Золотой край. Трилогия (СИ) - Русских Алекс

– Так не наезжайте на прохожих и грубостей не услышите, – ответил я, прикидывая, меня прямо сейчас метелить начнут, или еще пару вопросов на засыпку подкинут.

– А ничего студенты в Магадане, не робкого десятка, – вдруг заржал амбал и хлопнул меня по плечу ладонью, так, что я даже присел немного.

Было бы лето, глядишь и в землю по колено вогнал. Блин, ему бы саблю, да коня, да на линию огня и было бы, как в былинах: налево махнул мечом‑кладенцом – улица, направо – переулочек. Не разучилась земля русская рожать богатырей.

– Ты смотри, студент, Алису не обижай, проверю, – вполне дружелюбно пробасил здоровяк и направился в сторону школы, оставив меня в полной прострации.

И вот что это сейчас было? Я уже практически настроился месячишко отдохнуть в травматологии, а тут амнистия внезапно вышла. Неожиданная развязка, как есть неожиданная.

– Ой, Витька! – раздался голос Алисы, после чего послышался задорный визг.

Это еще что за новости? С чего это Селезнева этого здоровяка целует в щеки? Я было двинулся разбираться, но амбал осторожно поставил девушку на землю и та еще раз обняв его, поспешила ко мне, а компания продолжила свое движение, только здоровяк обернулся, помахав рукой и крикнул:

– Вечером зайду!

– И что вот это было? – с интересом спросил я Алису.

– Это Витька, брат мой, – отмахнулась Селезнева.

– Ты же говорила, что твоему брату десять лет? – напомнил я давний разговор, – Не большеват ли братик для такого нежного возраста?

– Ты что, ревнуешь меня? – распахнула глаза девушка, – Не может быть? А что ты подумал?

– А что я должен был подумать? – ответил я цитатой из известного фильма.

– Все что угодно, только не это! – последовал ожидаемый ответ, и тут же хитрая лиса превратилась в ласковую кошку, начав мурлыкать, – Ну ты чего? Это Витька – мой двоюродный брат, он в армии был, вернулся, пока меня не было. Он же меня всегда в школе защищал.

– А что, было от кого?

– Нет, кто ж решился бы меня обидеть при таком брате?

– Ну, так‑то да. Интересно, каким он был в первом классе? Небось, с десятиклассника? – мне прям интересно стало.

– Да что ты? – засмеялась Алиса, – Он до пятого класса был самый маленький, а потом как попер в рост, а в армии еще больше стал. В десанте служил.

– Врешь, его же самолет не поднимет.

– Так он в морском десанте, – срезала меня Селезнева.

– Ну, если так, на большом десантном корабле, тогда еще туда‑сюда, хотя целый корабль ради одного солдата гонять – это, по‑моему, форменное расточительство.

Алиска довольно захохотала и потащила меня в дом.

– Я ключи от квартиры взяла, мама только к семи придет вместе с братом, папа примерно так же будет с полигона. Я пока приготовлю что‑нибудь, а ты можешь телевизор посмотреть или займись чем‑нибудь, – возбужденно тараторила она.

– Тебе помочь?

– Да не нужно ничего, я сама. Ты пельмени будешь? Мама морозит их по осени сразу целый мешок, чтобы на всю зиму хватило. Вкусны‑е!

Ну, сама, так сама, от пельменей пока отказался, сказал, что подожду, когда семья соберется. Телевизор смотреть, как‑то особой охоты нет. Во второй комнате письменный стол обнаружился с разбросанными по нему учебниками. Я сложил книжки в одну стопку, вытащил общую тетрадь для записей. Пусть пишущей машинки с собой нет, но плодотворно поработать все равно можно. Я сейчас с собой везде тетрадь для записей таскаю, иной раз в институте в перерыве между парами перекушу, а потом пристраиваюсь где‑нибудь в аудитории у уголке или на подоконнике в коридоре и пишу. Одногруппники уже привыкли, внимания не обращают.

Я тут в дороге подумал, что с Магаданским издательством мне года на два придется завязать, причем не по своему желанию. К моему сожалению, не так много оно книг выпускает за год, чтобы иметь возможность постоянно меня печатать. Желающих свою книжку тиснуть хватает, а я уже за короткий период четыре произведения опубликовал, так что теперь в планы попасть года два будет нереально. Значит нужно попытаться продвинуть очередную свою повесть или в центральных издательствах или в хорошем журнале. Но и книга должна быть такой, чтобы заинтересовать редактора, а потом читателя.

Долго размышлял и вспомнил про повесть «Марсианин», которую какой‑то американец написал. Кажется, по фамилии Вейер, если не ошибаюсь. По ней даже фильм сняли. Идея достаточно оригинальная – с одной стороны банальная робинзонада, а с другой, еще никто про возможность выживания на бесплодной планете написать не додумался, вот я и стану первым. И не стыдно мне совершенно, американца пограбить не жалко, я же помню, с каким пренебрежением он писал о нашей космической программе. Мол, наши «советские корабли – это известные смертельные ловушки» [1]. Но если взять количество аварий, приведших к смертям космонавтов, то Америка внезапно оказывается в несомненных лидерах, несмотря на значительно меньшее количество пилотируемых космических миссий. Ну, и у кого тогда корабли – смертельные ловушки?

Это все притом, что Вейер в своем «Марсианине» вообще совершенно уничижительно упоминает о наших космонавтах, да и то буквально пару раз. Как всегда у американцев в кино и книгах, только они одни впереди планеты всей. Разве им могут помочь какие‑то там русские? Разве что китайцы, да и то, так… на полшишечки, на подхвате. Вот не могут удержаться американы, чтобы какашку в других не бросить.

Но что интересно, наши авторы, когда пишут об экспедициях на Марс, то у них практически всегда речь идет о международной экспедиции, пусть и под эгидой СССР. Ну, вот не привыкли у нас на все остальные народы плевать с высокой колокольни.

В целом я сюжет помню, книгу читал, фильм смотрел. Основную канву я решил оставить без изменения, но многое придется адаптировать к реалиям 80‑х Естественно, экспедиция у меня тоже станет международной. На Марсе останется наш космонавт, но в отличие от оригинального американца, замкнувшегося после спасения в своей ракушке и впадающего в истерику при слове «Марс», нашего испытания только закалят и в конце книги он отправится на Красную планету снова.

И попробую я эту историю продвинуть в журнал. Увы, но большинство толстых литературных ежемесячников в основном публикуют авторов из своих регионов или принципиально не печатают фантастику. Те же, аудитории которых повесть может понравиться, фантастику хотя и публикуют, но не более одной странички в номере. Например, «Техника Молодежи» в 60‑х с удовольствием печатала романы Ивана Ефремова, но в 80‑х это начинание затухло, сейчас один маленький рассказик в номере – это норма.

Есть «Искатель», просто великолепное приложение к «Вокруг Света», в котором публикуются фантастика, детективы, остросюжетные приключения. Но, увы, тираж на него ограничен, подписаться крайне сложно. И фактически у меня остаются только два варианта: «Уральский следопыт» и «Вокруг света». «Уральский следопыт», хоть и считается региональным, но сейчас у него тираж около четырех сотен тысяч экземпляров, причем быстро растет, а выписывают его по всему Союзу, в том числе из‑за великолепной фантастики, которая может занимать до трети объема журнала. Большие романы в нем вполне охотно публикуют.

С «Вокруг Света» сложнее. Фантастику они принимают, в том числе и романы. Хорошую книгу могут выпустить с продолжениями в 5–6 номерах по 5–6 страниц, а то и больше. Но, скорее всего, потребуется делать журнальный вариант, значительно сокращая историю. Зато тираж журнала сейчас больше двух с половиной миллиона штук. Получится такая реклама меня, как писателя, что ой, все. К тому же, после публикации журнального варианта, есть возможность, что книгой заинтересуются в хорошем центральном издательстве, например, в «Молодой Гвардии» или «Детской Литературе». В последней и мою книгу про приключения трех колымских друзей продвинуть можно.

В общем, писать я начал, начерно сделал пару первых глав, составил план книги, даже синопсис соорудил, вдруг пригодится. Приеду в Магадан, нужно будет посидеть в библиотеке, почитать доступную литературу о Марсе, чтобы дополнить книгу фактическим материалом, правильно написать продолжительность дня и года на четвертой планете, определиться с географическими объектами, которые будут фигурировать в истории. Потом еще нужно разобраться с самим полетом – сколько он продлится дней, по какой траектории будет проходить. Там много нюансов, все их нужно будет учесть. Поэтому сейчас пишу предварительный вариант, который потом отредактирую и дополню вставками.