Выживала. Том 2
Глава 1
Новые капиталы
После того как новый 1977 год вступил в свои права, благосостояние Григория Тимофеевича Некрасова начало расти ещё больше, в геометрической прогрессии. Этому была вполне определённая причина: он наконец-то дорвался до настоящих, крупных денег. Это вам не на мелочёвке калымить, продавая частнику канистры с бензином за гроши и пару раз в месяц перевозя вещи с квартиры на квартиру! Тут пошёл крупняк. По полтишку, а то и по сотке за раз.
А делать-то для этого оказалось, практически ничего и не нужно! Это, кстати всегда так бывает в жизни — у рабочего человека денег нет, зато у того кто ничего не делает, кроме мутных схем, они почему-то есть…
Так как по виду, поведению и отношению к работе, Григорий Тимофеевич стал в доску свой, не идейный, после Нового года начальник ОРСа распорядился перевести его на более хлебные маршруты: возить в спецраспределители дефицитные продукты питания для партийных и государственных работников.
Тотального дефицита как такового ещё не было, но некоторые перебои со снабжением в разных регионах большой страны всё-таки случались, и чтобы купить хорошую колбасу, сыр, икру, ценную рыбу, приходилось ездить в крупные города на так называемых колбасных электричках, да и там приходилось выстаивать большие очереди, так как продавали это всё только в определённых магазинах.
Естественно, члены партии и государственные деятели областного, городского и даже районного ранга ни за что не стали бы стоять в очередях вместе с простым народом. Отоваривались они продуктами в специальных распределителях, где по абсолютной дешёвке, за копейки, можно было купить самые дефицитные продукты питания.
Вдобавок, в спецраспределителях имелись в наличии такие продукты, которые очень редко появлялись в обычных магазинах: финский сервелат, чёрная и красная икра, балык из осетрины и севрюжины, импортная ветчина в банках, креветки, маслины, консервированные персики и тому подобные деликатесы.
Доставка дефицитного продукта ответственным товарищам — это целая цепь скрытой от народа тайной логистики, начиная от перевозки в железнодорожных вагонах-рефрижераторах, заканчивая перегрузкой на машины и доставкой до закрытого спецраспределителя. И на всём протяжении этого маршрута от будущих паек партийцев, исполкомовских и прочих ответственных работников откусывались малые кусочки, на которые жил и тот люд, который кормил их. Естественно, все эти люди были надёжные, проверенные и свои. Иные в этой системе не задерживались… А посторонних сюда не брали…
…— А ты, Гриня, останься! Поговорить надо! — после окончании пятиминутки как-то сказал распределитель работ Никанор Степанович, толстый усатый мужик с бегающими глазками и малиново-красными влажными бабьими губами. «Мутный» — прозвали его рабочие, словно догадываясь, что за дела вертит распредработ.
Григорий Тимофеевич, удивлённый, подождал, пока шоферня разошлась на маршруты, и приготовился внимательно слушать. Сидел он на затёртой лавочке, обитой потрескавшимся дермантином, почти рядом со столом распреда.
— Человек ты у нас уже приработавшийся, опытный, надёжный, — подождав, пока все разойдутся, сказал Никанор Степанович. — Машину сам в случае чего отремонтировать можешь в дороге. В деле шаришь. Это хорошо. Поэтому будешь ездить на другие маршруты, по деревням сейчас пусть другие, молодые покатаются. Вот тебе заявка.
Никанор Степанович аккуратно подал маршрутный листок, на котором было написано: «Товарная станция Новокузнецк, склад №1 — город Осинники, спецраспределитель, улица Кутузова, 46 — город Калтан, спецраспределитель, улица Ленина, 13».
— Возьмёшь груз, отвезёшь сначала в Осинники, потом в Калтан, в партийный спецраспределитель, — сказал Никанор Степанович. — И помалкивай. Работа несложная. Поедет с тобой экспедитор с товарной станции. Василиса Петровна Евгеньева. Баба хоть и говорливая, однако своя. Момент понимает. Слушай её. Делай всё, что она говорит. Потом не пожалеешь. И смотри, молчок.
— Во сколько надо ехать? — спросил Гриня.
— Прямо сейчас езжай. А завтра по этому же наряду опять будешь загружаться, он на неделю выписан, завтра к 10:00 уже должен быть в Осинниках и к 11:00 в Калтане, — подумав, сказал Никанор Степанович. — Но сейчас холодно, машину всё равно придётся тебе в тёплый гараж гонять. Потом заедешь за экспедитором, и поедете куда скажет. Сейчас она тебя уже на товарной станции ждёт.
— Есть, шеф! Всё будет в лучшем виде! — шутливо козырнул Григорий Тимофеевич и вышел из прокуренного помещения пятиминутки, с портретом Ленина на стене. Владимир Ильич словно укоризненно смотрел на сидевших, словно вопрошая: «До чего ж вы докатились, ребята? Разве ради вот этого всего мы с товарищами революцию делали?»
… Товарная станция номер один города Новокузнецка находилась почти за городом, как раз в том месте, куда Некрасовы летом ездили на речку. Автобусная остановка называлась «Контейнерная», что как бы подразумевало: сюда доставляют товары контейнерами. Хотя, естественно, везли сюда самую разнообразную продукцию, и товарными вагонами, и цистернами, и рефрижераторами.
Доехав по загородному шоссе до Контейнерной, Григорий Тимофеевич повернул вправо, в боковой проезд, ведущий на товарную станцию, и покатил вдоль большой базы, на которой стояло множество железнодорожных товарных вагонов с козловыми кранами над ними, служившими для снятия контейнеров. Сюда привозили на железнодорожном транспорте абсолютно все товары со всей страны, от продовольствия до мотоциклов, велосипедов и электроники. Всё снабжение города продовольствием и промышленными товарами проходило через эту станцию. Те люди, что здесь работали, своё благосостояние не афишировали, хотя даже у последнего грузчика имелся, как минимум, мотоцикл и полная квартира добра.
Проехав вдоль бетонного забора с пропущенной сверху колючей проволокой, Григорий Тимофеевич остановился у железных ворот с большой красной звездой на середине каждой створки. Посигналил, сторож вышел, посмотрел накладную, путевой лист, открыл ворота и махнул рукой, типа, въезжай, земеля!
Григорий Тимофеевич заехал на территорию склада и на мгновение остановился, разглядывая окрестности. Здесь был настоящий город! Железнодорожные пути заходили внутрь больших складских строений, а на обратной стороне, под открытыми навесами были устроены погрузочные терминалы для автотранспорта. Вот только непонятно, где тут склад номер один?
Григорий Тимофеевич осторожно тронулся с места, проехался по территории, почти везде, куда можно было доехать и где был почищен снег. Разыскивал, где находится склад №1, однако ничего не нашёл. Склад №2 был, №3 был, все остальные были, а №1 нет. Остановился рядом со складом №2 и направился в контору. Войдя в двухэтажное кирпичное здание конторы склада, направился к нормировщику, чтобы узнать, где можно найти экспедитора Василису Петровну.
— А у них на втором этаже кондейка, — живо ответила пожилая женщина в тёмном платье с накинутой серой шалью на плечи. Она с интересом посмотрела на Григория Тимофеевича, словно оценила, кто таков.
Григорий Тимофеевич поднялся на второй этаж, нашёл обшарпанную дверь с самодельной вывеской «Экспедиция», кратко постучал и вошёл внутрь. В кабинете сразу было видно, что работает женский коллектив. Прямо у входа лежала тряпка для того, чтобы посетители вытирали ноги, за ней круглый половик, рабочие столы убраны, на стульях накидочки, на полочках открыточки, кабинет украшен к Новому году гирляндами, которые до сих пор оказались неубранными. Пахнет чаем и каким-то печевом.
За столами сидели две женщины, больше никого не было. Увидев, что вошёл посторонний, одна сразу же крикнула:
— Вытирай ноги!
Григорий Тимофеевич с удивлением пожал плечами, снял кроличью шапку и тщательно вытер ноги о лежащую тряпку, и уже потом прошёл внутрь кабинета.
