Резидент. Часть 2 (СИ) - Киров Никита

А вообще, было бы полезно знать о том, с какой стороны стоит ожидать подобных проблем. А для этого мне надо знать больше о том, что же тогда случилось с Туманом. И тут нужно пробудить память посильнее.

Ведь я уже давно заметил, что новые залы открывались внезапно, после какого-то события, связанного со шпионом или с чем-то, что он испытывал. А раз сам Туман имел какие-то дела с «Контуром», мне надо посмотреть, какие именно дела и где именно это было.

Это не для того, чтобы подставить Наташу или что-то украсть для продажи, или как-то использовать. Нет, конечно! Подобное я делать вообще не собирался. Даже, наоборот, прикрыл бы, чтобы никто другой не спёр. Только посмотреть одним глазком и убедиться, что всё хорошо, и до нас не доберутся.

Мне просто нужно посмотреть, чтобы зацепиться за что знакомое, и тогда память откроется, даст мне побольше знаний. И в итоге я смогу добраться до сути и пойму, что именно Туман хотел устроить.

И тогда будет понятнее, чего от меня хотят эти хреновы шпионы. И не придётся ждать, когда ко мне придёт очередной головорез доктора Ланге.

И, кстати, о нём. На втором этаже дворца памяти моё внимание давно привлекал портрет жуткого вида средневекового чумного доктора в шляпе, очках и маске в виде птичьего клюва. В когтистой руке он держал волнистую пилу, которой пилили ноги в те времена без всякой анестезии.

Мне казалось, что это и есть Ланге, которого я видел во снах. Ведь все называют его доктором.

Собрались мы быстро, насколько это возможно в однушке, и вышли на улицу. В подъезде мне попадались знакомые лица.

— Здрасьте, Пал Палыч, — поздоровался я с адвокатом на пенсии.

— Не достают больше? — спросил он, оглядел меня, чуть приподняв голову.

— Скоро к следователю пойду. Но там свидетелем.

— Всё равно смотри, чтобы не расслаблялись, — строго проговорил Пал Палыч. — А то им только волю дай…

Внизу я придержал дверь подъезда, заметив, как домой возвращается другой сосед.

— С выздоровлением, Геннадий Иваныч! — произнёс я.

Этот человек шёл с трудом, опираясь на костыль, а идти ему помогал сын. Только сегодня выписался, значит.

— Здравствуй, Вадим, — проговорил Геннадий Иваныч, посмотрев на меня. — Я к тебе зайду потом.

— Договорились.

— Тебя все соседи прям знают, — удивилась Наташа, когда мы отошли подальше.

— Ещё бы, столько на меня жаловались, писали письма счастья, — я усмехнулся. — Зато Пал Палыч тогда помогал отбиться от ментов. А у Геннадия Иваныча сердце прихватило, скорую ему вызывал. Вот, домой вернулся. Матрас, кстати, его сын подарил. А с новым матрасом жизнь сразу стала лучше.

Затем мы пошли каждый в свою сторону, и я, пока ехал в автобусе, раздумывал, каким вообще способом я смогу купить машину.

Мне хотелось тачку, чтобы ездить самому по городу, за город, в любое время, без такси и автобусов. Деньги-то есть, но нет ответа на вопрос, откуда они взялись у детдомовского студента, живущего на стипендию и пенсию отца.

Нет, допустим, соседям могу сказать, что это наследство от отца и бабушки, они-то откуда знают, что ничего из этого я не получил. Ведь бабушку ещё при жизни обули родственники, и она, фактически, своим домиком в деревне не владела.

Хотя, с другой стороны, если бы этот дом был её собственным и достался мне, то я бы не получил квартиру. Но домик достался родственникам и сейчас ветшает, ведь там никто не живёт.

Кстати, о родственниках. Тётя Лена и остальные раз в пару недель предпринимали попытки робко заявить о себе, чтобы попытаться заработать на «наивном» сироте, но ничего у них не выходило.

Но хотя бы один из них никуда меня не втягивал, да и раньше помогал, вот я и хотел зайти к нему в гости на днях.

Первая пара в институте проходила в подвале, глубоко под землёй, где были тесные коридорчики, тусклое освещение, а ремонт в последний раз здесь делали в двадцатом веке. И это место ещё хрен найдёшь. Чтобы добраться сюда, надо было подняться на третий этаж, и уже оттуда найти неприметную лестницу, ведущую в недра земли.

Вот на первом курсе мы плутали. Наверное, в каждом вузе есть такие подвалы.

У нас будет пара у декана. Я зашёл в кабинет, бросил рюкзак на стол и сел рядом с Лёшей, который, похоже, пришёл самым первым.

— Хай, — отозвался он, подняв глаза от экрана смартфона.

А там вещал какой-то толстый блогер с бородкой и в очках.

— Меня часто спрашивают… — говорил он.

— Да кто тебя спрашивает, блин? — возмутился Лёша, глядя в экран. — Кто все эти люди? Нафиг ты никому не нужен. Пятьсот подписчиков, смех один, даже у меня их больше. Задрал воду лить.

— Чё смотришь? — спросил я, шутливо пихнув его в плечо.

— Да по нейросеткам, — сказал он. — Хочу тут одну штуку сделать — умный автоответчик.

Одногруппники приходили, садились по местам. Мимо прошла Даша, всё так же бесясь, что я уделял ей не больше внимания, чем любой другой девушке в группе, и даже поменьше, чем Маше, которая мне помогала с РГР.

Два мажора Кирилл и Макс так и держались от меня подальше, но у нас установился нейтралитет. Они больше не пытались меня поддеть, и я сам их не трогал. Мне до них дела не было никакого.

— И что за автоответчик? — поинтересовался я.

Я достал тетрадь с лекциями и нашу библию железнодорожника — синюю книжку с надписью золотым шрифтом: «Правила технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации». Затем шоколадку, которую передал Маше за помощь.

— ИИ-автоответчик! — с жаром воскликнул Лёша. — Чтобы когда тебе мошенники звонят, вместо тебя он отвечал. Я уже промпт написал, он реально их по кругу гоняет. Вот они беситься будут, когда звонить начнут.

— Есть же у операторов такая услуга.

— Да там кринж какой-то. Сразу понятно, что робот. Я получше придумал! А то опять из ФСБ звонить будут, пугать.

— ФСБ не звонят, — заметил я. — Если только в дверь, перед тем, как её выбить. Хотя один мне названивал как-то раз. Потом обиделся, что я не брал.

— Да я знаю, что не звонят. Ты бабушке это моей скажи, она всем верит по телефону, даже если робот звонит. Вот и хочу настроить, чтобы вместо неё автоответчик мошенников гонял…

— Опасное дело, эти нейросети, — сидевший впереди Славик Куприянов повернулся к нам. Волосы у него стояли дыбом, глаза красные от недосыпа. — Будут все данные передавать, и на тебе обучаться.

— Ты про чё? — спросил Лёша.

— Ты чё, не догоняешь? — начал с жаром говорить Славик. — На каждого человека собирается досье, а через гаджеты за ним идёт слежка. И по итогу, скоро нейросети смогут предугадывать действие любого человека. Сначала это для покупок и рекламы будут использовать, а потом…

— Теорий заговора меньше смотри, — перебил Лёша. — Такой кринж порой несёшь. Опять всю ночь в «тарков» аутировал?

— Лёш, ты просто не въезжаешь, — таинственным голосом сказал Славик. — Я тебе видео скину, там всё разложено по полочкам. Реально глаза откроешь!

— Не надо мне твоё видео.

— Салам, тигры, — к нам подошёл Магомед из нашей группы в футболке с надписью UFC, попивая из бутылки с водой с надписью Bellator.

Лёша с опаской на него покосился, но Мага его давно не трогал. Обычно, он сидел дальше со своей компашкой, да и на парах появлялся редко, но тут встал рядом, сложив на груди накачанные руки.

— Вадя, брат, а ты чем занят в последние дни? — вдруг спросил Мага у меня.

— А что такое?

— Да тут чемпионат у нас. Будет там один кикбоксёр, как и ты.

— Так забори его, — я усмехнулся.

— Он тоже бороться умеет. И ударка поставлена. Я тебя нормально прошу, брат. Надо потренькаться, он как раз твоего роста. Сможешь подойти к нам в зал?

Мага отбил двоечку перед собой. На первом курсе у него была мода, чтобы эту двоечку якобы в шутку отбить кому-то в плечо, но я его от этого отучил. Хотя из-за этого долго враждовали и несколько раз дрались всерьёз.