Резидент. Часть 2 (СИ) - Киров Никита

Я посмотрел на Наташу. Она спала. У неё есть ресурсы, она знает, кого ищет, ей попроще. А я один, шифруюсь рядом с ней. И всё же, мне надо выяснить об этом деле поподробнее, чтобы знать всё самому. Тем более, сейчас буду там в одиночку, не придётся отчитываться.

Надо торопиться, потому что когда она закончит с этим делом, никакой информации об этом больше не будет. Как и другого повода выяснить это, не опасаясь лишнего внимания «Контура». Пока для них я прикрытие их оперативника, мне надо этим пользоваться.

Я вылез из-под одеяла, и сразу стало прохладнее. Девушка что-то промычала во сне, рука пощупала пустое место, и она перевернулась на другой бок.

Спит. Я нащупал свою одежду, тихо оделся, попил воды из кружки и выглянул в окно. Отсюда видно большой гостевой дом, и как на крыльце курит Андрей с задумчивым видом. Вскоре он вернулся внутрь, но с ним был кто-то ещё в белой толстовке и кепке, но я этого человека не разглядел.

Но я сегодня видел, что эта толстовка висела на вешалке. Я тот дом полностью скопировал себе в память, сделал небольшую временную пристройку, сразу за электровозами уже в своём дворце, и все детали помнил.

Я проверил Наташу ещё раз и тихо выскользнул на улицу. Но заметил кое-кого снаружи.

— О, кто это здесь, — проговорил я. — Привет.

Отпущенная на ночь с цепи собака завиляла хвостом. Это лохматая дворняга свирепого вида, но хвостом она виляла дружелюбно. Не агрессивная, иначе бы её не отпустили. Я угостил её кусочком мяса, и псина улеглась недалеко от порога.

— Сторожи, — сказал я.

Дошёл до большого дома. Ещё играла музыка, кто-то пел пьяным голосом, на английском, кажется, что-то из Red Hot Chili Peppers, только с сильным русским акцентом. Кажется, это пел начальник Андрей.

Все в зюзю. Сразу в голове возникли вьетнамские флешбеки, как ходил разбираться к пьяным соседям, моим знакомым по детдому, которые после выпуска тут же пошли по стопам своих родителей-алкашей, из-за которых в детдоме и оказались. Но тут, вроде, народ более приличный, хотя агент может хитрить.

Просто я не хотел его недооценивать.

Вошёл внутрь. Застолье шло к финалу, все программисты уже порядком окосели, но самые крепкие сидели до последнего и обсуждали свои кейсы и прочую околоайтишную тему. Пьяные парни часто говорят о работе.

Только Ярик не участвовал в разговоре и выбирал песню для караоке, сидя на диване. Волосы у него стояли дыбом. Егор, который у меня был отмечен Гарри Поттером, дремал в кресле, свесив ноги через подлокотник, а начальник Андрей о чём-то тихо говорил с лысым парнем Валерой, которого я окрестил Сайтамой.

С ним он курил на улице, потому что лысый до сих пор оставался в белой толстовке. Ещё была менеджер Оля-Макима, которая крутилась рядом с Яриком, пока его подруги не было поблизости. И Володя-Фримен, который тыкал телефон.

Больше никого.

— Ещё «Сектор Газа» споём? — пьяным голосом предложил Ярик, заметив меня.

— «Туман» поставь, — ещё более пьяным голосом потребовал Андрей.

— Чё-нибудь другое давайте, — сказал я, тоже имитируя, будто выпил, но пришёл догнаться. — Ещё пивко осталось?

— Мало. Пара бутылок.

— Съездим, может?

— За руль только трезвыми садиться можно, — отрезал Андрей. — Никого я не пущу в свою тачку пьяного.

— Твоя тачка, — Ярик хмыкнул и подмигнул спящему Гарри Поттеру.

— А кто-нибудь в лесу прогуляться не хочет? — предложил я. — Там деревня же дальше, продадут, чё хочешь.

— Ночью идти? — молчаливый обычно Володя поднял глаза от экрана. — Ночью у нас только Ярик ходит.

Я следил за тем, что ещё они скажут. Туман бы отметил, что сейчас самый подходящий момент, чтобы кто-то невзначай сорвал покровы.

— Я не хожу по ночам, — отрезал тот, тыкая пульт. — И вообще, это Валерка закалённый, не мёрзнет, и прогулки любит. Ему хорошо, лысина блестит от луны, не потеряется.

— Иди ты, — грубо отозвался тот. — Спать пойду.

Я тут же отметил, что голос трезвый. Интересно девки пляшут. И гуляет по ночам. Надо бы потянуть эту ниточку. Хорошо, что пришёл и спросил.

Но я к нему не подходил, чтобы он ничего не заподозрил, потому что он весь вечер ко мне приглядывался, и вопросы странные задавал про детдом. Тут много у кого были странности, и все из них нужно проверить.

Лысый ушёл наверх, а я подсел к Ярику. Тот уже был достаточно готов, вот и может разболтать что-нибудь ещё.

— Ну что там есть? — я кивнул на экран.

— «Яву» споём? — предложил он.

— Уже пели.

— Точно, — он посмотрел на Андрея, который выходил покурить. — Вот он козёл. Нам бонусы зажопил.

— Ты говорил.

— А мы просили, чтобы выдали хотя бы часть, что мы согласны на особый расчёт, лишь бы была гарантированная часть. А в итоге и эту часть нам не дали. Зря соглашались, надо было всё выбивать.

— Вообще, Ярик, — начал я доверительным голосом. — У нас в детдоме говорили, что если ты бы будешь кричать «обоссыте, но не бейте», тебя и изобьют, и обоссут. Драться надо было за своё.

Ну, на деле, он достал ныть, как его обули. Вот и захотелось его взбодрить.

— Хе-е-е! — заблеял он, откинув голову назад. — Да, бро, ты прав. А ты чё, в детдоме был?

— Ну да. Я же говорил.

— Забыл, — Ярик потёр лоб. — А как звали Пашку? — он поднял взгляд на Володю-Фримена.

— Пашкой и звали, — отозвался тот, открыв глаза.

— Не, в смысле, фамилия как?

— Терентьев, — задумчиво сказал вернувшийся Андрей. — А чё такое?

— Да он же тоже из детдома был. Жалко парня.

— Терентьев? — я напряг память. — Знакомая фамилия. Вроде в летнем лагере пересекался в детстве. А что с ним стало?

— Из окна выпал, — мрачно сказал Ярик, немного протрезвев. — Перед Новым годом, пьяный был. У нас в отделе работал аналитиком. Про детдом часто рассказывал. Весёлый парень был.

— Вроде его знал, — я задумался. — И слышал, что умер. Есть фотка? Скажу, он это или нет.

Ярик начал хлопать себя по карманам, разыскивая телефон. Разблокировать он его никак не мог, пальцы не попадали в нужные кнопки, но я просто поднёс экран к его лицу поближе, и айфон открылся.

А знал этого Терентьева, видел его именно в летнем лагере. Весельчак был, из старшаков, выпустился года за три до меня. Он из другого детдома, городского, местного…

Скорее всего, лысый Валера-Сайтама упоминал сегодня именно его, когда спрашивал, из какого я детдома. Он говорил, что есть знакомый, но не называл и тему не продолжил, но я это себе отметил. Наверное, спросил бы о нём, если бы я назвал городской детдом.

На фотке был рыжий парень, именно его я и запомнил. Разве что он вымахал сильнее и волосы отрастил. Выпал из окна, значит? Ну, не то, чтобы меня это сильно задело. Друзьями-то не были и больше не виделись, просто всё равно возникло неприятное чувство, как бывает, когда узнаёшь о смерти человека, которого когда-то знал.

Но было и другое чувство. Ведь на фотке рядом с ним был лысый парень в белой футболке.

Стоять!

Память заработала на всю катушку, и мысли тоже приходили в порядок. Пока Ярик показывал фотки, я подмечал детали. Офис, компы, рыжий Пашка, и остальной отдел. Некоторые из них были здесь, на базе, а некоторые уже нет, уволились. Зато рядом с Пашкой часто был лысый Валера, которого я записал себе, как Сайтаму из One Punch Man.

— Друзьями они были? — спросил я.

— Ну, общались часто, — Ярик уже зевал. — Пашка дружелюбным был, ко всем подходил, и ему помогал работу делать. А порой и вместе него, хе. А так Валера тот ещё… — он задумался.

— Интроверт? — я хмыкнул. — Как и вы?

— Не… мизантроп, типа. Или социофоб? Не помню, бро, — промычал он. — Чё-то я всё, походу.

Я листал фотки сам. И всё же, почему этот Валера всегда в белом? На каждом снимке у него белая рубашка, футболка, поло и даже сегодня он был в белой толстовке. Зато для леса, куда он ходит часто, он их явно меняет, снимки с этой базы, которые были на телефоне, это показывали.