* * *
Стоя вместе с командирами подразделений на берегу, мы мрачно глядели на перекатывающие волны. Ветер с мелким дождем тоже радости не добавлял. В раздражении сжав кулаки, я думал: ну почему так? Что за хрень творится? Ведь такая погода в моем времени характерна для ноября. А тут всего октябрь, и вот гляди ж ты… Хотя местные говорят, что подобная байда уже года три как происходит. В прошлом году, дескать, еще хуже было. Но это ладно, только вот мне сейчас что делать?
Буденный, словно услышав мои мысли, выразился кратко:
– На хрен! Я своих коней в эту кашу не суну. Не выдержит скотинка. Да и казачки изблюются…
Остальные поддержали в том смысле, что на таких волнах блевать сумеют не только сухопутные буденновцы, но и не менее сухопутные морпехи. При этом балтийская братва, гордо поглядывая на остальных, гарантировала бодрость профессиональных «соленых», но я им не особо верил. Да и морячков у меня уже меньше половины, так что сие не показатель.
Но это все мелочи. Пусть хоть весь корабль загадят. Главное в том, что при таком волнении мы просто не сможем высадиться. Тем более что не в порт пойдем, а десантируемся километрах в двадцати от города. Тут стоящий справа Михайловский, натягивая капюшон плащ-палатки поглубже, задумчиво протянул:
– Что-то мне морской путь совсем перестал нравиться. Понятно, что моторесурс с горючим сбережём. Да и быстро получится… Но во время высадки можем и технику, и людей утопить. – После чего, повернувшись ко мне, просительно выдал: – Командир, может, лучше сушей? Там, во всяком случае, все от нас зависеть будет. Да и какие опасности могут быть? Крупных сил противника на этом участке просто нет.
Народ затих в ожидании ответа, а я, подумав пару секунд, рубанул:
– Ждем еще два дня. Время пока есть, тем более что организм Григоращенко [100] обещает погоду. Но при этом быть готовыми к выдвижению своим ходом. То есть в любом случае в четверг выходим. Командирам подразделений еще раз проверить готовность матчасти и личного состава. – Подумав, добавил: – Если что не так – мехом наружу выверну и огорчусь до невозможности.
Народ проникся, и пока они гомонили, я, сплюнув по ветру, боролся с внутренней жабой. Ведь помимо всего прочего, «контрабасам» за проводку до места высадки задаток уже выдан. А они, сволочи, берут золотом. Да дорого так… И торгуются эти греки, будто в последний раз! Понимая, что Чуру особо деваться некуда. Дело в том, что нам ведь не просто любая точка берега годилась. Нужна была спокойная от морского волнения бухта. Желательно скрытая от посторонних глаз. И очень желательно с причалом, а то мои ухари с легкостью перетопят половину техники. Поэтому пришлось раскошелиться. А то местные мореманы все что-то не то предлагали. Вроде и место хорошее, да причала нет. Или есть причал, но туда только шаланда без кефали пристать может. У «контрабасов» же все по-взрослому.
Хотя я подозреваю, что они сдают что-то не свое. Ведь их шаландам никакие причалы не нужны. Они же не пароходами контрабанду возят? Эти люди просто хорошо знают нужные места и продают их (лохам вроде меня) за очень хорошую цену. А если шторм продолжится, получается, что деньги мною выкинуты зря. Точку-то ребята уже указали… М-да… печалька, но ничего не поделаешь. Погодой я управлять не умею.
* * *
Но этой же ночью шторм пошел на убыль, а на следующий день, крепко пожав руку безошибочному в прогнозах Григоращенко, дал распоряжение готовиться к посадке. В принципе, это дело было уже отработано, поэтому грузились без особых эксцессов. С руководством все так же было обговорено, и вот, обняв на прощание невесту, подмигнул ей:
– Ну что ты, краса? Чего глаза на мокром месте? Я же ненадолго. Ты и соскучиться не успеешь. Тем более скучать времени точно не будет. Тебе еще медпункт организовывать надо.
Та, шмыгнув носом, печально улыбнулась:
– Я знаю. Мы с Матвеем Игнатьевичем это уже обговаривали. – А потом вдруг вцепилась в меня с какой-то не женской силой, шепча на ухо: – Береги себя! Слышишь?! Береги!
Не найдя что ответить, просто прижал девчонку к себе, а уже через минуту взбегал по трапу на палубу, а потом долго стоял на корме, глядя на ее уменьшающуюся фигурку… И виноват тут был не только романтический настрой или невыразимо приятное чувство, что тебя кто-то ждет. Нет, мне что-то вспомнились ее слова, сказанные тем утром, когда она в бригаду просилась. После монолога убеждения, когда я уже дал добро, она просто радостно щебетала, всячески расхваливая меня. И между делом сказала, что само мое присутствие на нее положительно воздействует. Морщинки возле глаз пропали и почти исчез крохотный шрамик с руки. Я тогда особого внимания не обратил, а теперь вдруг торкнуло. Блин… организм-то у меня измененный, а мы с женой активно «обмениваемся жидкостями». И если раньше я пользовался резиновыми «предохранителями», то после обретения статуса невесты презики были убраны в сторону. И вот теперь выяснилось, что меньше чем за месяц у нее в организме пошли какие-то изменения. Может, «залетела» моя красавица? Хотя времени слишком мало прошло, да и она бы это сразу отметила. Значит, что-то другое. Но вот что? Этот вопрос тоже надо бы обдумать, хотя информации пока маловато.
Но тут меня отвлек комиссар, позвавший в рубку, и пришлось отвлечься от странных загадок, вернувшись к суровой прозе.
* * *
Поход прошел нормально. Правда, штиля не было, поэтому корабль мы слегка загадили. Причем лошади в прямом смысле этого слова. Да и при высадке кое-кто искупался, и потом пришлось нырять за притопленным скарбом. Но в целом удачно получилось. Без потерь.
Отойдя от берега, сразу принялись организовывать временный лагерь, а разведка ушла на контроль территории. При этом одна группа, в составе которой было четверо переодетых в гражданку морпехов, должна была метнуться до самой Одессы и путем ненавязчивых бесед выяснить актуальную на сегодняшний день обстановку. А то нам вчера непонятные разведсведения передали. Про Киев и тамошнего гетмана Скоропадского. Этот гетман, выждав несколько дней после известия о поражении центральных держав в войне, неожиданно для всех взял и подписал некую «грамоту». То есть заявление о том, что будет отстаивать «давнее могущество и силу Всероссийской державы». Ну и призвал к строительству Всероссийской федерации, как первого шага для воссоздания великой России. И теперь там ожидается звездец. Вот по-другому и не скажешь. Ведь закрепившиеся у власти украинские националисты сидеть сложа руки точно не станут. В сводке прямо было сказано, что расчетное время свержения Скоропадского не более месяца. И там же мелькнула фамилия Петлюры, который жаждал реванша.
Вообще мне Жилин рассказывал про гетмана. Этот генерал Российской императорской армии был скользким, словно Янукович, желая угодить всем. И националистам, и русским, и немцам. Какое-то время это даже получалось. Но с уходом фрицев гетман, к удивлению «небратьев», взял и расчехлился, внезапно опубликовав такое заявление. Вот только очень поздно… Ведь так же, как и Янукович, вскормив нациков и проводя усиленную «украинизацию», он сам надел себе петлю на шею. Теперь миром с ними никто не договорится. Да и боевые подразделения у них уже сбиты. А русских тщательно все это время разгоняли, не давая хоть как-то консолидироваться. Так что Малороссию сейчас ожидает крутой «майдан» со всеми вытекающими из этого последствиями.
Но мне данное действо только в плюс, потому что любой бардак в центре означает резкое ослабление власти на окраинах. Ну и конечно, возможность на тех же окраинах решить застарелые проблемы при помощи грубой силы. Так что пока местные станут меж собой разбираться, мы свое дело сделаем. Тут главное с первого дня не накосячить, а уж две недели бригада по-любому продержится. Именно поэтому я и послал людей в город. Чтобы заранее знать, кто чем дышит. Ну и адреса своим парням дал. В конце концов, хоть чем-то тамошние рабочие депутаты, сидящие на подсосе, должны быть полезны? Или им зря деньги засылали?
