Но по Аниному виду невозможно было догадаться о ее мыслях. Она тоже присела в реверансе, как ее учили, и вскинула маленькую руку в перчатке. Женщины и мужчины выпрямились, вновь заиграла музыка, зазвучали голоса.
Аня огляделась. Ее дедушка должен был сидеть в дальнем конце зала на резном дубовом троне, а папа – рядом с ним. Она хотела рассказать им важную новость про Фелин, однако ни того ни другого на месте не оказалось.
Но король никогда не опаздывал. Девочка подняла руку, чтобы погладить Галлию по голове, и старая птица ласково ущипнула ее за палец.
Зато в дальнем конце зала стоял дядя Клод и со смехом слушал рассказ очень красивой дамы. Заметив Аню, он направился к ней через зал быстрыми шагами. Девочка с удовольствием отметила про себя, что у него на бровях пыль и паутина. Дядя Клод будет страшно недоволен, когда обнаружит на себе грязь, – он всегда аккуратен до чрезвычайности. Его перчатки, галстуки и жилеты славились золотой вышивкой на весь остров. Впрочем, сегодня он был без перчаток.
– Как поживаешь, Аня? Ты себя хорошо ведешь?
Что можно на это ответить? Ане всегда хотелось спросить: «А ты?» Но она не успела ничего сказать, потому что двери открылись и появился папа.
Старший дворецкий объявил:
– Его королевское высочество принц Аргус Виллум Арджен, граф Самых южных озер, старший управляющий Крылатого леса и наследник трона.
Каждая женщина присела в низком реверансе, каждый мужчина склонился в поясном поклоне. Папа ответил поклоном и вскинул руку, разрешая всем выпрямиться, но сделал он это как-то автоматически, и вид у него был немного растерянный.
Папа подошел не сразу – нужно было поприветствовать дипломата с Каруты, потом обменяться поклонами с генерал-майором. Наконец он приблизился к дочери и погладил ее по щеке:
– Аня, извини, что опоздал. Где твой дедушка?
– Повезло тебе, Аргус, что отца еще нет, – заметил Клод. – Но я рад тебя видеть. – И он внезапно стиснул брата в объятиях.
Аргус удивленно рассмеялся, но на объятия ответил.
– Извини, Клод, я получил записку, призывающую меня в библиотеку в восточном крыле. Думал, какое-то важное дело.
– В библиотеку? – переспросила Аня. Библиотека располагалась рядом с дедушкиными покоями, но в шесть часов вечера ее запирали и выключали свет. – А кто прислал записку?
– Не знаю, – ответил папа. – Когда я пришел, там никого не оказалось. Ерунда, конечно, но лучше сообщить об этом королю. – Он осмотрелся по сторонам. – Где он?
Веселье было в самом разгаре. Нежно пели виолончели; знаменитости, ученые, пророки и аристократы стояли группами и беседовали. Три кентавра не сводили глаз с наследника престола.
Аргус повернулся к дворецкому:
– Пожалуйста, пошлите за королем в его покои.
Дворецкий направился к двери, но не успел дойти. Толпа заволновалась, шарахаясь от птицы, которая влетела в зал со скоростью пушечного ядра. Это был Корен. Он ворвался в открытое окно с пронзительным воплем, который Аня запомнила на всю жизнь:
– Убийство!
Музыка оборвалась. Двери распахнулись, и в зал вошли начальник охраны и его помощник. Смуглое добродушное лицо начальника было искажено – страхом, а может быть, яростью. В руке он держал стакан с красной жидкостью.
– Милорд, король мертв.
Послышались вскрики, визг, шипение. Ане показалось, что земля уплывает у нее из-под ног. Папа взял ее за руку и прижал к себе.
– Он был отравлен.
– Отравлен? – Аргус отчаянно огляделся, словно искал разумное объяснение происходящему, но тут же отдал приказ: – Заприте ворота замка, чтобы никто не мог его покинуть.
– Это мы уже сделали. – Начальник был очень бледен, но говорил спокойно. Он знал, что делать в подобных ситуациях. – С вашего позволения, мы запустим в зал огненных птиц.
– Конечно. Немедленно.
– Скорее! – добавил Клод.
– Дедушка, – прошептала Аня.
Он не мог умереть, это было невозможно. Девочка попыталась вспомнить, о чем говорила с ним в последний раз. Только бы о чем-то хорошем.
Аргус обнял дочь за плечи.
– Не волнуйся, милая, я с тобой, – тихо сказал он.
Огненные птицы обитали в лесу. По их перьям постоянно пробегал огонь, а чувства были невероятно обострены. Благодаря своему тонкому обонянию огненная птица могла уловить запах гриба, растущего на другом конце леса.
Птицы эти отличались дикостью и свирепостью, но давным-давно какой-то древний король, который боялся погибнуть от руки других королей из соседних государств, велел выдрессировать несколько птиц, чтобы они чуяли любой яд. С тех пор в замке постоянно жила небольшая стая – в последние годы птицы проверяли на наличие отравы вина, которые присылали в подарок повелители других островов. Их называли Ядовитой стаей.
– Дамы, господа, просим вас оставаться на своих местах, – обратился к гостям Аргус. – Прежде чем все разойдутся, мы должны провести проверку. Огненные птицы сразу почувствуют малейшие следы яда.
Двери снова открылись, и в зал влетело пятьдесят красных птиц, рассыпая вокруг огненные искры. Они с воплями закружили по залу, а люди под ними заметались с криками, смахивая с себя горячий пепел. Двое мужчин кинулись к двери и попытались оттолкнуть гвардейцев, чтобы выскочить вон. Те выхватили мечи.
– Пожалуйста, сохраняйте спокойствие! – воскликнул начальник охраны. – Невиновным бояться нечего.
Птицы летали от человека к человеку, присаживались на каждого буквально на мгновение и тут же перепархивали на следующего. Аня видела, как одна женщина, схватившись за голову, опустилась на пол и вздрогнула, когда горячие острые когти коснулись ее ноги. К женщине тут же поспешила придворный врач госпожа Феррара.
Птицы пролетели над Клодом, не обратив на него ни малейшего внимания, хотя он следил за ними широко раскрытыми глазами. Но только Аня облегченно вздохнула и мир вокруг нее перестал вертеться каруселью, как вдруг птицы пронзительно завизжали – злобно, яростно, надрывно. Одна из них упала камнем на Аргуса и выхватила из его кармана флакон с темной жидкостью.
На суровом, внимательном лице начальника охраны отразился ужас. Он взял флакон и отвинтил крышку.
– Доктор Феррара?
Та задохнулась от возмущения.
– Что это? – В голосе Аргуса зазвенели панические нотки. На Аниной памяти такое случилось впервые. – Это не мое!
Доктор Феррара перевела взгляд со стакана на флакон и обратно.
– Принц Аргус, в этом флаконе та же жидкость, что и в стакане. Именно она убила вашего отца.
Клод уставился на брата:
– Аргус?
– Клод, я впервые в жизни вижу этот флакон!
– Брат, что ты натворил?
– Ничего! Это неправда! – Он сказал это Ане, Клоду, всему залу, в котором стояла мертвая тишина. – Скажите, что верите мне!
– Папа! – Аня, словно очнувшись, кинулась к отцу, желая обнять его, коснуться руки, лица, но гвардейцы удержали ее. – Папа, я тебе верю!
К Аргусу подошел начальник охраны с серебряными наручниками.
– Милорд Аргус Арджен, я вынужден арестовать вас за убийство короля Элама Четвертого.
И тут какой-то молодой официант задумчиво произнес:
– Я видел его в Восточном крыле… Видел его у двери, ведущей в покои короля!
– Не дай им увести тебя! – Аня с криком вырвалась из рук гвардейцев и бросилась к отцу. – Отбивайся, папа! Беги!
Но ее снова схватили и подняли на руки. Гвардейцы оказались ужасно сильными, однако Аня брыкалась, плевалась, кусалась, выкручивалась и тянула руки к папе.
– Пустите меня! Я приказываю! Я принцесса! Я вам приказываю!
Но толпа уже расступилась в стороны, и папу вывели из зала.
В последний момент он успел обернуться:
– Аня, держись!
И дверь за ним захлопнулась.
Ярость
