Барон особого назначения 2 (СИ) - Щурский Евгений

Длилось это чуть больше минуты, и я успел трижды порадоваться тому, что космонавтом я стать даже не мечтал — чувство было ужасное. Замедлив свой ход, шарики сложились в один большой квадрат и прилетели прямиком в руки ректора.

Вероятно, на них были мои диагностические данные — на пару минут в помещении воцарилась тишина. Преподаватели переглядывались между собой, пытаясь понять, в чём заминка.

Закончив, Распутина поднялась на ноги и медленно подошла ко мне, неотрывно пытаясь что-то во мне разглядеть. Склонившись пониже, она, почти не двигая губами, спросила:

— Бездна, артефакторика, молния, какой-то неизвестный металл и с десяток спящих стихий. Я ничего не упустила?

— Вы увидели даже больше, чем знал я сам, — искренне удивился я. Металл? Ещё стихии? Вот так номер.

— Поздравим господина Бронина, — ректор выпрямилась и обратилась к остальным членам комиссии. — У нас здесь начинающий маг бездны!

Зал взорвался аплодисментами, некоторые встали, кто-то так и остался сидеть неподвижно, в общем, примерно этого и ожидаешь, когда сообщают о том, что найден новый маг с редчайшей стихией. Забавно, что о «куче стихий» и артефакторике она решила не сообщать.

Впрочем, заметив одобрительный взгляд Романовой, поглаживающей Райдена, я понял всё без слов. Скорее всего, оглашение подобных вещей со стороны ректора было бы ошибкой — слишком ценная для государства информация, чтобы просто так её разбазаривать.

Дальше был тест на проводимость магических каналов, а после него я как следует влепил копьём бездны по тренировочному манекену, показав средний для пятого ранга результат. Впрочем, я и сам понимал, что мои кустарные техники далеки от идеала — бездна игнорировала бóльшую часть магического сопротивления цели, так что я должен был бить гораздо сильнее.

— Поздравляю, Бронин, — когда пыль вокруг манекена рассеялась, ко мне подошла Распутина. Наша академия готова принять вас в свои ряды. Вопрос лишь в том, готовы ли вы?

— Абсолютно, — я ответил не раздумывая. Было бы странно, если бы я прошёл вступительный отбор и внезапно отказался.

— Значит, нужно определиться с потоком, — одобрительно кивнула ректор. После этого тут же наперебой посыпались предложения от двух молодых людей.

— Поток «Абсолют» славится упором на боевую магию, а также рукопашный бой! Мы готовы вас пригласить! — коротко прорекламировала себя невысокая девушка чуть за тридцать.

— А мы приглашаем! Поток «Баланс» охватывает всего понемногу, сохраняя баланс! — подхватил парень помоложе, сидящий на противоположной стороне.

Я уже успел почувствовать себя последней скумбрией на рынке, за которую в словесной перепалке сошлись два ревностных любителя рыбы, когда со своего кресла поднялась Романова. Райден снова перелетел на моё плечо.

— Хочу напомнить, коллеги, — холодно произнесла она, — что с этого года мы ввели особый поток для юных дарований. Сжатая теоретическая программа с повышенным количеством практики, в которую мы приглашаем только достойнейших кандидатов.

Окинув холодным взглядом притихших зазывал, Ангелина продолжила:

— Не думаю, что с таким потенциалом господину Бронину будет комфортно учиться среди… посредственности.

На этом моменте треть присутствующих синхронно закашлялись, повисла неловкая пауза.

— Вы согласны, барон? — Романова проверяла меня на прочность.

— Буду рад принять это приглашение, ваше высочество, — я старательно игнорировал посыл о неполноценных магах.

Винить её не было смысла: детей императорской семьи с пелёнок пичкают эликсирами и зельями, стремясь вырастить из них лабораторных суперсолдат. Когда ты с юных лет орудие государства, в мире, где всё решают сила и власть, трудно оставаться тактичным в вопросах магического роста.

— Что ж, — произнесла Венера Викторовна. — Полагаю, за дверью вас ждёт Андрей Мельник?

— Он самый, — ответил я.

— Пусть отведёт вас в башню Искры. Так называется ваш поток. Вы пока единственный, кто прошёл в него отбор, но до выходных список будет пополняться, вплоть до тридцати человек. Дальнейшие инструкции получите от волонтёра.

— Отлично, а документы?

— Ох, конечно, что-то я… — ректор замешкалась, отошла к небольшому столику, стоявшему перед её креслом и вернулась уже с моими бумагами. — Удачи в учёбе, студент!

— Благодарю вас, ректор!

Уходя, я чувствовал спиной напряжение, повисшее в зале после высказывания Романовой. Я понимал, что сделано это нарочно, но зачем? Вероятнее всего, для того, чтобы сразу определить — лучшие кадры этого года достанутся ей.

— Сколько предлагали за чемодан? — шутливо спросил я, толкая дверь и споткнулся от неожиданности: передо мной стояла Лиза… та самая, с которой мы жили по соседству в Озёрном.

— На торги пока не выставляла, — девушка едва заметно покраснела и сделала полшага назад, — у меня с ним ой какая крепкая связь, Ян Борисович.

— И тебе привет, — я смахнул с лица эту дурацкую улыбку, против моей воли появляющуюся рядом с Лизой. — Не думал, что ты поступаешь в столичный филиал.

— И бросить вас здесь без присмотра, Ян Борисович? — в глазах магички блеснул игривый огонёк. — На самом деле, я очень заинтересована новой программой для одарённых студентов…

— Следующий! — из-за двери раздался голос Распутиной.

— Слыхал о такой, — я отошёл в сторону, пропуская юную абитуриентку ко входу, — удачи вам, Елизавета! Увидимся!

— Обязательно увидимся, Ян Борисович! — задорно хихикнула Лиза и скрылась за дверью, оставив своего провожатого в растерянности.

Мельник, всё это время стоявший напротив, у окна, проводил её взглядом.

— За твою рухлядь, — кивнул он на чемодан, наигранно скривившись, — предлагали максимум шестнадцать рублей. И это с учётом розовых трусиков с сердечками.

— Плачу семнадцать рублей, если пообещаешь никому о них не рассказывать, — прошептал я ему, поддерживая шутку. — Отведёшь меня в башню Искры?

— Ого! — Андрей удивлённо присвистнул. — А ты непростой кадр, барон! Ну, пойдём. Только чемодан сам потащишь, я теперь в печали!

Мы вышли из корпуса приёмной комиссии. По словам Андрея, обычно это был малый актовый зал. Внутри ещё слышались голоса новоприбывших абитуриентов, с волнением ждущих своей очереди, но стоило шагнуть наружу — всё стихло.

Перед нами раскинулся внутренний двор Академии: аккуратные дорожки из брусчатки, весенние деревья в цвету, прозрачные струи фонтанов. Воздух был тёплым, пахло свежей листвой и чем-то едва ощутимо волшебным — будто само место дышало энергией.

Мельник шагал впереди, увлечённо рассказывая о том, что здесь и свой микроклимат, и как-то магически устроено, что круглый год тепло, как весной. Я лишь успевал восхищаться и старался не отставать. Мы миновали статуи и клумбы, и вскоре из-за верхушек садов показалась Башня Искры.

Она возвышалась над всем остальным — белокаменная, с сияющим шпилем, в котором отражалось солнце. Рядом стояли ещё четыре похожие, но эта отличалась свежестью — возвели её только в прошлом году.

— Да-а-а… — выдохнул Андрей, когда мы закончили подъём по винтовой лестнице к нужному этажу, — уютно у вас тут!

— И вправду, — сказал я, переводя дух, — только вот лестницы утомляют.

— Для первогодки ты отлично справился, — рассмеялся он. — Некоторые поднимались с тремя передышками! Но вообще, это ритуал посвящения такой. Внизу есть магический лифт, просто встаёшь на ту платформу, нажимаешь кнопку…

— Знаешь, если придушить тебя… — я пересадил Райдена на спинку стула, а сам рухнул на удобный диван напротив камина.

— Знаю, знаю, — усмехнулся Мельник, — сам там был! Ладно, ребятки. Я вниз, заполню заявку на содержание тебя с фамильяром да пойду следующую жертву искать.

— Удачи! — крикнул я сквозь диванную подушку, не поднимая головы.

— Кар! — крикнул Райден.

Я перевернулся на спину и помассировал пальцами виски. От напряжения и переживаний разболелась голова, а ведь только десять утра. Стоп. А что мне делать до обеда, кто-нибудь сказал? Раз указаний нет, значит, студент спит!