Оружейникъ. Дилогия (СИ) - Володин Григорий Григорьевич
Милютин с живым интересом посмотрел на председателя комиссии:
– Ружьё здесь?
– В арсенале, ваше высокопревосходительство, – ответил председатель.
– Покажите, – распорядился Милютин.
Председатель велел приготовить оружие и патроны. Я попросил использовать гильзы из той сотни, которую изготовили без моего участия.
– Они уже снаряжены? – уточнил министр.
– Часть снарядили после приёмки, – ответил начальник арсенала. – Для проверки готовой партии.
– Тогда их и возьмите. Раз уж проверяем самостоятельную работу мастерской, незачем возвращаться к прежнему запасу.
Для стрельбы вызвали знакомого унтер‑офицера, участвовавшего в сравнительных испытаниях. Вскоре оружие и патроны доставили, и мы вышли на пробный двор.
На улице заметно похолодало. Рабочие установили белёную доску у земляного вала и принесли стол для оружия. Здесь совсем недавно проверяли бой генеральской одностволки. Тогда считали дробины в аршинном круге, теперь – выстрелы за минуту.
Председатель распорядился отмерить пятьдесят шагов. Солдаты проверили вал и закрыли проход во двор.
Я осмотрел ружьё. После полных испытаний его разобрали, вычистили и смазали. Новых деталей не ставили. Извлекатель оставался тем самым, который выдержал пятьсот выстрелов на Волковом поле.
Снарядчик показал ведомость последней партии.
– Это из самостоятельной сотни? – спросил я.
– Так точно, Иван Тимофеевич. Снаряжали после проверки, по вашим листам.
Я просмотрел запись:
– Для скоростной пробы отберите двенадцать. Остальные пусть останутся в ящике.
В это время вошёл вызванный унтер и улыбнулся:
– Опять вы, тульский мастер. Думал, после пятисот выстрелов больше не удастся с вашим ружьём свидеться.
– Сегодня намного меньше, – спокойно ответил я. – Министр желает проверить скорострельность. Нужно повторить двенадцать за минуту.
– Попробуем, – унтер кивнул. – Только дайте сперва ружьё проверить.
Он несколько раз открыл и закрыл затвор, проверил извлекатель, приложился к плечу:
– Здесь снег скользкий. Можно правее встать?
– Можно, только расстояние не меняйте, – ответил я.
Милютин подошёл вместе с председателем. В руке он держал карманные часы.
– Стрелять будете из этого ружья? – спросил министр.
– Так точно, ваше высокопревосходительство, – выпрямился унтер. – Из него и на Волковом поле стрелял.
– Знакомы с устройством? – уточнил Милютин.
– Знаком, – заверил унтер. – Затвор простой, привыкнуть можно.
Снарядчик разложил патроны перед унтером.
– Считать будем по выстрелам, – сказал Милютин. – Одна минута. По истечении прекратить, даже если останется патрон.
Унтер зарядил первый патрон, и министр сам открыл часы:
– Начинайте, – скомандовал Милютин.
Первый выстрел прозвучал почти сразу. Унтер открыл затвор, извлекатель выбросил латунную гильзу в снег. Следующий патрон уже лежал под рукой. Я смотрел на движения стрелка. Первые выстрелы прошли ровно. Один раз он задержался, поправляя патрон в окоченевших пальцах, затем снова вернулся к прежнему ритму. Гильзы одна за другой ложились возле сапог.
После двенадцатого выстрела Милютин поднял руку.
– Достаточно, – остановил стрелка Милютин.
Унтер открыл затвор и показал пустой патронник.
Министр взглянул на часы и рукой огладил бакенбарды:
– Уложились.
Председатель велел пересчитать гильзы.
– Не трогай, – остановил солдата унтер. – Я покажу.
В снегу лежали все двенадцать.
– Двенадцать, ваше высокопревосходительство, – доложил унтер. – Из Карле я восемь даю, когда игла цела.
Милютин посмотрел на председателя:
– Тот же стрелок?
– Тот же, – подтвердил председатель. – Обе системы знает.
Унтер добавил:
– С этим ружьём быстрее получается. Гильзу выбросил, новый патрон положил – и дальше работаешь. Только если за каждым в сумку лезть, двенадцати уже не выйдет.
Милютин ещё раз взглянул на часы и повернулся ко мне.
– Двенадцать выстрелов за минуту, мастер. А в бою солдат столько успеет?
– Подготовленный солдат успеет, ваше высокопревосходительство, – пояснил я. – Но долго так стрелять не сможет. В бою приходится выбирать цель, менять положение, доставать патроны.
– А если цель перед глазами и патроны под рукой? – продолжил Милютин. – Первую дюжину солдат выпустил. Как затвор поведёт себя дальше?
– На Волковом поле это самое ружьё выдержало пятьсот выстрелов, – напомнил я. – Сегодня патроны из другой партии. Как они покажут себя при долгой стрельбе, узнаем, если проведём отдельную пробу.
Милютин убрал часы в карман и протянул руку.
– Дайте‑ка мне ружьё, – попросил он унтера.
Унтер проверил патронник и передал ружьё министру. Милютин приложил приклад к плечу, как только что делал стрелок, и, не опуская ствола, нащупал рукоять затвора.
– Вот что я хочу попробовать, Курбатов, – обратился он ко мне. – Покажите, как унтер открывал затвор, не отнимая приклада от плеча.
Я один раз показал движение затвора. Милютин повторил.
– Патрон дайте, – велел он.
Снарядчик передал патрон. Министр зарядил ружьё, прицелился и выстрелил. Пуля ударила в доску левее круга. Милютин открыл затвор и посмотрел, как гильза вылетела в снег:
– Следующий.
Второй патрон он зарядил сам. Выстрел лёг ближе к середине мишени.
Министр передал оружие унтеру.
– После выстрела не заедает, – заметил министр. – А если патрон окажется туже обычного?
– Его должны забраковать ещё при изготовлении, – ответил я. – Для этого установлены меры. Если пропустить негодную гильзу, затвор может закрываться с усилием, а после выстрела появятся затруднения с извлечением.
Он указал на ящик.
– Вы эту партию проверяли? – спросил Милютин.
– Нет, – ответил я. – Арсенальные мастера проверили её самостоятельно. Я видел только ведомость.
Председатель подтвердил мои слова.
– Получается, теперь можно изготовить гильзы, снарядить их и стрелять без изобретателя, – подытожил Милютин.
– Для этого и составляли порядок работы, – ответил я. – Дальше нужно добиться, чтобы его одинаково соблюдали в разных мастерских.
Милютин подошёл к рубежу и поднял одну из стреляных гильз. Стряхнул снег, осмотрел донце и стенки:
– Из какой латуни изготовили?
– Из льежской, ваше высокопревосходительство, – ответил я. – Из последней, что на складе.
Он повертел гильзу в пальцах и убрал её в карман шинели, после чего повернулся ко мне:
– Сто ружей. К июлю. В Красное Село, – распорядился Милютин. – Покажете на войсковой пробе то же, что сегодня, – будете готовить завод к большому заказу. Если войсковая проба подтвердит сегодняшние результаты, я доложу государю.
Министр помолчал и весомо добавил:
– А ружьё ему покажете вы лично, Курбатов.
Глава 6
После разговора с Милютиным мне пришлось иначе посмотреть на предстоящую работу. Министр обещал доложить государю об удачной войсковой пробе и велел мне лично показать ружьё. Но до этого было ещё далеко. Сначала следовало переделать сотню шестилинеек, изготовить к ним десять тысяч патронов и добиться, чтобы все они работали не хуже испытанного образца. А для патронов нам требовался латунный лист, которого в Туле пока не умели делать.
Следующие две с половиной недели я провёл главным образом за бумагами. Арсенал продолжал вытягивать гильзы из оставшегося льежского листа, а Пётр Фомич присылал ведомости очередных партий. Мне же предстояло подготовить всё, с чем можно было начинать работу в Туле, не возвращаясь за каждым размером в Петербург. К рабочим листам я приложил чертежи приспособлений, перечень мер и инструмента, который придётся изготовить заново, записи о браке первых партий и результаты самостоятельной проверки арсенальной сотни. Последние замечания Петра Фомича перенёс в окончательный экземпляр, указав, какие проверки он предложил сам. Один комплект должен был остаться здесь, второй предназначался тульским мастерам.
Похожие книги на "Оружейникъ. Дилогия (СИ)", Володин Григорий Григорьевич
Володин Григорий Григорьевич читать все книги автора по порядку
Володин Григорий Григорьевич - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.