Она вздрогнула, словно вспомнив что-то ужасное.
Вон оно что.
Ну, пожалуй, эту тему мы развивать не будем.
— Всё осталось позади, Анна, — бодро произнёс я, повернувшись к ней. — На чём мы там остановились? Не напомните?
Анна замерла, а затем начала аккуратно «отползать» в сторону.
Я не удерживал её. Не стоит передавливать.
— Мы говорили о делах… — пробормотала она. — Вы о своих… я о своих…
— Вы о своих ничего не рассказали, — заметил я, чуть приблизившись к ней.
Она покраснела, как рак.
Такая милашка.
— Так что там у вас за дела? — продолжил я.
— Обычные дела, — выпалила она, прижавшись к двери. — Вот на днях хотела книгу отдать, и…
Анна замолчала, а затем посерьёзнела. Всё её смущение как рукой сняло, стоило девушке вспомнить о чём-то неприятном.
Проклятье… сколько ж у неё проблем, а?
— Так что там с книжкой? — как можно теплее спросил я.
— Продолжаем движение! — донеслось из рации, и спустя пару секунд наша машина тронулась с места.
Анна покосилась на моих водителя и телохранителя. Я снова без слов поднял звуконепроницаемую перегородку.
— О книжке… — проговорила она, собираясь с мыслями.
А затем решительно уставилась на меня и крайне серьёзно спросила:
— Вы что-нибудь слышали о студентах, перестающих жить в общежитии МАУД?
— Ну да, — кивнул я. — Я сам один из таких. Да и парни как-то рассказывали, что пару комнат на этаже освободилось, правда, почти сразу туда заехали новые жители, — припомнил я один разговор с Медведевым и Лапищевым. — Я раньше думал, что меня не хотели селить в общежитие только из-за статуса. Но, похоже, в общежитии МАУД действительно свободных комнат меньше, чем желающих.
Я пожал плечами, демонстрируя спокойствие.
Хотя мне сразу не понравилось, куда идёт этот разговор.
— Некоторые студенты правда со временем решают жить в городе, на съёмном жилье или приобретают недвижимость, — кивнула Анна. — Но другие… перестают учиться в МАУД. С начала учебного года я узнала о трёх таких случаях.
— Неплохую работу вы проделали, — хмыкнул я. — И?
Она нахмурилась, буравя меня взглядом, а затем припечатала:
— И двое из этой тройки, перестав числиться студентами МАУД, домой так и не вернулись! Люди испарились, словно их и не было! Представляете?
На сей раз нахмурился уже я. Мозг с радостью показал мне картинки с подземной базой змеевидцев на территории МАУД.
А ещё напомнил о других похищениях одарённых аристократов, что ранее происходили в Москве.
Вот и полезли наружу грязные тайны Академии…
Глава 15
— Александр, куда вы тащите меня на этот раз? — спокойно спросила Анна, держа меня за локоть. Девушка двигалась уверенно и грациозно. Мне казалось, на этом приёме она затмевала всех других дам — даже более опытных аристократок.
— Вон те тарталетки с чёрной икрой сразу привлекли моё внимание, — честно ответил я, ведя свою партнёршу к приглянувшемуся столику.
— Вы решили попробовать все закуски на приёме? — спросила Анна. В голосе её едва улавливалась добрая усмешка.
Мы как раз остановились возле столика, и я, взяв тарталетку, положил её в рот. Вдумчиво прожевал…
— Вкусно, — сообщил я Анне, после того как вытер рот салфеткой. — Рекомендую, вам тоже попробовать.
— Боюсь, мне не стоит пробовать так много разных закусок, как вам, — промолвила она, одарив меня едва заметной улыбкой.
— Не бойтесь, пробуйте, — произнёс я, взяв очередную тарталетку. Их подавали в специальных бумажных розетках, чтобы гости не марали руки.
Я протянул тарталетку опешившей Анне.
— Ну вот, скажите «а-а-а», — улыбнулся я. — Уверяю вас, оно того стоит.
Её щёки покраснели. Она ловко выхватила у меня из рук тарталетку и сама грациозно положила её в рот. Прожевала, потянулась к фужеру с игристым, запила. После этого достала крохотное зеркальце откуда-то из складок платья, убедилась, что лицо её чисто и прекрасно, и с укором посмотрела на меня.
— Согласна. Вкусно. Но, пожалуйста, воздержитесь от таких странных действий.
— Я видел, что вы были не против, — пожал я плечами, тоже взяв фужер. — За вашу красоту.
Анна тяжело вздохнула и мягко прикоснулась своим фужером к моему.
— Благодарю, — произнесла она. А когда мы отпили, припечатала: — Но я была против.
— Не против.
— Против!
Я покачал головой и обречённо проговорил:
— Анна, будьте честны — вы бы позволили мне вас покормить, если бы вокруг не было других людей. Но, на самом деле, зря вы стеснялись — в тот момент на нас никто не смотрел, кроме Зинаиды Константиновны.
Анна покраснела ещё сильнее и нахмурилась.
— О, а теперь к нам люди идут, — произнёс я.
Буквально через секунду лицо Анны разгладилось, и когда к нам подошёл старший брат именинника со своей невестой, моя спутница встретила их идеальной аристократической полуулыбкой.
— Александр Ярославович, Анна Михайловна, ну как вам у нас в гостях? — вежливо поинтересовался высокий светловолосый парень двадцати пяти лет от роду.
— Прекрасно, Тимофей Игоревич, — ответил я с лёгким поклоном. — Видно, что вы вложили душу в подготовку мероприятия.
— А Елена Сергеевна, очевидно, не осталась в стороне во время организации дня рождения, — добавила Анна, чуть поклонившись невесте Тимофея Лапищева. — Чувствуется женская рука.
— Спасибо вам обоим, — поблагодарил нас брат Николая. — Вы правы, Анна Михайловна, Елена Сергеевна не оставила меня одного перед таким сложным делом. Без неё бы я не справился.
— Вы скромничаете, Тимофей Игоревич, — мягко произнесла белокурая невеста и чуть толкнула его кончиками пальцев в грудь. — Почти всё вы сделали сами. Но мне приятны ваши слова. И вам спасибо, Александр Ярославович, Анна Михайловна.
После этого пошёл очередной виток любезностей, Тимофей упомянул владельцев арендованной им на сегодня площадки, мол, они тоже большие молодцы.
Я искренне согласился с Лапищевым — местечко и правда ухоженное. Самое ближнее Подмосковье, небольшой экоотель, расположенный среди вековых сосен. Лапищевы сняли его весь, то есть, можно даже остаться на ночь в одном из домиков. Но вряд ли многие станут так делать, всё же сам Коля — парень скромный, и в его голове уже завтрашнее мероприятие. Уверен, после приёма он побежит домой ложиться спать, чтобы завтра скорее настало.
Хотя, может, его старший брат с невестой и несколькими молодыми друзьями рода Лапищевых и решат тут остаться.
Вообще, как я понял, домики шли больше довеском. Просто не принято, чтобы на мероприятии аристократов присутствовали посторонние, потому Лапищевы и арендовали весь отель. А в первую очередь, конечно же, их интересовал огромный павильон с кондиционерами и беседки недалеко от него. Именно здесь и происходило основное действо.
После того как Тимофей с невестой выполнили свой долг гостеприимства и уделили время нам с Анной, они предложили познакомить нас с другими гостями. Тимофей и Елена представили нас своим друзьям-сверстникам, а сами пошли дальше.
Разговор…
Сложился максимально вежливо и уважительно. Молодая семейная пара московских дворян не проявила никакого презрения, когда я сказал, что «я не из рода. Мне ещё только предстоит стать дворянином», а Анна сообщила, что род Есиповых — вассалы баронского рода Завьяловых из Саратова.
К слову, и в беседах с другими гостями Лапищевых негатива по отношению к своему происхождению я не слышал.
Аристократы ходят на приёмы, чтобы заводить новые знакомства и налаживать связи, так что неудивительно, что не только мы к кому-то подходили знакомиться, но и к нам тоже шли люди. Учитывая, что моя партнёрша выглядит чересчур величественно и грациозно и притягивает взгляды всех гостей. Они идут к ней, как к видной боярыне… И очень удивляются, когда Анна начинает рассказывать про свой род — мол, дворяне, стройкой занимаются, есть несколько магазинов детских игрушек в самом Саратове и окрестностях…
