Когда Хафт наконец смог убедить Джеффри Катценберга из Disney записать фильм на студии Touchstone Pictures, тот поставил условие: Катценберг хотел добавить в фильм комедийный элемент, а режиссером фильма должен был стать Джеф Кэнью, который снял непристойную комедию про студентов колледжа «Месть придурков». Другими словами, как сказал Хафт, он хотел, чтобы получился фильм «Мертвый смешной поэт» (Dead Funny Poet Guy).
Создатели фильма провели несколько месяцев в поисках актерского состава и объявили общенациональный поиск представителей клана мятежных студентов под названием «Поэты», но самым сложным оказалось найти актера на роль ключевого персонажа – мистера Китинга. «Эта роль подошла бы Питеру О’Тулу из «Goodbye, Mr. Chips», потому что был нужен потрясающий актер, – говорил Хафт. – Но, к сожалению, режиссер ”Придурков“ не может рассчитывать на крутого актера». В итоге за несколько дней до начала съемок в Грузии было всего несколько актеров, готовых сыграть эту роль, включая Алека Болдуина и Лиама Нисона, которые в то время были еще не слишком известными; и Кристофер Рив, выбор которого был большим риском с учетом франшизы «Супермена».
Обратились и к Робину, но он неоднозначно отнесся к проекту и решил посоветоваться с Дэна Карви, который уже работал с Кэнью в комедии «Крутые мужики», но тот не привнес ни капли ясности. «Даже не знаю, надо подождать», – сказал он.
Disney упорствовал, результат был нулевой. «Робин не отвечал ни да, ни нет», – говорил Шульман. Тем не менее, велась предварительная подготовка, строились декорации, первый день съемок был назначен на ту дату, когда все ожидали, что Робин все-таки придет. А он не появился. «Он и не обещал, – рассказывал Шульман, – но Disney продолжал торопить его с решением. И в тот день, когда Робин не пришел, они остановили съемку и уничтожили декорации». Кэнью и актерская группа были распущены.
Фильм возродился, когда Disney предложил поработать над ним Питеру Уиру, американскому режиссеру таких захватывающих фильмов, как «Пикник у Висячей скалы» и «Последняя волна», и который совсем недавно снял мегапопулярный триллер «Свидетель» с Харрисоном Фордом в главной роли. Выросший в Сиднее, Уир посещал шотландскую школу-пансион, не похожую на описанную в сценарии Шульмана, в ней допускалось телесное наказание и девизом было Utinam Patribus Nostris Digni Simus («Да будем мы достойны наших предков»). Он никогда не приукрашивал этот период жизни. «Как только ворота школы открылись, я из них выбежал, – рассказывал Уир. – Я был счастлив уйти оттуда». Позже, в Университете Сиднея, у него был крайне негативный опыт в общении с преподавателем литературы, когда тот назвал одно из любимых стихотворений Уира «Больная роза» Уильяма Блейка низкопробным.
«Вот насколько плохой может быть школа, – говорил Уир. – Радость образования, безусловно, в том, чтобы дать вам инструменты общения, чтобы справиться с самим собой в мире и ухватить все необходимое в жизни». Возвращаясь на самолете в Австралию, Уир пролистывал сценарий фильма с интригующим названием, который дал ему Катценберг: «Общество мертвых поэтов». «Что это? Кто они? Я должен был прочитать, чтобы узнать все».
Как только появился более известный режиссер, фильм предстал перед Робином в новом свете. Он вызвал у артиста воспоминания о собственных годах учебы в консервативной Детройтской дневной школе, о вольнодумных учителях, таких как Джон Кемпбелл, учитель истории и тренер по борьбе. Сценарий затрагивал темы невиновности и опыта, а также тему того, как искусство прорывается сквозь баррикады традиций. «Он рассказывает о чем-то теплом, сердечном, о следовании за мечтой, порой до трагического конца», – рассказывал Робин. И хотя он в открытую об этом не говорил, но это была история о молодом человеке, мечтавшем стать актером, и суровом отце, который желал более достойной карьеры для сына.
Теперь Робин хотел принять участие в фильме, но как только все собралось воедино, Хафт сказал: «Все зашаталось». Дастин Хоффман заинтересовался ролью Джона Китинга, но при условии, что он параллельно будет и режиссером фильма, но эта спорная ситуация разрешилась сама собой, когда актер подписал контракт на фильм «Человек дождя» с Барри Левинсоном и Томом Крузом. Существовали также сомнения относительно того, сможет ли Уир вытерпеть склонность Уильямса к непостоянству. «Если Питеру предложить на выбор быть президентом какой-нибудь страны или папой римским, он бы выбрал второе, – говорил Хафт. – Питер был духовным лидером всей съемочной группы. По его мнению, у Робина было слишком много дел, помимо съемок. Он считал, что Робин общается с неземными существами. Поэтому совместная работа этих двух людей представлялась очень непростой».
Марк Джонсон, продюсер «Доброе утро, Вьетнам» в Touchstone, дал Уиру совет, как работать с Робином. «Первое, что надо сделать, отснять все по сценарию, – рассказывал он. – Слово в слово. Как только этот материал у вас есть, ты отпускаешь бразды правления и говоришь: ”Теперь ты!“, развязывая ему руки. Ты садишься с ним, и вы из материала, который ты никогда не видел, и с актерами, которых ты вполне возможно и знал, делаете такой шедевр, какой ты не мог себе даже представить».
Когда в команде появился Робин, Уир вместе с Шульманом сели дорабатывать сценарий, чтобы продемонстрировать сильные стороны главного персонажа, в том числе не пренебрегая вкусами режиссера. Временные рамки истории переместили в конец 50-х, когда Уир еще учился в школе, а момент, что Китинг был болен, убрали из сценария. «Питер Уир сказал мне: ”Это лишнее»“, – рассказывал Шульман. – Он сказал, что ребятам очень легко вступаться за слабого и умирающего. А если герой не умирает, то они защищают то, чему он их учил, а это гораздо сильнее. И я с ним согласился. Но надежда, что получится этот момент не выбрасывать, все еще теплилась». Когда Шульман и Уир первый раз встретились с Робином обсудить сценарий, то режиссер сообщил, что будет одно кардинальное изменение. «Мы собираемся изъять сцену со смертью, – вспоминал Шульман. А Робин ответил: ”Отлично“».
Кастинг на роль «Поэтов» начали с нуля, хотя некоторые из ранее отобранных актеров для версии Кэнью пришли снова, в том числе Итан Хоук, который сыграет роль безумно застенчивого ученика Тодда Андерсона, и Джош Чарльз, получивший роль по уши влюбленного Нокса Оверстрита. Роберт Шон Леонард сыграл роль Нила Перри, ученика, которого отец, отрицая его художественные начинания, довел до самоубийства, Дилан Кассман – старшеклассника-перебежчика Ричарда Камерона, а Гейл Хэнсен, двадцативосьмилетний актер с детским лицом, которого попросили скрыть свой возраст от других актеров, прекрасно вжился в роль беспечного Чарли Далтона (который себя называл Нуванда). Съемки должны были начаться в конце осени в Делавере, в основном в кампусе школы Святого Эндрю в Уилмингтоне, которая должна была изображать вымышленную Академию Уэлтона.
Робин участвовал в последних спектаклях «В ожидании Годо» в Нью-Йорке, а это означало, что до декабря он не сможет приступить к съемкам. Он успел только раз принять участие в коллективном чтении сценария перед тем, как команда переместилась в Делавер и приступила там к работе. Молодые Поэты были преимущественно молодыми актерами, которые восхищались Робином – когда они с ним познакомились, многие были очень напуганы, пока он не приложил усилий, чтобы все почувствовали себя расслабленно. Хэнсен, изучавший актерское мастерство в одной из престижных школ Нью-Йорка, вспоминал, что как только закончили читать, Робин подошел к нему и пожал ему руку, «хотя, ему это было совсем не нужно».
Он этим хотел сказать: «У нас много общего, – говорил Хэнсен. – Вчера я разносил горячую еду, а Робин вдруг произнес: ”Ты учился с Сэнди Мейснером, а я с Джоном Хаусменом в Джульярде. У нас обоих одинаковое прошлое“. И так с каждым. Он находил то единственное, что его с тобой связывало. Это было так мудро: ”Ты можешь мне доверять. Мы можем вместе играть“».
