Голос Иби был сух и деловит, умеет же, когда надо, прикинуться справочником.
Аркаша, наконец, нашёл в себе силы встать после испуга и направился в темнушку. Осторожно отодвинул шторку.
Картина маслом.
Маленькая электрическая настольная плитка раскалена. Погнутая и абсолютно сухая кастрюлька валяется на полу. А из потолка, расколов штукатурку, торчит пуля. Гильза куда-то улетела.
— Ты реально варил патрон в кастрюле? — спросил я.
— Ну да, — кивнул он. — Потом вода выкипела, и он бахнул. Я просто забыл долить.
Я еле сдерживал смех.
— Аркадий, ты мне просто скажи… На хрена⁈
— Ну так надо было, Егор, — засуетился он, пряча взгляд. — Теперь гильзу, блин, найти ещё. Мне же её вписывать в заключение. Это вообще-то объект экспертизы.
Он встал на колени и принялся ползать, заглядывая под шкаф, под стол и тумбочку.
— Иби, — спросил я мысленно, — зачем некоторые дебилы, ну то есть сотрудники из числа криминалистов, варят патроны?
— В сети подобной информации нет, — ответила Иби спустя несколько секунд. — Но я могу предположить, применив анализ к исходным данным. Существует миф, что если боевой патрон кипятить, он станет непригодным для стрельбы. На самом деле современные боевые патроны герметичны. Составы, входящие в капсюль и порох, имеют более высокие температурные пределы. Кипячение не приводит к попаданию влаги внутрь и не делает патрон непригодным.
— А, всё понятно, — сказал я.
И уже вслух проговорил:
— Аркадий, я понял… Ты не поехал кукухой, тебе надо было сделать так, чтобы патрон стал непригоден для стрельбы.
— Что?.. То есть… Только никому не говори, прошу, Егор…
Аркаша, и так суетившийся на четырех костях по полу, скрючился ещё больше.
— Фальсифицируешь?
Он даже приподнялся, чтобы прямо смотреть на меня.
— Ну… так надо было, Егор. Это не я решил, это следак попросил. Понимаешь, там человек хороший. Ты не подумай. Я не за деньги. Нет-нет.
— Да что ты передо мной оправдываешься, — перебил я. — Я вообще по другому вопросу пришёл. На-ка, пробей-ка пальчики.
Я сунул ему дактилокарту с криво нанесёнными отпечатками.
Он взял листок, внимательно посмотрел и проговорил с претензией:
— Ты говорил, что умеешь откатывать пальцы.
— Ну… знаешь, это мой первый боевой опыт, — сказал я с некоторой гордостью. — Так что…
— Но дактилокарта не соответствует требованиям. Я не смогу поместить ее в базу. Тут и шапки нет, и установочных данных лица. Подписи нет.
— Да ну тебя в Милан. Просто пробей, Аркаша, — сказал я. — Никуда помещать не надо. И это должно остаться между нами. Как между нами останется и то, что ты варил патрон. Договорились?
— Угу…
— И знаешь что, завязывал бы ты с экспериментами… Хорошо, что никого не было. Почти никого…
— Ну да, — вздохнул он. — Повезло нам.
— Уж конечно, — хмыкнул я с сарказмом. — Везучие мы с тобой, получается. Пальчики пробей…
— Сейчас, сейчас.
Он подошёл к сканеру, положил туда листочек. Сканер зажужжал, считывая папиллярные узоры.
Аркаша сел за компьютер. Загрузилась программа. На заставке было написано: АДИС «ПАПИЛОН».
Автоматизированная дактилоскопическая информационная система.
Он начал расставлять на экране красные точки на папиллярных узорах, обозначая признаки.
— Это что ты делаешь? — спросил я с интересом.
— Это я кодирую признаки, — сказал Аркаша, не отрываясь от экрана. — Без кодирования так сразу, по-быстрому, нельзя. У меня программа устаревшая. Тут всё вручную выставлять надо. Зато точнее выходит.
— А, ну давай, — сказал я. — Подождём.
Он щёлкал мышью, ставил красные точки, морщился, стирал, ставил заново. Прошло какое-то время.
— Есть совпадение! — вдруг воскликнул Аркаша.
И тут же замолчал, раскрыв рот, когда на экране полезли данные.
— Слушай… — протянул он. — Он числится трупом.
— Как это трупом? — удивился я.
— Ну вот, сам читай.
Я наклонился к монитору.
Григорий Иванович Золотарёв. 1980 года рождения. Дата смерти…
— Хм… в прошлом году копыта откинул. — озадаченно проговорил я.
— То-то и оно!
— А может, это не он? Ошибка?
— Ошибка исключена… Совпадение стопроцентное.
Хоть Аркаша и был ходячей катастрофой, но я знал, что как спецу нет ему равных.
— Так… что там на него еще есть? Это же не всё? — спросил я. — Где работал, где учился, крестился?
— Ну блин, Егор, — вздохнул Аркаша. — Это дактилоскопическая база, а не оперская. Сам уже пробьёшь этого Григория Ивановича Золотарёва по своим каналам. Только… — он посмотрел на меня пристально. — Где ты взял его пальцы? Ты точно их сегодня откатал? Получается, ты труп катал.
— Неважно, где я их взял, — сразу сказал я. — Возможно, и не сегодня. Забудь.
— Что-то серьезное нарыл, да? Понимаю, не хочешь говорить…
Я кивнул на монитор.
— Давай удаляй тут всё. Все запросы. Чтобы нигде не осталось.
Аркаша поёрзал на стуле.
— Ох, Егор… Не нравится мне это. Странный ты какой-то стал. Раньше ты из кабинета вообще не выходил, а тут вдруг приносишь дактилокарту трупа. Человека, которого давно похоронили.
— У каждого свои недостатки, — хмыкнул я. — Кто-то вообще патроны варит.
* * *
Я вернулся в кабинет и сел за компьютер. Открыл базу, хотел пробить этого Золотарёва. Не успел даже ввести логин и пароль, как дверь распахнулась, и в кабинет зашёл начальник УГРО Румянцев.
— Спите, бездельники, — привычно кинул он.
Не преминул подколоть, потому, что все трое сидели, уткнувшись в мониторы. А Румянцев по старинке считал, что опера ноги кормят, а не микросхемы.
— А у нас, между прочим, убийство, — ехидно, но с нажимом произнёс он. — Собирайтесь.
— Владимир Степанович, — отозвался Эльдар. — Пусть дежурный опер занимается.
— Дело резонансное, — отрезал Степаныч. — Если за дежурные сутки не раскроем, нас главк….
Он несколько раз хлопнул ладонью по кулаку, обозначая жест, не требующий расшифровок.
— Верёвкин злой как чёрт. Ему уже звонили, задач нарезали. А он сразу на меня собак спустил.
Он обвёл нас взглядом.
— Собирайтесь, поедем на место. Весь свободный личный состав уголовного розыска сегодня работает до тех пор, пока не раскроем.
— И кого же такого там, интересно, убили? — спросил Эльдар, больше из любопытства, чем из служебного рвения.
* * *
Самый популярный роман о милиции (полиции) на этом сайте.
Более 5 миллионов просмотров, свыше 13 000 лайков и почти 5 000 наград от читателей.
«Курсант. Назад в СССР» — завершённый цикл из 14 томов.
На первый том действует скидка.
