Золотой край. Трилогия (СИ) - Русских Алекс

Так в себя ушел, что проехал «Октябрьское поле», спохватился только, когда двери закрываться стали. Пришлось выйти на Щукинской, хотя, в принципе разницы особой нет, ну, на пять минут дольше идти. Когда выходил из вагона кто‑то кого‑то толкнул, люди скандалить начали, а я на нервозе за пистолет схватился. Хорошо хоть из кармана его не выхватил. Скандал сразу почти сразу утих, а я не без труда заставил себя вынуть руку из кармана. Нельзя ее рядом с оружием держать. Я сейчас, как это будут говорить в 90‑х, «на измене», так недолго и пальбу открыть с перепугу.

Пока шел по улице еще пару раз как мог, проверился, нет ли слежки. Вроде никому я не интересен, причем от слова «совсем». Если честно, то я прямо упиваюсь этим фактом, прямо безумно рад, что никому я тут нафиг не сдался. Как же это хорошо.

Но мою удачу просто необходимо обмыть, поэтому заскочил в гастроном по пути. Тортик брать не стал, их Вася не особо уважает, крепкие напитки тоже по боку – у меня завтра целая куча дел. Получается один вариант – по паре бутылочек легкого пива. К счастью, пенный напиток оказался в наличии, что бывает далеко не всегда. Купил «Московское», потому как было только оно. Посмотрел на этикетку – светлое, легкое, крепость всего 4,4 %. Эх, гулять, так гулять, взял шесть бутылок. В рыбном отделе прикупил кулек соленой мойвы. Вяленой рыбы нет, но и мойва вполне нормальная закуска к пиву. Еще и скумбрию холодного копчения взял, вкусная штука, к пиву самое оно.

Заодно зашел в хлебный отдел, свежую булку взял и пачку соленой соломки. А то мало ли, может Вася рыбу не уважает? Разошелся и брынзы еще попросил продавщицу в молочном отвесить. Свежая, вкусная. Раз уж она есть, должен же ее кто‑то брать? Ну, и сметаны баночку прихватил, а то, что за борщ помимо сметаны?

Все покупки сложил в авоську, она у меня всегда при себе в кармане. Такая вот советская привычка. Как оказалось, она у меня не исчезла, а дожидалась на задворках сознания, когда снова понадобится. И ведь пригодилось. Я в будущем порой смартфон забывал, когда из дома выходил, а здесь и сейчас авоська у меня всегда в боевой готовности. Впрочем, она маленькая, в сложенном виде даже полиэтиленовый пакет и то больше места занимает.

Пришел домой, разгрузил покупки, убрав их в холодильник, булку в хлебницу. Соломку попробовал – и к пиву и к чаю пойдет. Потом вернул в тайник Байярд. Рюкзак всунул в отделение письменного стола. Там с правой стороны тумба с выдвижными ящиками, а с левой еще одна, но поуже с двумя разделенными полкой отделениями. И дверка на замок закрывается. Ага, тот самый, что я в тайничке нашел. Впрочем, перед тем, как убрать багаж, набрал тарелку орехов и вытащил одну банку варенья, вечером с хозяином почаевничаем.

Честное слово, у меня сейчас такое ощущение, будто между моим выездом на Киевский вокзал и возвращением с него прошел целый день. А вот и нет, еще только семь, время детское. Есть уже хочется, но решил все‑таки Пяткина подождать.

Блин, возбуждение так и не проходит. В прихожей три десятка раз отжался от пола, потом еще в планке до изнеможения постоял, прогоняя комплекс. В спальне негде зарядку делать, мебелями все заставил, место осталось только для моего матраса и прохода к балкону.

Вроде полегчало. Рухнул после последнего подхода, а тут в дверь звонят. Поднялся, кряхтя, в глазок глянул – хозяин стоит.

Пяткин пришел довольный, наверное, неплохо за сегодня покалымил. Что ж, рад за него. Он еще и голодный, как собака оказался. В магазине купил кусок колбасы и хлеба, думал, бутербродами перекусим, а у меня все есть. Можно сказать, пир горой. Разогрел борщеца, он как раз настояться успел, духовитый. Со сметанкой, да с чесноком ум отъешь, так вкусно.

Пюрешка еще теплая, я кастрюлю одеялом укрыл. Да по паре котлеток каждому, красота и солененький огурчик – как без него.

А потом я еще и пиво достал, а к нему рыбку, да брынзу порезал. Что еще двум мужикам для счастья нужно? Вася даже удивился шикарному застолью:

– Что у нас сегодня за торжество? – спрашивает.

– Так праздник, 8‑е, – ответил, – Да еще деньги получил, остальную мебель выкупил. Уже и договорился насчет погрузки в контейнер.

Хозяин сходил в спальню, посмотрел на мою ретровыставку. Пришел, только головой крутит. Не понимают некоторые прелести старинных вещей. Ну, их дело. Сели дальше пиво пить.

– Поедешь завтра на студию? – спросил.

– Да, обещал же, мне к четырем на «Мосфильм».

– Слушай, – замялся Вася, – А можно я с тобой поеду? Мне на звукозаписи ни разу бывать не приходилось, а интересно. С тобой и меня пустят.

А мне чего, жалко что ли? Как по мне, вместе даже веселей.

– Да я даже рад.

Пяткин сразу улыбаться начал.

– Тогда я с утра потаксую, а часам к двум подъеду домой, и рванем на «Мосфильм», – говорит.

Да я разве против? Мне так даже и удобнее, когда на машине прямо к месту подвозят. Вообще, наверное, стоит теперь такси брать, так оно надежнее и меньше вероятности, что пересекусь снова с уголовниками. Лучше, как говорится, на воду подуть.

Легли пораньше, разбежавшись по комнатам уже в девять вечера. Я, правда, еще с часик поработал над книжкой, но без фанатизма, недолго. А то вставать в шесть, а потом целый день мотаться по городу.

* * *

[1] практический совет, который дает Косте Иночкину завхоз пионерского лагеря (его играет Алексей Смирнов) в кинокомедии «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен», снятой на «Мосфильме» в 1964 году

[2] ситуация отчего‑то напоминает эпизод из новеллы «Напарник» в кинокомедии Гайдая «Операция Ы и другие приключения Шурика». Помните, когда Шурик выпрыгнув из окна влип в гудрон, а Федя ему обещает:

– Ну, студент, готовсь, скоро на тебя наденут деревянный макинтош, и в твоем доме будет играть музыка. Но ты ее не услышишь.

Глава 4

И снова Мосфильм

Я отчего‑то думал, что Васильевич приедет к семи, но он заявился ни свет, ни заря, позвонив в дверь ровно в шесть. Причем приехал он сразу с бригадой студентов‑грузчиков. Пришлось мне, забыв про чистку зубов и завтрак, начинать руководить погрузкой мебели в кузов грузовика. Пяткин, видя такое дело, благоразумно смылся. Да я и не против, грузчики есть, мне самому даже таскать ничего не пришлось. Да там и носить не так много. На лестничную площадку сначала – там лифт, а фургон Васильевич подогнал к самому крыльцу. А на нем даже пандус для погрузки предусмотрен, поднимать вещи не нужно.

Ребята так браво взялись за дело, что я чуть не забыл про рюкзак в ящике стола. Спохватился уже, когда стол потащили вниз. Пришлось сломя голову нестись вниз по ступенькам, чтобы на первом этаже перехватить матерящихся грузчиков, вытаскивающих мою прелесть из дверей лифта. Ну, да, он увесистый – на совесть раньше делали мебеля, не то, что в нынешнее время.

Управились с работой буквально за полчаса. Как оказалось, ребята еще не завтракали, поэтому я загнал всю гоп‑компанию на кухню, да накормил их по‑быстрому. Вот как раз и купленная вчера Васей колбаса с хлебом пригодилась, я из нее бутербродов наделал. Заодно и котлеты с картошкой скормил парням. Не беда, я еще сделаю. Только чайника на такую ораву оказалось мало, так что я сразу еще и в кастрюле воды накипятил.

Кормежка настроила студентов на благодушный лад, они даже с энтузиазмом выразили готовность хоть каждую неделю вещи таскать. Пришлось огорчить – заказов больше не предвидится, в воскресенье я уезжаю домой.

Позавтракав, загрузились в машину к Васильевичу и выдвинулись на станцию. Знакомый нашего шофера оказался пробивным мужичком лет сорока пяти, который буквально за двадцать минут все решил с оформлением бумаг и выделением контейнера. Мне самому вообще ничего не пришлось делать. И все удовольствие встало в 50 рублей с уважением врученных специалисту. И никакой иронии, деньги‑то у меня есть, лучше я заплачу, чем буду тыкаться во все углы, не зная к кому обращаться и что конкретно делать.