— Был, — ещё шире улыбнулась Анна. — Но всё же сын рода вернулся домой. И с тех пор род стал называться Синицыны-Голубевы.
Я чуть нахмурился, пытаясь переварить услышанное.
Анна едва заметно улыбнулась и произнесла:
— Приятно, что у меня тоже иногда получается удивлять вас. Вероятно, о том, что объединение равных родов идет отдельной категорией от смены фамилии, вы не знали?
— Честно говоря, не так часто сталкивался с двойными фамилиями, — проговорил я, невольно вспомнив о том, что Хмельницкие хотели объединиться с родом Резановых. — Секунду… Вы сказали «равные»?
— Дворяне с дворянами, — кивнула она. — Бояре с боярами.
А так как графы по умолчанию бояре, значит, могут объединиться с боярами? Или там дело в браке, и есть какой-то очередной нюанс?
— Объединение Синицыных и Голубевых прошло по праву крови — через демонстрацию Родового Дара, — продолжила Анна. — Ну а уже следующий глава рода решил отказаться от сдвоенной фамилии. Говорят, он мог вернуть одинарную фамилию — «Голубевых». Однако же не простил того, что его отца выдворили из рода, так что взял совершенно новую.
Я задумчиво кивнул, принимая её рассказ. Пожалуй, в дальнейшем стоит побольше узнать об этом «объединении родов».
Для общего развития, так сказать.
Вокруг нас собрались другие пары. Музыканты как раз закончили исполнять оживлённую песню и вдруг заиграли медленную, лирическую композицию.
Анна напряглась, покосилась на меня, на других.
Некоторые уже закружились в медленном танце.
Я приблизился к своей партнёрше и прошептал, глядя ей в глаза:
— Анна, не подарите ли мне танец?
— Да… — робко ответила она. — Конечно.
Я положил ей левую руку на талию, она положила мне правую ладонь на плечо. Её левая ладошка легла на мою ладонь, и мы закружились в такт плавной музыке.
Анна двигалась красиво и грациозно, стараясь держать невозмутимое, величественное выражение лица.
Но я слышал, как сильно бьётся её сердце, чувствовал её тепло даже через ткань её платья и моего пиджака…
Мы здорово провели день, отдохнули, пообщались с ребятами, разумеется, поздравили и именинника. А затем направились обратно тем же составом.
— Спасибо, — в очередной раз поблагодарила меня Анна, когда машина тронулась.
— Пожалуйста, — мягко ответил я, чуть приблизившись к ней.
Она с подозрением покосилась на меня. Я улыбнулся и произнёс:
— Но наш выход ещё не завершён. Вы можете ещё немного отдохнуть. Как галантный кавалер, предлагаю вам своё плечо в качестве подушки.
Поджав губы, она покосилась на моё плечо. Несколько секунд колебалась, а затем решилась:
— Если вы не будете делать глупости, я приму ваше предложение. Но только сегодня!
— Глупостей не будет, — заверил я её. А мысленно добавил:
«Не только».
Она робко опустила голову и прикрыла веки. Так, в тишине, мы и добрались до порога общежития МАУД. А когда «Имперец» остановился, перед тем как выйти из машины, я закинул руку под сидение и достал оттуда небольшой ящик.
Анна смотрела за тем, как я открываю его.
— Перед приёмом не стал дарить, — произнёс я, достав из ящика небольшую корзинку с цветами. — Но сейчас она вам уже не помешает. Цветы в губке, не должны были испортиться. Но вы всё равно их сразу полейте.
— Да… — прошептала Анна, приняв скромный подарок. — Обязательно. Спасибо…
Она с нежностью смотрела на композицию из белых роз. И сердце её билось тогда даже сильнее, чем во время нашего танца.
Глава 16
Княжич Пермский поступил так, как считал по чести — отдал моим ратникам всё снаряжение нападавших, а в придачу ещё и их микроавтобус, который стоял в соседнем квартале. Разумеется, перед этим СБ его княжества со всех сторон изучила трофеи, чтобы «не отдать лишнего — жучки там всякие, или, не дай Боги, взрывное устройство». Себе княжеские СБэшники забрали то, что представляло для них куда большую ценность, нежели оружие — самих исполнителей.
Что ж, пусть разбираются. Я сказал своим шибко не лезть в это дело. Если случайно удастся удовлетворить любопытство и узнать, кто покушался на жизнь княжича средь бела дня — славно. А нет — так и не стоит обострять отношения с его СБ.
Кстати, ратникам баронессы тоже предлагали часть трофеев, но они отказались. Тоже их понимаю — им лишние головняки ни к чему. Им Анну надо незаметно защищать… И тут ведь забавно получилось — я считаю, что главной причиной, почему малютка Завьялова согласилась пойти на приём с княжичем, было как раз то, что благодаря совместному походу появлялась возможность собрать мощный совместный кортеж охраны. И вопросов ни у кого не возникнет — в порядке вещей, когда пары из разных родов для охраны используют совместный кортеж. Так каждый род показывает, что он не нахлебник и не нуждается в том, чтобы партнёр его защищал. Что отношения равны… Насколько это возможно между баронессой и княжичем.
То есть, ради повышения безопасности поездки Зина согласилась на предложение княжича Пермского.
А в итоге из-за княжича произошло нападение в дороге.
Иронично…
С другой стороны, никто не пострадал, и охрана княжича отработала выше всяких похвал. В отличие от его СБ, которая облажалась. Ведь в идеале охрана вообще не должна вступать в бой — грамотная СБ пакует врагов за решётку ещё до того, как те начали претворять свой план нападения в жизнь.
Обо всём этом я думал по пути в квартал Резановых. Однако же стоило впереди показаться КПП, расположенному на границе графских земель, и все лишние мысли выветрились из моей головы.
Я хорошо провёл время с Анной. Но теперь пора работать.
Работать во благо светлого будущего себя, своих близких, а заодно и всего мира.
— Её сиятельство и Леонид Игоревич будут ждать Александра Ярославовича у тренировочного зала для одарённых, — сообщил моему водителю дежурный, хотя мы его ни о чём и не спрашивали.
«Имперец» проехал мимо шлагбаума, и Таксист, не оборачиваясь, спросил:
— Туда?
— Туда, Вася. Туда, — отозвался я, прикинув, что в багажнике есть сумка со сменной одеждой.
А то идти к деду в хорошем костюме совсем не хотелось — вдруг ещё испортит, старый вреднила!
Алису и Вавилова я увидел издали через лобовик «УАЗика». Сестра переминалась с ноги на ногу, глядя на нашу машину. Вавилов же выглядел гораздо более спокойным.
И был более усталым — после похода в Проклятые Земли он так толком и не отдохнул.
Я вышел из машины. Алиса пулей подлетела ко мне, схватила за руки и выпалила:
— Саша, он стал реже выбрасывать заклинания! — Сестра тревожно смотрела мне в глаза. — Намного реже! Но импульсы стали сильнее!
— Всё в порядке, — мягко произнёс я. — Так и должно быть.
Секунд десять она пристально смотрела на меня, затем кивнула и отошла в сторону.
— Я могу пойти с вами? — спросила Алиса, хотя, как мне кажется, и сама знала ответ.
— Нет, — спокойно ответил я и повернулся к Леониду. — Ты потом домой?
— Если никаких форс-мажоров не произойдёт, то да, — кивнул он. — Агата ждёт. Но утром приеду.
— Идёт, — кивнул я и снова повернулся к сестрёнке. — Пожалуйста, распорядись собрать для Леонида и Агаты ужин и завтрак. А ещё нужно приготовить покои для графа… лучше на первом этаже. И каталку.
— Каталку? — снова напряглась Алиса.
— Нам всем нужно отдохнуть, так что пусть лучше он поспит до утра, — улыбнулся я.
Алиса хотела что-то сказать, но вдруг из-за стен тренировочного зала раздался душераздирающий рёв:
— ГР-Р-Р-А-А-А-А!!!
Стены зала затряслись от врезающихся в них заклинаний.
Да уж… он до сих пор так силён! Впечатляющий старик! Был бы он чуть менее вредным — цены бы ему не было.
— Пойдём, — велел я Леониду и закинул сумку с вещами на плечо. — Мне ещё переодеваться.
Когда я поднялся на крыльцо, меня окликнула сестра:
— Саша!
— М? — обернулся я.
— Удачи вам, — твёрдо произнесла она. — Я сделаю всё, что ты сказал.
