Командир. Трилогия (СИ) - Дорин Михаил

— Хотел бы поделиться соображениями по поводу действий немцев. Есть возможность нанести удар…

— Младший лейтенант, ты не круто берёшь на себя? Командовать звеном не то что фронтом, — перебил меня Резников.

Батя явно сейчас будет в смятении. Я, такой весь из себя красивый, пришёл в полк после скитаний по лесу. И тут, сразу анализ возможных действий противника.

— Согласен. Масштаб разный, но ведь «мы и кухарку каждую выучим управлять государством»? — вспомнил я цитату из поэмы Маяковского.

— Ты мне зубы не заговаривай. Ещё на одну проверку нарваться хочешь? — возмутился Резников.

Командир полка взял паузу в разговоре и задумался. Конечно, он сейчас в шоке оттого, что младший лейтенант начинает умничать.

В этот момент за спиной послышались чьи-то шаги. Мы повернулись с командиром и обнаружили, как к нам идёт капитан из штаба. Он был взволнован и запыхался.

— Товарищ майор, получен приказ. Всем составом полка…

— Не утруждайся. Нет уже всего состава полка. Кто приказ отдал? — громко спросил Резников.

— Командир 8-й истребительной дивизии. Ему из штаба фронта приказ пришёл. Я ему говорил, что у нас на три полка 14 самолётов осталось, а они… приказывают в общем.

Командир полка выдохнул и отпустил капитана.

— Хуже уже всё равно не будет. Показывай. У тебя минута, — протянул мне планшет с картой.

Я быстро взял его и начал объяснять.

— Немцы сейчас пойдут на Могилёв. Мы ведь укрепляем здесь оборону. По рекам Березина и Западная Двина, — показывал я на карте.

— Всё так. И что ты думаешь по этому поводу?

— Я думаю, что немцы не пойдут на город в лоб. Они будут делать второй «котёл». Обойдут город с севера и юга.

Резников присмотрелся к карте и внимательно посмотрел на Могилёв. Видно, что командир полка задумался.

— Даже если и так, что нам с тобой от этого?

— Ну… им же нужно как-то реку перейти. Вот они и наведут переправы. Разрушим переправы и сможем задержать наступление. А там и наши войска фланги укрепят.

Командир полка кивнул и забрал у меня карту.

— Нет возможности у нас для таких ударов. И самолётов нет. Я же уже сказал, что после сегодняшнего вылета в строю только 14 самолётов с трёх наших истребительных полков осталось. И вот очередной приказ, — покачал головой Батя, намекая на непонятные указания сверху.

Я бросил взгляд на опушку леса, где готовили несколько И-16. Если у нас и правда 14 «ишачков», то успеха по прикрытию «бомбёров» не добиться.

— Но ведь задержать переправу танков можно.

— Можно, но не нам решать. Твои соображения я передам, когда будет связь со штабом. Ты сейчас лучше иди в медпункт. Пускай тебя осмотрят, а потом приводи себя в порядок. Через час чтоб был готов.

— К чему, товарищ командир?

Батя нахмурился и подошёл ко мне ближе. Он прикоснулся ладонью ко лбу, будто бы проверял у меня температуру.

— Вроде не болен. К вылету, чтоб был готов. Осталось 59 минут.

Глава 4

Я стоял и внимательно смотрел на командира полка. В голове немного не укладывалась его распоряжение о 59 минутах, отпущенных мне на подготовку к вылету.

— Михайлов, дырку прожжёшь. Голова точно не болит у тебя? — спросил Батя, поправляя портупею на поясе.

— Нет, товарищ командир, — ответил я и сделал шаг в сторону, чтобы пропустить Резникова.

Алексей Семёнович надел фуражку и пошёл в сторону штабной палатки.

— Готовься к вылету. Задачу на командном пункте буду ставить, — сказал командир полка, уходя всё дальше от меня.

По пути к нему подбежал представитель техсостава в сером комбинезоне, докладывая о состоянии самолётов.

— Товарищ майор, ваша «машина» в порядке, а у ведомого опять неисправность.

Судя по петлицам, это был старший техник в звании воентехника 1 ранга. Выглядел он не просто уставшим, а измученным.

Глаза были красными, что говорило о недосыпе. Лицо измазано тёмными полосками, а правая рука была наспех перемотана. Торопившись, он даже пилотку надел задом наперёд.

— Если есть неисправность, то устраняй. И быстрее, — бросил ему Резников, продолжая идти к штабу.

— Мотор сопливит. Трос механической уборки шасси оборвался.

— Ничего. Зафиксируйте шасси, и всё. Полетит с выпущенными колёсами, — махнул рукой Резников.

При этой неисправности «ишачок» потеряет в скорости и манёвренности. В бою с «мессерами» такой самолёт станет лёгкой мишенью. Если только не отправить И-16 на нанесение ударов по наземным целям.

— Синхронизатор вышел из строя…

— Так поставь его в строй! Ты авиаспециалист или второгодник⁈ — резко сказал командир полка.

Старший техник выпрямился перед командиром и спросил разрешения идти. Алексей Семёнович не отпустил его и подошёл ближе.

— Ваня, поставь машину в строй. Считай, это не просто приказ, а просьба, — чуть тише сказал командир и похлопал «по-отечески» старшего техника по плечу.

— Да, товарищ командир.

Эмоции от «прогулки» по лесу и беседы с представителем 3-го Управления дивизии утихли.

Я смотрел на бурлящий фронтовой аэродром, наблюдал как техники постоянно перемещались от лётного поля до мест укрытий и обратно. Вид у них был уставший, а руки у многих кровили от мозолей. Ещё несколько человек с голым торсом копали траншеи, готовя полевой аэродром к обороне.

Другая «бригада» рыскала по земле с огромными катушками провода. Похоже, что это связисты пытаются найти обрывы телефонных линий.

И в это же время на поле перед опушкой леса один за одним приземлялись самолёты, жёстко касаясь земной поверхности колёсами. Гул от работающих двигателей истребителей И-16 бил по ушам не меньше, чем привычный мне звук реактивных двигателей.

Суматоха невообразимая!

— Быстрее! Тащи эту тележку к вон тому «ишачку», — прошли недалеко от меня двое техников в тёмных комбинезонах.

Перед собой они толкали небольшую двухколёсную тележку, наполненную необходимыми средствами для подготовки самолёта.

— Мы всё… положили? — кряхтел рядом с ним его товарищ, утирая свободной рукой лоб.

— Два ящика с патронами 7.62, инструмент, баллоны со сжатым воздухом. Вроде всё, — толкал другой техник вперёд тележку и кивая на содержимое.

Я видел, что парням было всё сложнее и сложнее делать каждый следующий шаг. Ещё немного и они перевернут тележку. Именно сейчас она начала крениться под весом груза в правую сторону.

В этот момент техник из последних сил пытался толкнуть её в обратную сторону…

— Давай помогу, — громко сказал я, быстро подбежав к парню.

Я схватился за одну из рукояток и отодвинул в сторону техника.

— Вам же к вылету надо… готовиться, — тяжело сказал его товарищ, который шёл рядом.

Мы продолжили толкать тележку к ближайшему И-16, а я не торопился отвечать.

— Товарищ младший лейтенант, я не устал. Давайте мне эту тележку, — догнал меня техник, которого я отодвинул в сторону.

По лицу этого парня ручьём тёк пот, а нос был вымазан.

— Передохни пока. Одно дело делаем. Сейчас не до субординации, — ответил я.

Тележка была не из лёгких. К тому же ещё и сама земля была неровной, что тормозило движение.

Через несколько минут мы подкатили груз к одному из И-16. Только мы остановились, как двое техников тут же выстроились передо мной.

— Спасибо, товарищ младший…

— Андрей Николаевич. Вы не со 139-го полка? — пожал я каждому из ребят руку.

— Нет, 213-й истребительный полк. Я — ефрейтор Петров, мастер по вооружению, — представился один из ребят.

Тот самый, которого я подменял на тележке.

— Ефрейтор Иванов, тоже моторист. На данный момент мне дали под ответственность этот самолёт, — указал он на И-16, к которому мы подошли.

Задерживать ребят не стал. Иванов и Петров быстро начали готовить самолёт к вылету. Я же теперь смог разглядеть «ишачок» с более близкого расстояния.

Действительно, в сравнении с «худым» Мессершмиттом Вf-109, наш И-16 выглядел мелковатым для истребителя. В длину И-16 был немногим больше 6 метров.