Пепел и тьма 3 (СИ) - Барчук Павел

Лора стояла у края будущей могилы, смотрела на растущую яму спокойным взглядом. Худые плечи расправлены, подбородок упрямо вздернут. Разноцветные глаза — один прозрачно-светлый, другой, заполненный клубящейся чернотой — неотрывно следил за процессом. Из-за ворота ее куртки выглядывала настороженная мордочка Болтуна. Зверек тихо попискивал, словно читал заупокойную молитву.

— Хватит, — хрипло произнес Командир, отбрасывая инструмент. — Глубина достаточная.

Маги и бандиты молча подошли к телу. Аккуратно, без лишней суеты подняли Рика и опустили на дно ямы. Никто не толкал пафосных речей. Это — лишнее.

Застучали первые комья земли. Я стоял рядом с Лорой, чувствуя исходящий от нее пульсирующий холод. Не тот могильный мороз, что веял от Тени или другой нежити, а нечто иное. Глубокое, сдержанное.

Когда могилу засыпали полностью, девчонка опустилась на колени. Ее пальцы коснулись свежего грунта. Легкая дрожь пробежала по руке Лоры, и в тот же миг тени от ближайших обломков арматуры неестественно вытянулись. Они скользнули по земле, сплетаясь над могилой в плотный, почти осязаемый узор. Черная вязь впиталась в почву, намертво запечатывая это место. Никто не потревожит Палача. Дочь отдала отцу последний долг тем самым даром, который он ей передал.

Лора поднялась, отряхивая колени.

— Идем, — коротко бросила она и сразу пошла вперед. Ни разу не оглянулась на могилу.

Мы спустились с холма, разбили временный лагерь прямо на пустыре, среди покореженных остовов сгоревшей техники. Пока еще не ясно, как поделится город. Естественно, несмотря на крах Верхних улиц, дворяне точно не захотят жить с простолюдинами. Думаю, просто разграничатся районы, обозначатся новые территории. А, да. Еще одно изменение неминуемо произойдет. Рабочие больше не захотят работать только за пайку. Как говорят умники, будут выстраиваться новые экономические связи.

Мои спутники буквально попадали на землю. Кто где смог. Пацаны из «Грозы» шустро развели костер. А затем начали делиться остатками сухпайков с бывшими имперскими цепными псами. Зрелище, достойное психиатрической лечебницы.

Командир подошел ко мне, когда я пытался проглотить кусок жесткой галеты. Он уселся на перевернутый ящик напротив. Лицо мага осунулось, постарело лет на десять за одни сутки.

— Мы отправляемся в центр, некромант, — произнес он, глядя на свои руки. — Нужно собирать выживших. Пытаться навести хоть какое-то подобие порядка. Мародеры уже начали грабить руины.

— А как же ваша святая миссия? — усмехнулся я, прожевывая безвкусную дрянь. — Охота на служителей Серой Госпожи отменяется?

Пёс поднял глаза. В них не осталось ни капли прежнего фанатизма.

— Охота окончена. Навсегда.

Он потянулся к поясу, отстегнул серебряную бляшку с гербом Корпуса, бросил её прямо в огонь. Металл тихо звякнул об угли.

— Пока шли сюда, к холму, порасспрашивал тех, кто встречался на пути. Говорят, Император заперся в уцелевшем крыле дворца, — продолжил Командир, горько скривив губы. — Его величество, оказывается, уже в курсе ситуации. Осознал, что целый век великая династия существовала благодаря куску гниющей плоти. Что Первый Император, ради вечной власти, превратил себя в Лича, а нас — в своих слепых палачей.

Гвардеец сплюнул в сторону.

— Знаешь, что самое мерзкое? Они ведь знали. Уверен. Высокородные были у курсе настоящего положения дел. Не все, конечно, но самые могущественные по-любому. Знали, что купола держатся на боли Нижнего города. А теперь система рухнула. Наша магия… она изменилась. Без влияния Стержня мы стали слабее в грубой силе, но… чище, что ли. Естественнее. Ордену предстоит долгая чистка рядов.

Я молча выслушал Пса, затем поднял взгляд и посмотрел ему прямо в глаза. Спокойно, но с легким вызовом.

— Главное, под ногами не путайтесь, — мой голос звучал насмешливо, — Стройте заново, перестраивайте старое. Мне все равно. Моя миссия езе не окончена и она важнее прочего. Нежить под городом мы потрепали, но на территории империи хватает тварей, потерявших связь с Безмирьем. Они будут лезть наружу. Это теперь обычные голодные трупы. Я буду убирать этот мусор. Если маги захотят помочь — милости прошу. Начнете мешать — ляжете рядом с мертвяками.

Командир молча кивнул, принимая новые правила игры. Он поднялся, отдал короткую команду своим людям, и отряд двинулся в сторону дымящихся руин центральных кварталов.

Не успела осесть пыль за ушедшими Гончими, как на пустыре нарисовалась новая делегация.

— Действительно…— задумчиво высказался я, наблюдая за группой людей, который двигались в мою сторону. — Давно что-то Высокородных не было видно.

Тень, сидевшая рядом, выразительно хмыкнула.

— Малёк, могут быт проблемы? — коротко спросил Гризли.

— Не настолько серьезные, чтобы потребовалось ваше вмешательство, — ответил я вожаку банды.

Шествующие ко мне господа выглядели нелепо. Несколько мужчин в изодранных, перепачканных грязью и кровью камзолах из высокотехнологичной ткани. Впереди, хромая и опираясь на плечо охранника, шагал Александр Павлович Волконский. Князь потерял лоск, но сохранил гонор. По крайней мере рожа у него была ну очень пафосная.

Как только группа инициативных граждан приблизилась, Тень не спеша, даже как-то лениво, поднялась на ноги, сделала шаг вперед. Она демонстративно показывала, что готова в любой момент оторвать голову каждому, кто посмеет проявит неуважение или, на дай бог, агрессию в сторону единственного в этом чертовом городе некроманта.

Рыжая усмехнулась, а затем вдруг угрожающе клацнула челюстью. Волконский вздрогнул, но заставил себя сделать шаг вперед.

— Некромант, — начал он тоном, не терпящим возражений. По крайней мере, ему так казалось. — Ситуация критическая. Наши системы фильтрации уничтожены. Запасы продовольствия под завалами. Чернь бунтует. Мне нужно, чтобы ты восстановил энергетические контуры. Если ты управляешь смертью, значит, сможешь направить потоки…

Я даже не дал ему договорить. Не было ни малейшего делания слушать этот первостатейный бред. Поднялся с земли, замер напротив Высокородных.

— Вы, Александр Павлович, кажется, крепко приложились головой, когда падали со своего пьедестала, — мой голос звучал спокойно.

Сделал шаг навстречу Волконскому. Охранники дернулись, но Тень глухо зарычала, и парни застыли на месте. Никто не хотел связываться с Личем.

— Никаких «потоков» больше нет, — процедил я, чеканя каждое слово. — Ваша сытая жизнь закончилась. Купола работали, высасывая жизненную силу из тех, кого вы сбрасывали в катакомбы. Из неупокоенных душ. Я открыл Врата. Батарейка села. Навсегда. Подробности можете узнать из отчетов Гончих. Уверен, они очень скоро появятся. Сскрывать правду больше никто не будет.

Волконский побледнел. В его глазах мелькнула паника, которую он тут же попытался скрыть за маской ярости.

— Ты не понимаешь! Экономика встанет! Государство рухнет! Ты обязан подчиниться Совету Родов…

— Я ничего вам не обязан. — Холод внутри груди отозвался ледяным спокойствием. — Совет Родов теперь — это кучка напуганных мужиков в грязных штанах. Правила изменились. Хотите жрать? Идите разгребать завалы. Хотите жить? Берите арматуру и учитесь пробивать черепа упырям, которые скоро полезут из подвалов ваших же разрушенных особняков. Уничтожен лишь основной костяк нежити. Даже не костяк. Подпитка. Остальные никуда не делись. Сейчас, чуть придут в себя и рванут за пищей. То есть за вами.

Князь попытался что-то возразить, но я резко махнул рукой, пресекая любые споры.

— Либо вы спускаетесь на землю и работаете наравне со всеми, либо я просто не стану зачищать ваши кварталы. И тогда вас сожрут. Не бунтующая «чернь», а то самое дерьмо, на котором вы строили свой рай. Выбирайте. У вас минута.

Александр Павлович затравленно оглянулся на своих людей. В их глазах он не нашел поддержки — только первобытный страх перед существом, стоящим за моей спиной. Волконский сглотнул, развернулся и, припадая на раненую ногу, побрел прочь. Его свита потянулась следом.