1) Винтовок - на 426%,
2) Пулемётов – на 3450%,
3) Мелкокалиберной артиллерии — на 3333%...
Ну и так далее.
Как мы видим, с винтовками то проблем меньше всего.
Но вот с пулемётами и МЗА…
БЯДА !!!
Для наглядности можно привести пример с предполагаемым планом развертыванием производства пулеметов Дегтярева. Существующая мощность Ковровского оружейного завода, в принципе позволяет увеличить их выпуск с 15 до 40 тысяч штук ДП-27 в год.
Но по программе мобилизационного развёртывания же, промышленность должна дать армии 350 тысяч ручных пулеметов в течении полгода. Для чего необходима срочная постройка не менее семи(!) новых оружейных заводов, каждый мощностью как Тульский и Ковровский взятые вместе71…
Как вам такая задачка?
И это ведь это ещё не учитывая того, что Сталин отобрал наиболее развитое оружейное производство в Главк станкостроения Наркомата автомобилестроения СССР!
Увидев их реакцию, Вождь достал из сейфа «тот самый» доклад Тухачевского, открыл на нужной странице и показал обведённое красным карандашом нужное место:
«…Необходимость постройки многих крупнейших военных заводов… я считаю совершенно неправильным. Военное производство может в основном базироваться на гражданской промышленности».
Михаил Николаевич поник челом высоким, ибо одно дело пизд… Хм, гкхм… Одно дело писать, а совсем другое – претворять свою писанину в жизнь, а потом отвечать за это.
Кулик, пытался было разубедить Вождя:
- Товарищ Сталин! Пулеметное производство не может быть поставлено на заводах гражданской промышленности.
Тот страшно удивился, аж выронил изо трубку:
- ПачЭму?
***
А действытЭлно, «пачЭму»?
Потому что бывший в то время на вооружении РККА станковый пулемёт Максима «обр. 1910/1930 года» на станке Соколова – был призёром в номинации «крайне низкая технологичность»:
«Производство пулемета «Максим» требовало точности от 0,5 до 2 тысячных дюйма, пулеметного станка — от 2 до 5 тысячных дюйма. Некоторые же части замка «притирались» друг к другу с точностью лекал, по которым делались. Для производства пулемета «Максим» требовались 282 отдельные части (видимо инструмент и оснастка. Авт.) и 830 лекал, а его станка — 126 частей и 234 лекала.
Производство одного пулемета «Максим» требовало 2448 операций, 2422 перехода, 700 рабочих часов и загрузки 40 станков в сутки. Чистое время производства одного пулемета — 500 часов72, пулеметного станка — 170 часов. Для изготовления пулеметных стволов использовали литую сталь с низким содержанием углерода и примесями марганца и вольфрама. Производство требовало специализированного оборудования73».
Был он и мировой рекордсменом по весу, числу деталей и пружин. К примеру, запирающий механизм (замок, или затвор) у австрийского «Шварцлозе» состоит из одиннадцати отдельных частей.
У французского «Гочкисса» - сорок одна деталь, у американского «Кольта-Браунинга» уже семьдесят одна…
У британо-российского «Виккерса-Максима»…
Кто догадается – тому сладкий пирожок с повидлом!
…Восемьдесят семь деталей, не считая крепежа к ним – болтов, гаек и всяких там прочих штифтов.
У «Шварцлозе» имелась всего лишь одна – но зато «очень сильная спиральная пружина». У «Гочкисса» - всего семь пружин, у «Кольта-Браунинга» - аж целых десять.
У пулемёта «Максима-Виккерса»…
Четырнадцать (четырнадцать, Карл!!! Четырнадцать) пружин!
Мля… И куда только влезли?
Естественно, такое «удовольствие» стоило недёшево, даже не считая тех «жалких» сорока фунтов стерлингов, которые Военное ведомство отстёгивало фирме «Виккерс» за каждый выпущенный в Туле пулемёт. В «том самом» 1931-м году, вместе со станком и двумя запасными стволами, «Максим» стоил 1370 рублей.
С чем сравнить?
В той России, что мы с вами «потеряли» - рояль (в смысле – музыкальный инструмент) известной марки стоил 200 рублей. Автомобиль без дополнительной оснастки - порядка 2000 рублей.
Понятно?
Если сравнивать с чем-то пулемёт «Максим» по стоимости - то только с автомобилем: ибо, даже рояль ни в какое сравнение с ним не идёт. А в потерянной нами Российской Империи, личный автомобиль имел статус личного вертолёта в современной нам Российской Федерации - которую нам с вами ещё только предстоит прое… Хм, гкхм…
Да в принципе и х@й с ней.
Не, конечно понимаю – война очень дорогое «удовольствие»…
Но это уже какой-то лютый абсурд в его самом чистом виде!
Тогдашние лидеры технологической гонки - Великобритания и Германия, после начала Первой мировой войны нарастили производство пулемётов «Виккерс» (Vickers) и MG 08 (Maschinengewehr 08) за счёт привлечения частной промышленности. В России же, даже казённые оружейные заводы - Ижевский и Сестрорецкий, не смогли приступить к выпуску пулеметов «Максим» и участвовали лишь в производстве отдельных частей к нему… Про частные предприятия входящие в «Центральный военно-промышленный комитет» (ЦВПК), даже речь не идёт…
Они просто не взялись за такой сложный заказ.
В результате, что?
А в результате:
«Если к началу войны на одну русскую пехотную дивизию приходилось по штату 32 пулемета, а на германскую, французскую и британскую — по 24, то к концу войны в русской пехотной дивизии было 72 пулемета, в германской — 324 (из них 216 ручных), британской — 684 (576 ручных), французской — 400 (336 ручных)74».
Здесь и никакой «Окопной правды» не надо!
Три сотни с лишним германских пулемётов против семидесяти двух, разлагали Русскую императорскую армию гораздо эффективнее большевистской пропаганды. Как в прямом смысле разлагали - так и в переносном.
Если кто-то думает, что принятый на вооружение в 1927-м году ручной пулемёт Дегтярёва ДП-27 и его модификации ДТ (танковый) и ДА (авиационный) были чем-то лучше в технологическом отношении, тот глубоко ошибается. Чуть менее 80 (восьмидесяти) деталей, часто фрезеруемых и ручная подгонка боевых упоров затвора. Отсюда и соответствующая цена: если пулемет «Максим» со станком Соколова и с комплектом ЗИП стоил 1960 целковых, то «Дегтярь» всего лишь на «пятихатку» меньше – 1400.
Даже авиационная версия «Максима» - пулемет ПВ-1, стоил меньше – 1200 «деревянных»75.
***
Выслушав сбивчивые объяснения Кулика (а ведь он не инженер-технолог – от слова «далеко не он» и, толком ничего Вождю разжевать не мог), Сталин рассердившись ударил кулаком по столу:
- Вы хотите вашему Наркомату лёгкой жизни! И это ваше желание, идёт вразрез с интересами обороноспособности нашего – первого в мире Государства рабочих и крестьян. Всё! Идите и работайте, товарищи.
Ну, что делать?
Были б Кулик и Тухачевский были б министрами Японской империи – торжественно совершили бы обряд «сепуку», уйдя от позора и бесчестия в смерть. Какого-нибудь западноевропейского государства – они б обязательно подали в отставку и стали бы обычными законопослушно-добропорядочными бизнесменами. Российской (империи или федерации – нужное подчеркнуть) – разворовали б все выделенные средства и стали б депутатами Госдумы, обретя таким макаром неприкосновенность. Но они оба были госслужащими СССР в эпоху Сталина, поэтому они…
Тиран же и самодур у власти!
…Стали работать. И прежде всего – головой. И их девизом с тех стала фраза, обычно приписываемая Кулику:
«Мне не нужно оружие, где есть „фрезерная“ работа!76».
По существу маршал был совершенно прав: оружие, для изготовления которого требовалось много станкочасов работы фрезерного станка и рабочие высокой квалификации, СССР просто не смог бы производить в нужных для большой войны объёмах.
