— Очень приятно.
— Мне пока нет.
— Бывает.
Громов убрал удостоверение.
— Откройте калитку.
— Повторяю вопрос. Зачем?
Он чуть приподнял бровь. Наверное, давно уже никто не отвечал ему вопросом на распоряжение.
— Я хочу с вами поговорить.
— Разговаривайте.
— Не через забор.
— А чем забор мешает?
Полковник помолчал.
— Весёлые вы ребята.
— Жизнь такая, — вздохнул я.
— Виктор Кравцов сообщил, что сегодня утром группа вооружённых лиц захватила принадлежащую ему базу.
— Уже интереснее, — сказал я. — И как это произошло?
— Будем выяснять.
— Вот и выясняйте. База числится за кооперативом «Кунар». Имущество тоже. Я пайщик кооператива. Внутри бухгалтерия, юристы и работники. Никого не удерживают. Никого не избили. Ничего не украли.
— Охрану вы отсюда выбросили.
— Не выбросили. Попросили освободить территорию.
— Очень убедительно попросили?
— Достаточно.
Громов усмехнулся.
— А вооружённые люди?
— Какие?
— Те, которые полчаса назад стояли здесь с автоматами.
Я изобразил удивление.
— Здесь?
— Здесь.
— Кто сказал?
— Кравцов.
— А-а. Тогда другое дело. Если сам Кравцов сказал, надо верить.
Полковник не улыбнулся.
— Серёгин, я не люблю, когда из меня делают идиота.
— У нас уже есть что-то общее.
Равиль тихо кашлянул. Громов перевёл взгляд на него, потом опять на меня.
— Я могу сейчас завести сюда людей и проверить всё помещение за помещением.
— Можете, наверное.
— Тогда откройте.
— Только оформите.
— Что?
— Всё оформите. Как положено. Кто проводит. На каком основании. Что ищете. Где ищете. Понятые. Протокол. Всё найденное — в протокол. Всё изъятое — тоже. Копию нам.
Громов перестал щуриться.
— Юрист?
— Нет.
— Тогда откуда такой грамотный?
— В тюрьме сидел.
Капитан возле него удивлённо посмотрел на меня. Я улыбнулся.
— Долго.
Громов, похоже, решил не уточнять.
— Значит, препятствовать не будете?
— Законным действиям милиции? Ни в коем случае. Я вообще милицию люблю.
— Заметно.
— Особенно когда она всё делает по закону.
Вот теперь он понял. Не то чтобы испугался. Такие люди вообще редко пугались от слов. Но понял, что привычного варианта — зайти, раскидать всех по стенам, собрать бумаги в мешки, а потом разбираться — не получится. Точнее, получится. Только после этого останется слишком много следов.
— Адвокат у вас есть? — спросил Громов.
— Уже едет.
— Кто?
— Валлиулин.
Фамилия ему ничего не сказала. И это тоже было хорошо.
— Местный?
— Нет.
Полковник снова посмотрел на меня.
— Откуда?
— Из Казани.
— Быстро вы работаете.
— Стараемся.
— За несколько дней приехали в город, собрали вооружённых людей, наняли адвоката, заняли базу…
— Вы что-то забыли.
— Что?
— Меня ещё возле кафе убить пытались.
Лицо капитана чуть изменилось. Громов остался совершенно спокойным.
— Заявление подавали?
— Конечно.
— Значит, разберутся.
— Уже разбираются. — Я выдержал паузу. — Военная прокуратура.
Вот это ему не понравилось. Совсем немного. Но я заметил.
— При чём здесь военная прокуратура?
— А я военнослужащий.
— Вы в отпуске.
— Пока да.
— И что?
— А то, что стрелять в офицера Советской армии — идея сама по себе не самая удачная. Особенно когда этот офицер после покушения начинает задавать вопросы, да ещё и носитель гостайны. Может меня шпиены какие убить хотели, это всё выяснить надо.
Громов смотрел молча. Я тоже. Потом он неожиданно спросил:
— С генералом что произошло?
Вот оно. Равиль перестал улыбаться.
— С каким?
— Не надо, Серёгин.
— А я правда не понимаю. Генералов в стране много.
— С тем, который сейчас лежит в областной больнице.
— Понятия не имею. Говорят, несчастный случай на охоте.
— Не на охоте.
— Значит, на рыбалке.
— Там стреляли.
— Тогда странная рыбалка.
Громов смотрел мне прямо в глаза.
— Вы там были?
— Где?
— На заимке.
— Нет.
— Уверены?
— Абсолютно.
— А подтвердить можете?
Я улыбнулся.
— Могу. Только вам это не понравится.
— Почему?
— Потому что придётся официально спрашивать полковника военкомата, вместе с которым я находился. А потом объяснять, с какого перепуга областное УВД проверяет алиби действующего офицера ГРУ по делу, по которому ему даже обвинений не предъявляли.
Капитан рядом перестал делать вид, что ему скучно. Громов чуть прищурился.
— ГРУ?
— Ну вот. Кравцов уже рассказал не всё.
Полковник ничего не ответил. Я понял, что попал. Кравцов действительно успел сообщить про автоматы и базу, но подробности нашего разговора либо не рассказал, либо разговаривал не с Громовым.
— Сергей, — сказал полковник уже другим тоном. — Давайте без цирка.
— Я только за.
— Тогда откройте калитку.
— Постановление.
— Осмотр может проводиться без постановления.
— Хорошо, пожалуйста. Оформляйте осмотр.
— Вы понимаете, что при необходимости я получу всё, что нужно?
— Конечно.
— Тогда зачем упираться?
— Чтобы всё было по закону.
Громов усмехнулся.
— Вдруг?
— Что вдруг?
— Вы вдруг полюбили закон?
— Очень. Буквально на днях. После того как выяснил, сколько людей в вашем управлении его не любят.
Улыбка исчезла. Равиль рядом тихо произнёс:
— Серый.
— Что?
Он глазами показал за спину милиционеров. По дороге к базе ехала ещё одна машина. Светлая «Волга».
— Кажется, наш, — сказал Равиль.
Через минуту машина остановилась позади второго УАЗа. Передняя дверь открылась, и наружу выбрался Валлиулин. Адвокат окинул взглядом УАЗы, милиционеров, чёрную «Волгу» и ворота. Даже отсюда было видно, как ему всё это не понравилось. Но шаг не замедлил.
— Добрый день! — громко сказал он. — Кто здесь старший?
Громов повернулся.
— Я.
Валлиулин подошёл, представился и показал удостоверение.
— Представляю интересы кооператива «Кунар» и Сергея Серёгина. Какие действия проводятся?
— Пока никаких.
— Замечательно. Тогда начнём с оснований вашего прибытия.
Капитан тяжело вздохнул. Равиль шепнул:
— Всё. Теперь они друг друга бумагами насмерть забьют.
— На это и расчёт.
Громов вдруг обратил внимание на Равиля.
— А вы собственно кто?
— Новый директор кооператива.
— Интересно. — Полковник снова посмотрел на меня. — Насколько мне известно, директором кооператива сейчас числится Кравцов.
— Ошибаетесь, — сказал я. — Он вообще не директор кооператива.
— Базы.
— Тем более.
— У меня другая информация.
— Значит, она ошибочная.
Громов нахмурился.
— Хорошо. Кто назначил вот этого человека директором?
Равиль лениво поднял бровь.
— Вот этот человек сейчас рядом стоит.
— Серёгин?
— Ага.
— На каком основании?
Я уже открыл рот, но сзади послышался голос:
— На основании решения пайщика, действующего в рамках полномочий, предусмотренных уставом и действующим гражданским законодательством.
— Тогда, возможно, вы мне объясните. Кравцов утверждает, что является законным руководителем базы. Здесь находится другой человек, который тоже называет себя директором. Кто из них директор?
Валлиулин пожал плечами.
— Это зависит от того, какой именно статус вы имеете в виду.
— Не надо со мной играть словами.
— Я и не играю. Если господин Кравцов считает себя законным руководителем хозяйствующего субъекта, а мой доверитель считает его полномочия прекращёнными либо возникшими незаконно, это гражданско-правовой спор.
Громов нахмурился.
— Он заявляет о захвате предприятия.
— Заявлять можно что угодно.
