Я кивнул ему на ящик у стены.
— Сядь.
Он сел, уставился в пол и вцепился пальцами в край.
— От воспиток отбрехался? — строго спросил я.
Фантик быстро кивнул.
— Сказал, ночью в умывальне навернулся.
— Поверили?
— Зинаида губу посмотрела и сказала, чтоб в следующий раз под ноги смотрел. Ещё нюхать начала… ну типа мало ли — какой духан…
Я коротко кивнул.
— Теперь давай по порядку. Что произошло у дыры?
Фантик сглотнул. Видно было, что ему страшно не только вспоминать, но и ошибиться. А вот этого как раз нельзя было допустить: пусть лучше вспоминает медленно, чем начнёт с перепугу лепить всё подряд.
Я решил восстановить события с самого начала.
— Где стоял?
— У дыры за хоздвором.
— Зачем?
— Шкет сказал посмотреть, не шастает ли кто со двора и не идёт ли обратно дежурная.
Я это сразу отметил. Значит, малого взяли не случайно. Значит, либо за дырой уже смотрели заранее, либо кто-то видел, кого и зачем туда ставит Шкет. А это уже было хуже обычной ночной встряски.
— Один стоял? — уточнил я.
— Один…
— Подошли откуда?
— Сзади. Один сразу руку на шею положил. Второй сбоку зашёл, — начал вспоминать Фантик.
— Сказали что-нибудь сначала?
— Нет. Сразу в стену ткнули спиной.
— Чем били?
— Рукой… потом коленом… Не сильно сначала. Чтоб не орал.
Фантик замолчал, глядя в пол. Я дал ему секунду, не больше.
— Потом спрашивать начали, — выдавил он.
Фантик съёжился на слове «спрашивать».
Я чуть подался вперёд.
— Нормально, не торопись.
Он быстро кивнул, не поднимая глаз. В нём ещё сидел вчерашний страх, но уже не тот слепой, ночной. Теперь страх был связан с тем, что малой понимал: от того, как он сейчас вспомнит, зависит немало.
— Что именно спрашивали? — спросил я.
Фантик выдохнул, и голос у него стал ещё тише.
— Спрашивали… кто у тебя по ночам на стрёме стоит. И кто возле склада крутится.
Я внимательно слушал. Вопросы были направлены на то, чтобы вскрыть, как у нас внутри всё теперь устроено. Кто рядом со мной и кто за что отвечает.
— Ты что ответил?
Фантик провёл языком по разбитой губе и сразу поморщился.
— Сказал, не знаю.
— И?
Он сглотнул, опустил голову ещё ниже.
— Тогда в лужу мордой… потом опять спросили.
— Двое были всё время?
— Да. Один потом сказал… если скажу нормально, где ты и кто с тобой, мне ничего не будет. И ещё…
— И ещё что?
— Сказал, могут меня на улицу подтянуть. Чтоб не тут гнить. Денег дать. Жвачку… сигареты… ну… чтобы я не как лох тут бегал. И ещё сказал: «Ты ж у него на побегушках. Ты должен знать».
Жвачка, значит… обещание улицы. Обещали то, на что у таких, как Фантик, всегда отзывается душа. Хотели купить моего пацана.
— Ты что ответил?
— Ниче, в отказ пошёл…
— За это и били дальше?
Он кивнул.
— Рожи знакомые?
— Один нет. Чужой совсем, не видел раньше. Второй… второй, кажется, знакомый.
Фантик коснулся пальцами висков и начал массировать, вспоминая.
— Где видел его? Как зовут? — спросил я.
Он сглотнул и выдохнул:
— На рынке, где пацаны уличные трутся…
Я задумался — тот самый мусорный молодняк у рынка. Очень удобно выходило, с этими я только вчера днём рамсил.
Обиду затаили? Безусловно.
Вот только чего дальше-то не полезли… на территорию не зашли? Будь дело только в мести, вряд ли бы их остановили формальности. Мозгов там нет от слова совсем, чтобы хоть какие-то последствия просчитать такого шага.
Нет, дело тут определённо в другом. Они не пришли бить кого попало. Скорее, они пришли вынюхивать через малого, который ниже всех в иерархии. И явно не для себя…
Значит, следующий удар тоже пойдёт снизу. Не по мне… по тому, кого проще сломать, купить или заставить болтать.
— Имя Пыжа называли? — спросил я у Фантика.
— Нет.
— Лёху?
— Нет.
— Бдительного?
— Тоже нет. Только про тебя…
Фантик помолчал секунду, потом торопливо добавил:
— И ещё этот… сказал… когда я молчал… «Ладно, раз этот чепушила не хочет — и хрен с ним. Всё равно есть кто захочет».
Фантик, сам того не ведая, по сути лишь подтвердил мои догадки.
До этого я ещё мог оставить себе маленькую скидку на случайность. На то, что они просто трясли первого попавшегося малого, который попался ночью у дыры. Но после этих слов скидка кончилась. Босяки или те, кто за ними стояли, были уверены, что внутри есть те, кого можно купить или просто правильно подцепить. Может, только искали такого. А может, уже нашли.
Я посмотрел на Фантика внимательнее. Лицо помятое, губа синяя, глаза усталые, но не пустые. Он выдержал. На своём уровне, по-малому, по-щенячьи даже, но выдержал. И это сейчас тоже надо было закрепить правильно. Так, чтобы он понял: его не просто использовали и отставили в сторону.
— Ладно, — сказал я. — Запомни одно, малой. Я это так не оставлю. Понял? За это ответят.
Он моргнул, будто не сразу поверил, и только потом кивнул.
— Теперь последнее. Как отпустили?
Фантик снова моргнул, собирая память в кучу.
— Никак. Один сказал: «Пошёл». И пинка дал. Я сперва не пошёл… Потом пошёл. Ну и уже Шкет с Очкариком меня нашли…
Я кивнул, достал смятую мелочь и сунул ему в руку.
— Держи.
Фантик уставился на деньги так, будто не понял.
— Это за то, что не продал. И запомни: теперь ты один не ходишь. Даже в сортир — либо со Шкетом, либо с кем скажу. Понял?
Фантик быстро закивал. Понял, что после побоев его не списали в мусор и не оставили самому переваривать, как его вчера чуть не купили за жвачку и сигареты.
— Иди, — сказал я. — Отлежись. Но если ещё что вспомнишь — сразу ко мне.
Он встал осторожно, сжал мелочь в кулаке и пошёл к двери. Когда он вышел, я ещё несколько секунд смотрел в пустой проём.
Раз он сказал: «Всё равно есть кто захочет», значит, искали они не вслепую. Либо уже присматривали, кого можно качнуть, либо были уверены, что такой внутри есть. А значит, работать теперь надо не только наружу. Надо было смотреть внутрь.
После разговора с Фантиком я не стал собирать всех в кучу. Общий сходняк сейчас был бы только подарком для того, кто «поплыл». В толпе легче спрятать глаза, подстроиться, промолчать вместе со всеми и отсидеться. Здесь нужен был иной подход.
Глава 17
Действовать я начал незамедлительно. План был простой, но хотелось верить — надёжный. Светиться в корпусе я не спешил, мне ни к чему сейчас выяснения отношений с Зиной или Аней. Да и все те, кто меня интересовал в рамках проверки, были под рукой.
Уже к утру, ещё перед завтраком, я успел пустить среди своих слух — Шмеля сегодня ночью будем двигать наружу. Оставлять братка в стенах детдома опасно. Это была общая нервная мысль, которая и так висела в воздухе: если прижмёт, Шмеля, скорее всего, будем выводить через дыру в заборе.
Этого было достаточно.
Теперь любой, кто захочет вынести это наружу, будет думать не «я один знаю», а «про дыру и без меня уже слышали».
Вот на этом и строилась вся будущая ловушка.
Сам маршрут я сделал почти общим специально, чтобы человек не боялся слить расклад. Для крысы, которую я искал в своих рядах, такая информация была удобоваримой для слива. Для меня — это была нитка, которая могла привести прямиком к предателю.
После обработки Фантика из-за забора я уже видел их метод. Снаружи обрабатывали самое слабое звено. Значит, смотреть надо было не на Игоря и не на Копыто. Эти, если и сломаются, то иначе, не так топорно и не за пачку жвачки. Так что сейчас меня интересовали трое: Шкет, Очкарик и Клёпа.
Именно через них наружные могли попытаться зайти.
Шкета я выдернул первым. Он вошёл быстро, почти бесшумно, как всегда, только глаза после ночи стали суше и злее. За такими как раз и надо было смотреть особенно внимательно: полезный свой — это хорошо, но если вдруг течёт именно он, удар будет крайне болезненный.
