Резидент. Часть 2 (СИ) - Киров Никита

Во как. Туман был тот ещё психолог хренов.

Я отхлебнул кофе и глянул ему в глаза.

— Коллега, значит? — спросил я. — Вот коллегой и оставайся.

— Ты чё, не понял? — с вызовом спросил он, щуря глаза. — Я тебя сейчас…

— И что сделаешь? — я чуть приподнял голову и снова отпил кофе.

— Я тебя…

— Ну?

Он глянул в сторону. Камеру боится. Ну да, получить может втык на работе за такой конфликт. Но он растерялся. Уже привык, что люди сдуваются, когда он быкует, а вот что делать, когда его не боятся, он не знал. Вот и замялся, но и думает, что отступив, потеряет лицо. Вот и тупит, а пауза затягивалась.

— Парень, тебя отшили, но очень спокойно, — сказал я. — Напрямую сказали, без всяких намёков, а вот до тебя всё равно не дошло. И это слышал только я, а не все остальные с твоей работы. Но если будешь так и дальше лезть, то уже опозоришься конкретно, при всех.

Парень подошёл ко мне вплотную, ожидая, что я шагну назад, но я стоял на месте, выдерживая его взгляд.

— Два шага назад сделай, — сказал я. — Или так и будешь пыжиться?

— Я тебе сказал, — протянул он.

Ага, я понял. Он хочет коротким ударом кулака пробить мне дыхалку, украдкой, в крысу, чтобы никто со стороны не заметил, а потом что-нибудь сказать обидное. Его плечи напряглись, он перестал гонять жвачку во рту…

И тут его лицо скривилось. Стаканчик с кофе я держал левой рукой, а правой зажал его кулак и вывернул кисть. Он этого не ожидал, вздрогнул и оскалил зубы, потому что это было больно.

— При всех хочешь заорать? — тихо спросил я. — Охранник смотрит. Если поймёт, то просто меня выведет, и я на улице подожду. А вот тебя обсуждать будут все. Мало того что девушка отшила, так ещё и её парень люлей тебе дал. Ну, что выбираешь?

— Пусти.

Я выпустил руку, пихнул его в плечо, и он отошёл, моментально краснея. Левой рукой он потирал правую.

— Ещё хочешь продолжить? — я допил кофе.

Наглый парень что-то пробурчал.

— Что говоришь?

— Ничё.

Он бурчал достаточно громко, чтобы восстановить хотя бы часть утраченного самоуважения, но недостаточно, чтобы я разобрал слова. А за нами следил седой охранник. Когда парень прошёл мимо, охранник хмыкнул. Не любят его здесь, и я не удивлён. Выделывается, наверное, постоянно при всех.

На лифте он подниматься не стал, заметив, что снаружи подъехала машина, чёрный внедорожник, марку я не определил.

Оттуда вышли двое человек в пиджаках и вошли в холл. Один высокий, в очках и с щетиной на лице, он держал портфель. Другой пониже и постарше, виски у него белели от седины.

Парень подошёл к ним, и тот, что в очках, недовольно махнул рукой, мол, уйди с моих глаз. А вот тот, седеющий, вдруг направился ко мне. И чего ему надо?

— А я вас знаю, молодой человек, — вежливо сказал он, остановившись в нескольких шагах от меня. — Лебедев Вадим Александрович, верно?

— У вас преимущество, — проговорил я. — Вы меня знаете, а я вас нет. Хотелось бы равных условий.

— А я люблю обладать преимуществами, — мужик засмеялся. — Но можете звать меня Леонид Аркадьевич. Да, именно так и зовут, это не шутка, — он снова рассмеялся. — Фамилия только Лисицын.

На втором этаже дворца памяти тут же появился новый портрет. Ну кто там мог быть ещё, кроме Якубовича? Причём на моём портрете Якубович стоял не возле крутящегося барабана, а держал в руке револьвер, вращая барабан. А на шею я ему положил лисий хвост, чтобы запомнить фамилию.

— Вот и познакомились, — сказал я. — И откуда вы меня знаете?

— Да мне просто стало интересно, что за знакомый появился у нашей Натальи Волковой, — мужик рассмеялся. — Что это за студент такой взялся, с которым она общается, и за которого она тогда просила поговорить. Неприятности с бандитами были?

Напоминает то одно, то другое. Значит, в курсе ситуации. Но следим за моей реакцией.

— Тогда вы должны знать, — спокойно продолжал я, — Леонид Аркадьич, в чём была причина. Хотели подставить, чтобы я уехал на зону, а я туда ехать не хотел. Вот и действовал, как мог.

Надо звучать, как обычный парень, достаточно наглый, но настойчивый, чтобы он не увидел настоящее второе дно.

— Парень ты пробивной, да, — Лисицын смотрел на меня. — Ничего, что на ты буду? И как, говоришь, Наташе помог? Там, в клубе? Очень выручил, кстати говоря.

— Тут говорить не могу, без деталей.

Он меня проверяет, причём лично. Потому что считает, что в людях разбирается. Туман его не знал, но он бы сказал, что это отставной чекист старой школы.

Старый волк из спецслужб. Но вежливая речь и улыбки не обманывали. Взгляд такой, будто он срисовывал каждую мою деталь и подмечал любую мою реакцию.

А тот небритый смотрел за нами, правда, совсем равнодушно, будто его это всё мало интересовало. А парень, который ухлёстывал за Наташей, пытался ему пожаловаться, но тот отмахивался.

— Мне можно говорить, я её шеф, — Лисицын усмехнулся.

На портрете в памяти тут же появился массивный стол начальника, а на стене за ним — квадрат контурными линиями, чтобы показать, что это шеф «Контура»…

Нет, это не так, ведь руководитель «Контура» — Рогов. Это тут же промелькнуло в памяти, хотя я сам не знал, кто это. А это, должно быть, начальник местного филиала или один из его замов.

— И не хочу хвастаться, — продолжил он, — но это же я с теми бандитами говорил, и про тебя намекнул, чтобы отстали. Впрочем, как оказалось, они сами друг друга сожрали, — он махнул рукой.

— Тогда скажу просто. Сначала хотел хоть как-то разобраться сам, — начал я. — Только не знал, как это сделать. Вот в клуб и пришёл. Если уж это как-то тем бандюганам навредило, значит, всё было не зря.

— Бойкий ты парень, Лебедев, хотя ничего и не сказал толком, ха, — заметил Лисицын с усмешкой и оглянулся, заметив кого-то в отражении окна. — Вот и Наташа.

— Что-то случилось, Леонид Аркадьевич? — спросила она, поправляя ремень сумочки.

— Да вот, увидел, что твой молодой человек сидит, подошёл к нему поговорить, посмотреть, из какого он теста. Старый же я, завидую ему, — он усмехнулся. — Зато не болтливый. Как он учёбу закончит, напомните. Глядишь, и работа будет.

Лисицын распрощался с нами и пошёл к лифту.

Значит, он из тех людей, кто предпочитает личный контакт, чтобы самому посмотреть на человека и оценить. Буквально да, узнать, из какого теста человек сделан.

— Мой шеф, — сказала Наташа, когда он ушёл. — Это он тогда разбирался со всем.

— Он говорил, что со Слоном пообщался, — я кивнул, глядя, как Лисицын заходит в лифт. — И всё спрашивал, что мы с тобой тогда делали в клубе. Но я не сказал детали.

— Он и так знает, я ему передавала. Просто проверял, скажешь ты ему или промолчишь. Он такой, — она улыбнулась.

— И досье на меня собрал? — я усмехнулся.

— Такая у меня работа. Могут проверить, с кем я общаюсь.

Наташа вдруг замерла и поглядела с опаской, будто я сейчас смертельно оскорблюсь и уйду. Наверняка, что-то такое уже было раньше, ведь не всем это нравится.

Но я тут же сменил тему.

— Ресторан, значит? — напомнил я, посмотрев на неё. — Пошли. Есть тут один, всё хотел сходить.

Она взяла меня под руку, и мы вышли на улицу.

— А он не из ФСБ? — спросил я. — Или раньше там работал?

— Я этого не говорила, — произнесла она и посмотрела на парковку. — Слушай, а к тебе Денис не подходил?

— Какой Денис?

— Помощник нашего зама Штерна, наглый такой. Вообразил себе непонятно что, — Наташа нахмурилась. — Будто я с ним должна встречаться.

— Какой-то подходил, но там ничего особенного, всё решили.

Но и этого Дениса я тоже запомнил, на случай, если он достаточно подлый, чтобы потом как-то подставить.

Не зря я сегодня сходил на разведку. Теперь знаю, что мной заинтересовались настолько, что их шеф лично со мной поговорил, но чего-то конкретного у них на меня не было, и каких-то странностей он не увидел.

Поэтому веду себя как раньше, но при этом изучаю обстановку. И примерно понимаю свою тактику. Мне надо вести себя как пацану, который познакомился с девушкой, и пытается всячески произвести на неё впечатление. Чтобы со стороны казалось, что он пытается имитировать красивую жизнь из кино, отсюда кафе, рестораны и то, что он учится готовить. Пусть я и не имитирую, но они подумают именно так, если продолжат наблюдать.