом поджигают. Сожжённые останки. Неузнаваемые…

Вик продолжил:

— Эти предметы остаётся только подложить в квартиру настоящей Кадаши, конечно, подменив остальные, — и дело сведено на нет. Следователи, ведущие дело, выполняют свою процедуру, и с подтверждением ДНК террористка исчезает из поля зрения, официально признанная умершей. На самом деле её где-то держат под замком…

Полицейский был ошеломлён собственным выводом. DGSI, инсценировка, фальсификация улик…

— И с Антимом Лабордом они поступили точно так же.

Это было настолько грандиозно, что казалось нереальным. Он бросил взгляд на своего напарника. Вадим молчал. У него были расширенные зрачки. Он был где-то далеко.

— Ты думаешь, я не в теме? — спросил Вик.

Его напарник по-прежнему не шевелился. Вик уже начал беспокоиться, когда внезапно Вадим вскочил со стула, схватил куртку и, не сказав ни слова, вышел, оставив его одного.

Едва вернувшись домой, Вадим в полном смятении бросился в подвал. Он надел пару латексных перчаток и хирургическую маску. В его голове что-то щелкнуло, пока Вик излагал свои аргументы. Невероятная, абсурдная нейронная связь — пожар, разгоревшийся в глубине его мозга, который он должен был потушить как можно скорее.

Спортивная сумка, из которой он несколько дней назад достал карабин и верёвку, всё ещё лежала на месте. Вадим открыл боковой карман и достал одну из старых бандан, которые Элизабет повязывала вокруг головы, когда лазала по скалам. Он сунул её в пакет для вещественных доказательств, промаркировал его вымышленным номером, а затем осторожно завязал. Он взглянул на часы. Скоро 17:00. Он успевал сдать его в криминалистическую лабораторию.

Через полчаса он передал запечатанный пакет молодому технику, который уже занимался биологическими анализами Меропы.

— Я знаю, что сегодня пятница и тебе наверняка хочется, чтобы неделя поскорее закончилась, но мне срочно нужен анализ ДНК. Прости, это действительно не может подождать до понедельника…

Парень осмотрел содержимое сумки, а затем кивнул.