Патруль 6 (СИ) - Гудвин Макс

— А у вас что? Шаг влево — шаг вправо, всё под контролем? Даже дыхание нужно согласовывать… — прожал я плечами, отмечая про себя, что в той мясорубке, где я нахожусь, задачи формулируемые Чижом, даже веселят.

— Не всё так однозначно. Многое из того что ты про нас слышал придумано врагами Родины, такими как предатель и враг народа Резун, он же Виктор Суворов. Порядка у нас больше это да, но и ответственность на нас лежит большая.

— Резуна/Суворова не читал… — признался я.

— И не надо. Солдат должен быть солдатом, а не литератором. — улыбнулся Ракитин.

— Разрешите мне остаться ментом. — проговорил я. — Кроме того, я без высшего образования и даже технарь не закончил.

— Корочки — не проблема, поступишь на целевое заочное, через пять лет будешь с вышкой. Только она не нужна тебе, ты и так умеешь то, что надо уметь.

Ракитин взял паузу и вытащив из бардачка толстый конверт и дав его мне, продолжил:

— Твой дом теперь в отеле «Мариотт» это в центре. В конверте твои деньги и документы, мы их забрали из дома Маркуса.

— Кстати, что с ним? — спросил я, вспомнив чернокожего копа.

— С ним всё будет хорошо. ФБР взяло его под защиту. Он временно эвакуирован в гостевой дом на базе Квонтико. Ему там понравится — тренажёрный зал, бассейн.

Машина остановилась у стеклянных дверей отеля. Швейцар в ливрее уже спешил открыть дверь, но я вышел сам, забрал с заднего сиденья рюкзак.

— Спасибо, товарищ полковник, — сказал я, впервые обращаясь к Ракитину по званию. Он даже не удивился — значит, я не ошибся.

— Береги себя, сержант, — ответил он. — И помните: в ГРУ вас всегда ждут. А в ОЗЛ… — Он замолчал, не договорив.

Я кивнул и захлопнул дверцу.

Внедорожник бесшумно растворился в ночном потоке машин. А я вошёл в прохладный, пахнущий кондиционером и дорогим парфюмом холл отеля. Подошёл к стойке, назвал фамилию, получил ключ-карту и направился к лифту.

Номер оказался на двадцатом этаже. Тут была большая кровать с белоснежным бельём, панорамное окно во всю стену, плюс ванная с джакузи.

Я скинул рюкзак, достал из него перепрошитый телефон, наушник и на минуту замер, глядя на ночной город внизу.

— Тиммейт, — позвал я, подключая гарнитуру.

— Слышу тебя, Четвёртый, — тут же отозвался он. — Хочешь узнать текущие результаты гран-при?

— Давай.

— Первый раунд завершён на семьдесят процентов. Ликвидировано двенадцать целей из списка. Трое киллеров погибли при исполнении. Один сошёл с дистанции — сдался полиции Майами-Дейд и сейчас даёт показания. Неожиданный поворот, но правилами это не запрещено.

Я невольно улыбнулся. Мир сходил с ума, и я был одним из тех, кто дёргал за ниточки.

— Хорошо. Следи за процессом. Если кто-то выйдет в финал — доложишь.

— Принято. А сейчас рекомендую отдых. Ваш пульс — девяносто два ударов в минуту, видимо уровень кортизола зашкаливает. Вам нужно поспать.

— Умный ты стал, — буркнул я, но послушно отключил гарнитуру и направился в душ.

Горячая вода смывала пот, чужую кровь, пыль Майами и липкий страх, который всё это время сидел где-то в подсознании. Я стоял под струями, закрыв глаза, и чувствовал, как тело понемногу расслабляется.

А перед глазами всё ещё стояли картинки: падающий снайпер, распахнутая дверь балкона, безвольное тело Эдгара, которое я тащил к вертолёту. И почему-то вспомнилась Ира. Её улыбка, щенки, спящие на коврике, Рыжик с его кошачьей мудростью ко всему миру.

«Скоро, — подумал я. — Скоро я вернусь».

Я выключил воду, натянул выданные отелем халат и тапочки и рухнул на кровать.

Это был сон без сновидений, но с одним-единственным ощущением — лёгкости. Как будто гора с плеч наконец свалилась.

Но хорошее не бывает вечным и проснувшись от писка телефона, я взял его и поднёс к лицу, щурясь от яркого экрана в темноте номера. Тиммейт, как верный денщик, докладывал обстановку.

— Четвёртый, гран-при выходит на финишную прямую. Хочешь увидеть результаты?

— Давай, — прохрипел я спросонья, садясь на кровати и растирая лицо ладонью.

— Первый раунд полностью завершён. Из двадцати семи целей ликвидировано девятнадцать. Оставшиеся восемь временно недоступны — сменили локации, залегли на дно или усилили охрану. Но система их отслеживает. По киллерам: из первоначального пула в двадцать семь участников в живых осталось одиннадцать.

Я присвистнул. Шестнадцать профессионалов высшего класса сложили головы за одну ночь. Неплохой коэффициент полезного действия.

— Кто лидирует? — уточнил я.

— Неожиданный претендент. — В голосе Тиммейта мне послышалась тень уважения. — Женщина. Бывший снайпер колумбийской национальной полиции, после увольнения подалась в частные военные консультанты, а оттуда — во фриланс. Позывной «La Sombra» — «Тень». На её счету пять подтверждённых ликвидаций за ночь. Работает чисто и предпочитает дистанционные методы.

— Тень, значит, — усмехнулся я. — Пусть бежит дальше. Кто ещё?

— Второй — американец, бывший «морской котик», сейчас работает на частные структуры. Три ликвидации, одна неудачная попытка, цель ушла. Третий — мексиканец из бывших федералов, работает в связке с напарником, но по правилам турнира засчитываются только индивидуальные действия. У него две подтверждённые, плюс одна совместная, которая не идёт в зачёт.

— А как там наш знакомый якудза? Хаято Масутоши?

— Вне игры. — Тиммейт сделал паузу. — По данным киллера, который идёт по его следу, он очнулся через два часа после того, как вы его оставили. Обнаружил потерю пальца, телефона и одежды. В данный момент скрывается. Судьба неизвестна.

Я хмыкнул. Бедняга Хаято. Пришёл за лёгкими деньгами, а остался без пальца, без чести и с перспективой быть убитым своими же коллегами по цеху.

— Что по второму раунду?

— Сетка сформирована. Одиннадцать участников разбиты на пять пар, один проходит дальше автоматически. Старт через два часа. Цели обновлены — теперь в списке те, кто пережил первую волну, плюс добавились новые имена из числа приближённых выживших боссов. Система работает в автоматическом режиме.

Я посмотрел на экран телефона, где Тиммейт вывел наглядную схему турнирной сетки. Красные кресты на мёртвых, зелёные галочки на живых, жёлтые метки на тех, чья судьба ещё не решена. Как в спортивном приложении, только ставки выше.

— Бюджет Эдгара я вижу тает, — заметил я. — Сколько уже потрачено?

— Два миллиона триста пятьдесят тысяч долларов. С учётом бонусов за скоростное выполнение и особую жестокость. Остаток на счетах — около двенадцати миллионов. Этого хватит на полное завершение турнира с финалом и призовым фондом.

Я откинулся на подушку, глядя в потолок. Эдгар, наверное, сейчас где-то в подвалах спецслужб, приходит в себя и думает, что ему снится кошмар. А его денежки тем временем творят историю.

— Следи, Тиммейт. Если кто-то выйдет в финал — доложишь подробно. Мне интересно, кто окажется последним героем этого реалити-шоу.

— Принято. И ещё, Четвёртый, — голос Тиммейта стал чуть тише, словно он доверял секрет, — система зафиксировала попытку взлома извне. Кто-то пытался отследить источник заказов. Использовались прокси-серверы в трёх странах, но безуспешно — я перенаправил запрос на резервный сервер ФБР с пометкой «внутреннее расследование». Теперь они ищут хакера у себя.

Я невольно улыбнулся. Тиммейт показал себя полноценным боцом невидимого фронта.

— Молодец. Отключайся, отдыхай.

— Я не нуждаюсь в отдыхе, Четвёртый, но отключаюсь по вашему приказу. Конец связи.

Гарнитура замолчала. Я ещё минуту смотрел на турнирную сетку на экране, где красные кресты множились, как плесень на хлебе, а потом отложил телефон в сторону.

— Да уж, — прошептал я в пустоту номера. — Кто бы мог подумать, что я стану промоутером на войне картелей.