Аттила Атлантики (СИ) - Гор Александр

Уже протянута вырубка до первой городской границы, находящейся почти в двух с половиной километрах от восточной оконечности Стрелки. Здесь, в месте сужения полуострова (ширина достигает восьмисот метров), завершается рытьё рва, наполненного водой, который практически (если не считать дорожного полотна) превратит его в остров, и насыпка вала с частоколом поверху. На всякий случай. С племенем коной отношения неплохие, но войны между индейцами — не редкость, и люди из будущего вполне могут столкнуться с какими-нибудь агрессорами, которым наплевать с высокой крыши на договорённости советских людей с владельцами окрестностей. Вон, тех же ирокезов-саскуэханноков взять.

12

То, что его, рекомендованного Центральным комитетом комсомола на должность секретаря комсомольской организации экспедиции, не поставили в известность об истинной цели плавания, конечно, обидело Юрия. Но то, что всё готовилось в строжайшей тайне, несколько оправдывает такое «неуважение». Не исключено, что об этом не знал и сам Первый секретарь ЦК Тяжельников. Впрочем, как получилось, так получилось. По крайней мере, он теперь возглавляет организацию, насчитывающую тридцать тысяч членов. Огромную, включающую в себя активную, инициативную молодёжь, большая часть которой с энтузиазмом восприняла свой перенос в далёкое прошлое и немедленно принялась строить «филиал» Советского Союза на американском континенте.

Будь это всё в самом СССР, Калинкин сидел бы в большом кабинете, а у него в подчинении было бы ещё два секретаря и с пяток аппаратчиков. Но тут, на передовом рубеже, он больше по стройке и заседаниям её штаба бегает, чем «прохлаждается» с документами в комнатушке, выделенной ему в одном из домиков-балкОв.

Смешно, конечно, говорить «прохлаждается». Климат здесь, в районе «нового» Ленинграда даже не тёплый, а душный. При температурах за тридцать и сумасшедшей влажности пОтом истекать приходится всегда и везде. За исключением, разве что, ночных часов.

Бегать приходится, даже несмотря на то, что подавляющее большинство комсомольцев работает с энтузиазмом, понимая, что будущее советской колонии зависит именно от результатов их труда. Развернув социалистическое соревнование между бригадами, люди работают не «ради галочки», а с умом, с инициативой. Но стройка есть стройка, и на ней возможны самые разные непредвиденные ситуации, в которые приходится вникать секретарю комсомольской организации. Вникать, разбираться в вопросе, предлагать решения или выносить проблему на заседания штаба. И стараться поспеть всюду: на лесоповале, не строительстве пирсов, на добыче камня, на возведении маяка-укрепления при входе в Кольский (Чесапикский) залив, на островке, где окармливаются привезённые из будущего стада, в строящемся жилгородке. Всего не перечислить.

Так получилось, что в домике-балкЕ закуток Калинкина, где он и ночует, находится по соседству с точно такими же «хоромами» «главной переводчицы» с индейских языков Симы Звягинцевой. Той самой, с которой они судили состязания команд КВН. И, судя по предложениям комсомольцев, ещё будут судить.

В отличие от Юрия, у Симы загрузка намного ниже. Всё-таки контакты с индейцами не такие уж частые. В той же торговле продовольствием и конои, и снабженцы стройки успели «нахвататься» друг от друга слов, достаточных для того, чтобы совершить сделку. Но им вместе пришлось плавать на место постройки маяка при входе в залив. Юре — посмотреть на ход работ и подбодрить ребят, возводящих это укрепления. А Серафиме — переводить при переговорах с соседями, с недоверием отнёсшимся к чужакам.

Маяк-укрепление строят почти в километре от берега океана. Проектировщики говорят, что за пару веков с момента постройки аналогичного сооружения в другом мире океан придвинулся к нему метров на двести. Поэтому расстояние до стройплощадки взяли с хорошим запасом. Гнать ввысь здание маяка не стали. Зачем? Главное, чтобы проплывающие мимо корабли могли засечь постройку, отличающуюся от окружающего пейзажа. Свои свяжутся с маяком по радио, чужие будут вынуждены пристать к берегу. Ну, а там небольшой отряд разберётся, как поступить с чужаками: прогнать прочь, предупредив, чтобы больше не совались в советские владения, или вызвать «больших» людей на переговоры с ними. Так что десятиметровой башни с лампой и антеннами наверху, вполне хватит. А вокруг неё — небольшого укрепления с парой площадок под орудия и стрелковыми позициями. На всякий случай.

Двухсотвосьмидесятикилометровое плавание Калинкина, Звягинцевой и ещё одного представителя штаба, Марата Исаковича Сабирова, направленного для переговоров с местными индейцами, проходило на борту самоходной баржи, везущей камень для строительства маяка. Проще было бы, конечно, использовать бетон, но запасы цемента, доставленного из будущего, хоть и велики, но не бесконечны. Поэтому, как и на острове Советский, решили использовать природный камень, а цементный раствор — только для связки этих «булыжников».

Самоходная баржа тащилась до стройки по водам залива почти тридцать часов, и молодым людям ничего не оставалось, кроме как беседовать друг с другом, приютившись на булыжниках. Серафима, которой члены экипажа уступили для ночного сна крошечную каютку, не хотела их стеснять ещё и днём, поэтому всё остальное время тоже проводила «на свежем воздухе».

Переговоры с индейцами затянулись на два дня, и к тому времени, когда они закончились, баржу разгрузили (Юрий участвовал в этом вместе со всеми) и подготовили к обратной дороге. Но свободного времени у молодых людей хватило и на то, чтобы вместе искупаться в океане, поваляться на песке этого воистину курортного места. И если американское название данной местности перевести как «Девственный Пляж», то она соответствует ему как раз в это время, когда на нём действительно нет людей, он девственно чист и пустынен.

Нужно ли говорить, как изменились отношения Калинкина и Звягинцевой к моменту их возвращения в Ленинград? Теперь их связывала крепкая дружба и приятные воспоминания о днях, проведённых вместе. И встречаться они стали не только на работе, но и по вечерам.

Впрочем, никакими исключениями комсомольский секретарь и «главная переводчица» не были. Первую свадьбу в Новом Свете отпраздновали ещё в середине апреля. А потом это явление стало настолько массовым, что Александр Егорович Михайлов был вынужден создать самый настоящий отдел ЗАГС, в котором регистрировались браки колонистов. А после празднования Нового Года, похоже, приступит к регистрации ещё и детей, родившихся в новом городе. По крайней мере, как однажды шепнула Юрию Звягинцева, беременные появились и среди её знакомых.

Увы, в данном вопросе не обошлось и без проблем. Как ни старались соблюсти «нормальное» половое соотношение при планировании операции «Мангазея», всё равно вышло так, что на трёх «лиц женского пола» в экспедиции приходится пять мужчин. Конкуренция очень жёсткая, из-за чего наблюдаются эксцессы, связанные с мордобоем. Накал проблемы, конечно хоть как-то решают «невесты» из числа индейцев-конои, которые совершенно не против того, чтобы связать жизнь с очень «богатыми и могущественными» пришельцами. Но такие случаи, когда индеанки попадают внутрь города, ещё немногочисленны. Многих мужиков отпугивают от них широко распространённые медиками предупреждения о возможности заражения сифилисом. Поэтому каждая кандидатка-индеанка в обязательном порядке проходит обследование на наличие венерических заболеваний. К счастью, пока таких, тьфу-тьфу-тьфу, не было выявлено.

Вторая сторона проблемы — недостаток жилья для молодожёнов. Как ни «упираются» строители, а построить дома, пусть и барачного типа, для сорока пяти тысяч человек очень сложно. Поэтому добрая половина будущего населения Ленинграда ютится либо на судах, либо в палатках на суше. И это — несмотря на то, что часть народа уже находится вне города. Как, например, строители того самого маяка на Девственном Пляже мыса Тарханкут. Или смена гарнизона, дежурящая на аналогичном маяке-укреплении, уже возведённом на восточной оконечности острова Советский. Или экипаж сторожевого корабля, десант морских пехотинцев и специалистов, отправившихся на Багамские острова, чтобы выбрать место для военно-морской базы, с которой через шесть лет нужно будет шугнуть Колумба с присными. Дабы не лезли объявлять собственностью Испании то, что им не принадлежит. А лучше — вообще забыли дорогу через Атлантику.