Симбионт (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович

«Ей что-то от тебя надо», — задумчиво произнёс Субботин. — «Духи какие-то со шпионской историей придумала, как бы случайно рядом оказалась».

«Ты точно не старик? Ворчишь, как мой дед, когда поучаешь».

«Моя миссия — тебя охранять», — с важностью обронил тёзка-майор. — «Поэтому не расслабляйся».

Я только собрался ему мысленно ответить, чтобы охранял, не отвлекая, когда в аудиторию вошёл сухопарый мужчина лет сорока в светло-сером костюме и с папкой в руке. Он поздоровался с нами, назвался Ильюшиным Сергеем Петровичем, адъюнктом кафедры правоведения. Ого, значит, с ним придётся часто встречаться. Говорил Илюшин тоже через гарнитуру связи, усилив свой голос с помощью акустической системы. Очень хорошая штука, я сразу оценил её преимущество. Преподавателю не нужно голос надрывать, и слышно его в каждом уголке аудитории.

Сначала он раздал по рядам отпечатанные бланки с тестами, и пояснил, что их нужно будет по окончании экзамена приложить к листкам диктанта. А потом начал читать.

Читал он великолепно поставленным голосом, выделяя интонацией особо сложные речевые конструкции, где могли возникнуть трудности с постановкой знаков препинания. Скрипели ручки, блондинка то и дело фыркала, отбрасывая длинные пряди волос, пока ей самой не надоело с ними воевать. Она лихорадочно достала из клатча простую резинку и затянула ею собранные в конский хвост свои шикарные волосы, после чего облегчённо вздохнула.

Через полчаса диктант закончился. Ильюшин дал нам ещё столько же времени на проверку и переписывание на чистовик, после чего следовало приступать к тестовому заданию. А сам сел за стол, развернул газету и углубился в изучение биржевых новостей, на что намекало название издания.

У меня есть действенный способ отвлечься от посторонних шумов вроде почёсывания, кряхтения в поисках правильного решения, слезливых просьб помочь и прочих раздражителей. Достал из кармана прозрачные силиконовые беруши и заткнул ими слуховые проходы — сразу же наступила тишина. Ну, кроме комментариев Субботина, который, к моему удивлению, нашёл несколько орфографических ошибок и помог с расстановкой запятых. Исправленные ошибки я зафиксировал на черновом листе, и когда закончил с проверкой, переписал диктант на основной бланк. Остались тестовые задания.

Закончив, с облегчением вытащил беруши и огляделся по сторонам с довольным видом. Да, русский язык даже для носителей оного является довольно серьёзным препятствием на пути к получению знаний. Но диктант, считаю, куда легче устного экзамена, и не удивляюсь, что многие оживлённо перешёптываются. Значит, отмучились.

Ильюшин посмотрел на часы, аккуратно сложил газету в папку и объявил:

— Закончили, господа. Не забудьте подписать бланки диктанта и тестов, и положить на мой стол.

Нас выплеснуло в коридор волной возбуждённого окончанием экзамена студенчества, где мы влились в полноводную реку нарядных молодых людей. Марина с Ритой увязались за мной, и окучивание вела «старшая по званию».

— Михаил, а у тебя как со временем? Может, пригласишь девушек на мороженое? — елейным голосом спросила Турчанинова и даже подхватила меня под руку. Рита спокойно восприняла ситуацию, но поступать так же, как подруга, не стала. Просто шла рядом.

— Эм-мм, не знаю, — я устремляю глубокомысленный взгляд в потолок. — Надо к истории готовиться.

— Ты всегда такой зануда, или притворяешься? — обижается Марина и смотрит на меня серо-голубыми глазами, красивыми, надо сказать. А обиду она разыгрывает, хитро затягивая в паутину своих интриг.

«Почему блондинки красят губы в зелёный цвет? — вдруг спросил Субботин, и сам же ответил: — Потому что красный означает 'стоп».

Чтобы не заржать, я закашлялся, прижимая ладонь ко рту. Заодно и улыбку прикрою. Выходит, анекдоты про блондинок есть даже в мире тёзки. Справедливости ради, в России они обрели популярность только с развитием Глобальной Сети. А до этого типаж голубоглазой светловолосой девушки был узнаваем и по-своему любим на территории Европы, не говоря уж о США. Образ блондинки активно развивался в их киноиндустрии, что привело к появлению множества старлеток, подражавших кинодивам, с одновременным просачиванием в СМИ стереотипов о глупых женщинах-эмансипе.

«Не хочешь ли ты сказать, что Марина — самый что ни на есть яркий типаж блондинистой дурочки?» — поинтересовался я, успевая прокашляться.

«Глупая блондинка — наивная, нерациональная, но вызывающе сексуальная и гламурная», — тут же ответил Субботин. — «А Марина противоречит этому тезису. Она, скорее, секс-бомба».

— Михаил, ты чего раскашлялся? — с подозрением поглядела на меня Турчанинова. — Не хочешь угощать мороженым, так и скажи сразу, не делай вид, что горло болит.

— Какая-то мошка в рот залетела, — отвертелся я.

— А-аа, ну тогда ладно. Я уже подумала, что ты скупердяй.

— В «Вельвете» шикарный пломбир делают, — быстро ответил я, не желая становиться скупердяем. Девушки таких не любят.

Мы, наконец, оказались на улице, и, отойдя в сторонку, подождали, пока оживлённая толпа молодых людей рассеется по территории университета. Здесь был разбит неплохой парк с тенистой аллеей, лужайка, скамеечки, фонтан, крытые беседки, поэтому многие предпочитали гулять здесь, знакомясь друг с другом. Я обратил внимание, что Марина крутит головой, как будто кого-то высматривает.

— А кто эти парни, которые с вами на парковке были? — поинтересовался я. — Телохранители?

Девушки переглянулись и рассмеялись весело. Турчанинова стянула резинку с хвоста и рассыпала свои волосы по плечам.

— Нет, это мой брат с друзьями, — призналась она. — Папа попросил его привезти нас в Уральск. Не бойся, они сегодня на шашлыки уехали.

— А вас не взяли…

— Да я не люблю такие посиделки, — поморщилась девушка. — Ладно, пешком пройдёмся. День прекрасный, солнышко светит.

И надо же было именно в этот момент столкнуться с Яковлевым! Он со своими свитскими как раз вышел в числе последних поступающих, высокий, в сетчатой рубашке, светлых брюках и в мокасинах. На запястье сверкают золотые часы.

— Опаньки! — оживился Андрон. — Какие люди и без охраны! Девушки-красавицы, а чем вас так привлёк этот грубиян? Пойдёмте с нами, познакомимся поближе…

— Мы уже заняты, — неожиданно отрезала Рита, не скрывая раздражения в голосе.

— Ну зачем так грубо? — поморщился Яковлев и подошёл ко мне. Покачиваясь с пяток на носки, он стал изучать меня, как бабочку в коллекции лепидоптеролога. — Братец, спасибо, что приглядел за девушками, а теперь отвали, уступи место другим.

— Не брат ты мне, гнида толстозадая, — неожиданно брякнул я, и чуть не взвыл от такого бесцеремонного вмешательства майора. Хотелось стукнуть себя по лицу.

Девушки не сдержались и громко фыркнули за моей спиной. Яковлев налился бурой кровью, того гляди из глаз брызнет, и цапнул меня за грудь, да так, что верхние пуговицы рубашки с треском полетели на землю. Дружки мгновенно оказались рядом, чтобы поддержать молодого хозяина.

— Ты… ты как меня назвал? — от ярости Андрон стал заикаться. — Да я тебя…

Моя рука метнулась вверх, ловко вцепилась в пальцы противника и резко заломила их, выворачивая суставы.

— Не смей меня хватать, — прошипел я, глядя в глаза Яковлева сквозь странную алую пелену. — Я не холоп и не слуга, чтобы так со мной обращаться! Я — Михаил Дружинин, если ты до сих пор не удосужился узнать, с кем разговариваешь!

Раздался хруст суставов. Андрон взвыл и скрутился волчком от боли.

— Отпусти! — проскрипел он. — Извини, погорячился!

Через мгновение Яковлев с изумлением смотрел на вывернутые пальцы. Девушки и вовсе зажали рты ладошками.

— Ты мне сломал их! — заорал он, и свитские бросились на меня, как доберманы, услышавшие приказ хозяина.

Раз! Делаю нырок вниз с резким выпадом кулака в паховую область тому, кто слева, и пока тот ещё не успел почувствовать боль, распрямляюсь и ухожу в сторону, чтобы ненароком не задеть девчонок. Два! Втыкаю сдвоенными пальцами под кадык второму свитскому, и тот захлёбывается в кашле, хватаясь за горло. Третьим движением хватаю руку Андрона и вставляю вывихнутые конечности на место. От неожиданности он даже орать не стал, только рот раскрыл, хватая им воздух.