Воспоминания участников штурма Берлина - Криворучко Александр

Первое организованное сопротивление врага мы встретили лишь на десятом километре по выходу из Бернау. Боевые машины только что вышли из Баха, и навстречу нам из мелкого сосняка справа от дороги показались пять вражеских танков с автоматчиками.

Наши танки быстро приняли боевой порядок. Пехота соскочила с брони и залегла. Завязался бой. Часть танков обрушила огонь по вражеской пехоте, остальные завязали огневой бой с вражескими машинами. Бой был быстротечный. Через несколько минут одна за другой вспыхнули и запылали подбитые нами две вражеские машины. Остальные, не выдержав обрушившегося на них огня, поспешно развернулись и скрылись в лесу. За ними в панике побежала и немецкая пехота…

В таком же стремительном темпе происходило дальнейшее движение колонны. Она двигалась скачками от одного населенного пункта к другому, то круто поворачивая на север, то устремляясь к западу.

Все-таки за день нас несколько раз настигали немецкие самолеты. Обстреливали и бомбили. Ночью с воздуха опасности не было, но двигаться стало труднее.

Нам, пехотинцам, то и дело приходилось соскакивать с брони и автоматным огнем прочесывать рощи, уничтожая „фаустников“ и гранатометчиков, пытавшихся подобраться к танкам. В свою очередь и танкисты не раз выручали нас из беды, сметая огнем пушек вражеские пулеметы.

Во второй половине ночи мы рассеяли вражеский гарнизон во Фронау и не задерживаясь устремились к конечной цели рейда — переправе через канал Гогенцоллерн. Но едва передовой танк показался вблизи канала, как мощный взрыв впереди известил нас, что мост взлетел на воздух. В то же время с западной стороны канала немцы открыли ожесточенный огонь из всех видов оружия.

Мы заняли оборону на восточном берегу. Утром сюда начала подтягиваться наша пехота, прорвавшаяся вслед за нами через дачные пригороды Берлина Глиникке и Фронау».

23 апреля. 10:00

Командир нашего соединения генерал-майор Выдриган принял решение форсировать канал двумя батальонами правее и левее взорванного моста и захватить на западном берегу плацдарм, под прикрытием которого саперы будут наводить мосты для переправы нашей дивизии, танков и артиллерии. Роте лейтенанта Новикова приказано была ворваться по горящему мосту на тот берег и огнем прикрыть места высадки лодочных десантов. Пехотинцы скрытно сосредоточивали в лесу лодки, саперы заготовили лес и все необходимое для наведения мостов, артиллеристы и минометчики вели разведку огневых точек противника…

В 16:30 артиллерия и минометы открыли сосредоточенный огонь по боевым порядкам противника. Батальоны уже изготовились к броску через канал. Выждав, пока огонь перешел в шквальный, лейтенант Новиков подал команду и первым бросился к горящему мосту, увлекая людей за собой…

Вот бойцы уже вбежали на пылающий мост. Пламя обжигает им лица, дым и искры слепят глаза, но они бегут по горящему настилу. Вражеские пули свистят вокруг бегущих, но они, то исчезая в клубах дыма, то вновь появляясь из него, продолжают движение. Вот они уже у взорванного пролета. Помкомвзвода сержант Якушко под пулями противника быстро принимает длинные толстые доски и делает из них первые мостки между исковерканными взрывом балками. Бойцы перебегают по ним дальше, карабкаются по обрушившейся ферме вверх и помогают уложить вторые мостки. Неприятель усиливает огонь. На мосту и рядом непрерывно рвутся мины и снаряды. Они вздымают громадные фонтаны воды. Волны и падающая вода смывают людей, но их подхватывают за протянутые руки товарищи и вытаскивают на балки разрушенных ферм…

— Вперед, товарищи! — кричит командир роты, размахивая автоматом.

Он вместе с рядовым Беззубко скрывается в клубах дыма и, перебежав горящий настил, скоро появляется уже на той стороне моста, откуда бьют из автоматов гитлеровцы. За ними бегут остальные.

В это время на пылающем мосту появляются пулеметчики старшего лейтенанта Пономаренко. Прикрывая лица от нестерпимого жара, расчеты сержантов Галкина и Журавко с трудом преодолевают по мосткам взорванный пролет и втаскивают станковые пулеметы на ту сторону моста. Едва они успевают перебежать по горящему настилу, как от удара вражеского снаряда остатки настила обрушиваются в воду. Через минуту на том берегу уже гремят очереди наших пулеметов, слышатся крики «ура», и сквозь клубы дыма можно разглядеть бегущих от моста немцев. Отстреливаясь из автоматов, они скрываются за насыпью дороги и в домах.

На берегу правее и левее взорванного моста показываются первые подразделения. Они тащат на руках лодки и быстро спускают их на воду. Немцы открывают по ним шквальный пулеметный и минометный огонь, но первые группы десантников уже вскакивают в лодки и плывут к вражескому берегу. Противник сосредоточивает по плывущим лодкам артиллерийский огонь. Вокруг клокочет и каскадами вздымается вода, визжат осколки. Бойцы гребут изо всех сил, стараясь скорее выйти из-под обстрела. Каждый понимает, что дорога секунда, и лодки с предельной быстротой несутся к берегу. Он уже близко. Не ожидая, пока лодка причалит, бойцы выпрыгивают и по воде бегут к берегу. Одна за другой разгружаются подплывающие лодки. От громадной волны, поднятой взрывами, последняя лодка перевертывается, но бойцы — кто вплавь, кто вброд — добираются до земли и спешат к насыпи.

Через 2 часа оба батальона полностью переправились на тот берег. Отбив ожесточенную контратаку, батальон на плечах противника ворвался на восточную окраину Геннингсдорфа. Под покровом темноты саперы уже приступили к постройке переправ. Всю ночь под неослабным артиллерийским и минометным обстрелом кипит здесь работа. К 6 часам утра оба моста готовы, и пехотные части дивизии первыми начинают переправу…

За ними, растянувшись в две колонны более чем на километр, стоят в ожидании переправы наши танки, самоходки, артиллерийские батареи и крупнокалиберные пулеметы. За этой грозной лавиной боевой техники в ближайших лесах уже сосредоточились части второго эшелона, предназначенные для развития успеха.

Немецкая авиация несколько раз пыталась бомбить мосты и забитые техникой подходы к ним, но плотный многослойный огонь наших зениток быстро разгонял фашистских летчиков, и переправа продолжалась беспрепятственно.

В 7:00 наши передовые части закончили очистку Геннингсдорфа от неприятеля. Полк майора Сергеева, назначенный прикрывать наш правый фланг, начал дальнейшее продвижение на запад. Остальные части вместе с переправившимися танками, самоходками и артиллерией круто повернули на юг и устремились вдоль цепи озер Хавель в обход немецкой столицы с запада.

Исторический момент настал: войска 1-го Белорусского фронта двинулись навстречу войскам 1-го Украинского фронта, уже начавшим обход Берлина с юга…

23 апреля. 18:00

События продолжают развиваться все более стремительно. Сегодня части соединения, продолжая наступление, вышли на северо-западную окраину Берлина.

Генерал приказал сопровождавшей нас гаубичной батарее артполка дать залп по центру Берлина.

Орудия быстро развертываются. Короткая команда — и на Рейхстаг и имперскую канцелярию обрушиваются смертоносные залпы советских орудий.

Только что получен боевой приказ. Поставлена задача выйти к городу Потсдам, овладеть им и замкнуть кольцо окружения Берлина.

Все воодушевлены почетной задачей, выпавшей на долю соединения, и рвутся вперед.

Каждый понимает значительность момента: фашизм находится при последнем издыхании. Нужно еще одно, последнее напряжение, и конец войне…

25 апреля. 12:00

Ночью части, обойдя Шпандау с северо-запада, перерезали важнейшие железнодорожные коммуникации немцев, идущие от Берлина на запад, а утром с ходу ворвались в Дальгов и сейчас же устремились дальше на юг, к Потсдаму.

Сегодня зачитан приказ Верховного главнокомандующего товарища Сталина от 25 апреля № 342. С восторгом бойцы, сержанты и офицеры прослушали волнующие слова приказа:

«Войска 1-го Белорусского фронта перерезали все пути, идущие из Берлина на запад, и сегодня, 25 апреля, соединились северо-западнее Потсдама с войсками 1-го Украинского фронта, завершив таким образом полное окружение Берлина».