Эксперимент вне расписания (СИ) - Горелик Елена Валериевна
В зале Морского штаба повисла тишина, но это была звенящая, электрическая тишина штабной работы, когда рождается дерзкая военная операция, способная обернуться победой.
Эссен тяжело закашлялся, прижимая платок к губам, но когда отнял его — на бледном лице адмирала сияла злая, счастливая улыбка:
— Это… это смелый план, государь. Мы свяжем германский флот по рукам и ногам. Они будут вынуждены держать в Балтике треть своих линейных сил, снимая их с Северного моря против англичан.
— Вот и пусть снимут! — осклабился Петр. — Пусть англичанин тоже попотеет, не все ему на печи сидеть! А мы заставим кайзера захлебнуться балтийской водой!
— Но есть еще один козырь, государь, — негромко, но с твердым нажимом произнес Григорович. — Без него дерзкий план рискован. Морская авиация.
Петр замер на полушаге, и брови его изумленно взметнулись вверх:
— Авиация? Крылья? Те полотняные этажерки, что над Питером жужжат, аки майские жуки?
— Не просто этажерки, Ваше Величество, — подхватил Эссен, подавшись вперед над картой. — На Балтике мы уже создали передовую систему воздушной разведки. Гидроаэропланы инженера Григоровича — летающие лодки на поплавках, поднимаются прямо с морской волны. Базируются в Ревеле и на Моонзунде. А пароход «Орлица» мы переоборудовали в авиационный транспорт: плавучая база с ангаром и подъемными стрелами на пять гидропланов! С воздуха пилоты видят немецкие минные банки сквозь толщу воды, замечают вражеские дымы за тридцать верст до того, как их различит дозор, и способны не только метать пудовые бомбы на палубы, но и корректировать огонь двенадцатидюймовых башен наших дредноутов по беспроволочному телеграфу!
Петр слушал не мигая. Его пальцы до хруста впились в кромку дубового стола. В глазах царя, в чью эпоху вершиной флотской разведки был матрос на салинге грот-мачты с подзорной трубой, полыхнул первобытный, ненасытный огонь конструктора. Летающие над пучиной механические птицы, видящие за горизонт и наводящие пушки сквозь туман? Это било по воображению сильнее любых чудес Амстердама и Лондона!
— Птицы на службе Адмиралтейства?.. — выдохнул он хрипло, пробуя неслыханную весть на вкус. — Иноземные?
— Наши, государь! Завод Щетинина в Петрограде строит, а морские летчики — офицеры нашего флота.
— Все выкладки сюда! — рявкнул Петр, сотрясая воздух. — Немедля! Чертежи машин, цифирь скоростей, силу, расход горючего зелья, вес бомб и роспись личного состава! Сколько крыльев на Балтике? Тридцать? Удвоить! К лету утроить! Заводам дать железо, дерево, медь, полотно и моторы в первую очередь! Коли сии стрекозы способны наводить пушки за горизонт — мы кайзера слепым сделаем!
— Следует помнить, государь, что и у немца тоже аэропланы в наличии. Понадобится истребительная авиация для прикрытия.
— Хоть из-под земли достань, а к лету чтоб у нас эти…аэропланы были! — Петр швырнул обломок карандаша на карту, оперся на трость и обвел адмиралов тяжелым, непреклонным взглядом. — Сроку вам на разработку диспозиции — сорок восемь часов. Уголь, нефть, мины — Маниковский с петроградских заводов доставит в избытке. Но помните, господа флотоводцы: еще раз увижу, что матросы в гаванях от безделья киснут, а корабли ржой покрываются — лично погоны сорву и отправлю простыми кочегарами на угольные транспорты. Россия ждет побед на море! Ступайте!
Григорович и Эссен четко, по-флотски приложили руки к козырькам:
— Слушаемся, Ваше Величество!
Когда флотоводцы вышли, Петр остался у окна, выходившего на Неву. Там, за Адмиралтейским проспектом, рабочие верфей грузили на баржи свежеотлитые орудийные станины. Апрельское солнце наконец пробило свинцовую толщу туч, и золотой шпиль над головой царя вспыхнул ослепительным, победным огнем. Война на Балтике начиналась заново — по правилам ее первого Адмирала.
Часть III. Шахматная доска
К маю 1915 года геополитическая карта мира, казавшаяся кабинетам Лондона, Парижа и Берлина привычной шахматной партией на истощение, пошла глубокими, ветвистыми трещинами.
Великая бойня уже давно перестала быть европейской кампанией, но теперь из ее топких окопов выветривался прежний цинично-выверенный расчет. Прежде союзники по Антанте держали Россию на коротком финансовом поводке: Петрограду отводилась роль колоссального сухопутного резервуара, обязанного каждые три месяца бросать в мясорубку миллион штыков, спасая Париж и прикрывая Ла-Манш. Германия же, задыхаясь в кольце британской морской блокады, методично готовила молот в Галиции, рассчитывая сокрушить шаткий русский фронт и продиктовать сепаратный мир растерянному Николаю.
Но на востоке встал колосс, с которым европейская дипломатия никогда не имела дела в двадцатом веке.
В Риме лихорадочно дописывали секретный Лондонский пакт. Итальянское королевство, торговавшееся с обеими воюющими коалициями, словно маклер на генуэзском базаре, замерло на пороге вступления в войну. Премьер Саландра и министр иностранных дел Соннино до хрипоты спорили во дворце Консульта: Праснышский разгром германцев и упорство осады Перемышля ломали австрийскую монолитность быстрее, чем предрекали эксперты. Если русские действительно выходили на карпатские хребты не босыми оборванцами, а армией, за спиной которой вставал свирепый и беспощадный порядок, Венеция и Триест могли достаться Риму по куда более низкой цене. Впрочем, и в Риме, и в Мадриде, и в Бухаресте на посланников Российской империи теперь смотрели не с барственным сочувствием к гибнущему гиганту, а с суеверной, холодной тревогой.
Но страшнее всего эта тревога легла на берега Меларена.
В Стокгольмском королевском дворце пахло старым лаком, полированным дубом и ледяным страхом, дремавшим в генах нации почти два столетия. Густав V, монарх из дома Бернадотов, потомков наполеоновского военачальника, не спал третью ночь. Седой, сухощавый король, носивший пенсне на тонком шнурке, часами стоял у высоких окон покоев, выходивших на гавань.
Швеция блюла строгий нейтралитет. Но нейтралитет этот имел отчетливый, жирный кайзеровский привкус. Рудники Кируны и Елливаре работали на пределе: тяжелые эшелоны с первоклассной магнетитовой железной рудой нескончаемым потоком шли в порт Лулео на севере Ботнического залива и в Окселесунд на Балтике. Оттуда пузатые шведские рудовозы, охраняемые нейтральным желто-синим крестом на бортах, мерно доставляли сырье в германские порты Штеттин, Данциг и Свинемюнде. Без этой руды крупповские заводы в Руре не смогли бы отковать и половины тяжелых снарядов и броневых плит для кайзеровского Флота открытого моря.
Все шло как по маслу — до последней недели апреля.
Сначала бесследно исчез пароход «Готланд», шедший с грузом в четыре тысячи тонн обогащенного шпата в Данциг. Он просто не прибыл в порт назначения. Ни сигналов бедствия, ни обломков — лишь смоляное пятно и спасательный круг с разорванным надвое гербом, выловленный рыбаками близ острова Борнхольм.
Спустя три дня у мыса Брюстерорт раздался двойной глухой взрыв, от которого в прибрежных деревнях зазвенели стекла: рудовоз «Мальме» переломился пополам и затонул за четыре минуты. Восемнадцать шведских моряков, снятых датским траулером, в один голос твердили в портовой комендатуре Карлскруны нечто несусветное: взрыв произошел не на мине. Из-под черной балтийской волны, прямо под носом судна, на долю секунды поднялась узкая стальная труба, взрезавшая пену, за ней последовал шипящий след белого буруна — и адский удар торпеды распорол борт. Подводная лодка без флага и опознавательных знаков даже не соизволила всплыть, чтобы подобрать тонущих.
А еще через сорок восемь часов у входа в Ботнику на плавучих донных минах взлетели на воздух два шведских углевоза.
В Берлине бушевали. Морской штаб кайзера слал в Стокгольм ультимативные депеши, требуя немедленно выставить конвои шведских миноносцев для проводки рудовозов и закрыть территориальные воды для русских подводных лодок. Но шведские адмиралы лишь бледнели, глядя на секретные сводки. В Стокгольме прекрасно знали: русские минные банки образца 1915 года появились не на выходе из Ревеля или Гельсингфорса. Они легли прямо у шведских шхер, аккуратно перекрывая выходы из нейтральных фьордов. Кто-то ставил их с филигранной, наглой дерзостью — глубокой ночью, пользуясь лоцманскими картами еще времен петровских галерных десантов адмирала Апраксина.
Похожие книги на "Эксперимент вне расписания (СИ)", Горелик Елена Валериевна
Горелик Елена Валериевна читать все книги автора по порядку
Горелик Елена Валериевна - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.