Выживала. Том 2 (СИ) - "Arladaar"

Лично Женька, как бывалый походник и выживала, конечно же, был бы против подобного развития событий. Он лично всегда придерживался единого принципа в походах: пришёл на место стоянки — разбей стан. Обустройся, установи палатку, направь кострище, палки для тагана, разложи вещи, принеси топливо для костра, воду, тогда уже занимайся чем хочешь: хоть рыбачь, хоть занимайся охотой, хоть снимай видосики, хоть лезь под землю. Потом придёшь на отдых, разложишь ветки, зажгёшь костёр, приготовишь еду и отдыхай. Сейчас же, находившись, набив ноги, с чем придёшь потом? Придёшь не к лагерю, а к рюкзакам, лежащим на камнях. Надо всё обустраивать, а уже сил осталось меньше. Поэтому такая позиция ребят и тренера была ему непонятна. Хотя, возможно, при двухдневном походе не имело смысла заморачиваться с быстрым развёртыванием лагеря… Однако Женька привык поступать так, как диктует здравый смысл, да ещё при этом оценивая ситуацию, принимая во внимание самый худший вариант развития событий, который может случиться.

Самым худшим возможным событием сейчас была явно надвигающаяся гроза. Природа словно замерла, не слышно ни чириканья птиц, ни шума листвы или травы от ветра. Поблизости лишь плеск и перекатывание воды по камням от близко расположенной речки. Полное безветрие и лютующий гнус.

Место, в котором они сейчас находились, Женька считал неважным для ночёвки: недалеко река с поймой, по которой при грозе наверняка будет шуровать сильный ветер. На горе рудник с обилием железа, которое может притягивать молнии. За рудником лес, в котором от ветра могут рушиться деревья и большие ветки. По сути, хорошего места для ночёвки здесь не было нигде. Однако всё равно он придерживался принципа: стоянку следовало разбить как можно ниже, на горах будет дуть сильный ветер, а в штольнях рудника… Да там может завалить! Даже если завалов не было длительное время, не значит, что их может не быть вообще. Впрочем, всё это потом. Тем более, он самый младший, авторитета ноль, и его наверняка всё равно никто не стал бы слушать.

…Немного перекусив и отдохнув, начали разведку рудника. Для этого пришлось подняться чуть выше от того места, где они оставили вещи. Женька смотрел на гору: вся она была как сыр испещрена ходами, которые виднелись в самых неожиданных местах, даже над зелёным озером. И тут он сообразил, чего, похоже, никто из них не взял: мел для того, чтобы оставлять отметки на стенах. Вдруг лабиринт тоннелей окажется запутанным?

Осторожно ступая по камням, друг за дружкой, ребята поднялись выше и очутились в самой первой, самой широкой штольне, которая как зев чудовища выступала из скалистой стены.

— Ребята, по одному не ходим! Идём все вместе! — заявила Светлана Владимировна. — Идём осторожно, светим под ноги и по сторонам, оценивая безопасность: помните, что вы находитесь под землёй. Поднимаемся, ставим ноги только после того, как убеждаемся, что камень не качается. А сейчас включайте свои фонарики!

Женька вытащил из кармана плоский фонарик синего цвета, питающийся от плоской батарейки на четыре с половиной вольта, и зажёг. Мда… Свет, конечно, был так себе, если сравнивать со светодиодными фонарями, питающимися от аккумуляторов, которыми он пользовался в своём времени. Вот что значит технический прогресс!

Ребята достали фонари и зажгли их. У половины были примерно такие же фонарики, но у Светланы Владимировны и у Витали были более мощные круглые фонари, работающие от четырёх батареек по полтора вольта, они светили посильнее.

Женька выступил вперёд и посветил фонариком из стороны в сторону. Примерно двухметровой высоты ход, неровно вытесанный в скале, шёл внутрь горы, и примерно через 100 метров было видно его окончание, там он выходил с обратной стороны. Судя по всему, камни обтёсаны кирками, от которых на неровной скальной стене видны тонкие следы. Ступать по полу нужно было осторожно: поверхность крайне неровная, скалистая, с множеством мелких камней и отломков. На стене видны какие-то надписи, нанесённые предыдущими экспедициями. Всё-таки люди отмечали мелом маршрут.

Светлана Владимировна осторожно пошла вперёд, светя по стенам, команда последовала за ней. Вперёд никто не лез. Пройдя примерно 20 метров, увидели поперечную штольню, вправо, под углом отходящую от основной. Она была намного уже и ниже, шириной в метр, а высотой в рост человека. Женька посветил фонарём внутрь: уходила она куда-то вглубь горы. На полу видно несколько полугнилых деревяшек, бывших когда-то шпалами, и небольшой изогнутый ржавый рельс, остаток железной дороги, по которому из глубины штольни возили руду и пустую породу на вагонетках. Пройдя пару десятков метров, пришлось возвращаться назад: путь преграждало нагромождение крупных камней. В штольне или случился аварийный обвал, или она была взорвана при закрытии рудника. Интересно, что там за обвалом?

Влево от главного коридора отходила ещё одна поперечная штольня, решили идти по ней. Через 30 метров ход разделялся на два. Одна штольня вела вниз и через 10 метров оказалась завалена или взорвана: пути не было через обломки скал и гнилых деревянных крепей. Другая штольня через поворот выходила наружу, на большой высоте, сбоку от озера. Спуститься вниз здесь было совершенно невозможно: крутой обрыв высотой метров 10, под которым завал из больших камней. Тоже тупик! Женька осторожно глянул вниз: всё-таки, при наличии альпинистских анкеров, карабинов и строп спуститься здесь он бы смог. Но не сейчас… Внизу, в завале из камней, кажется, виднелся вертикальный шурф — колодец, уходящий вниз.

Отправились назад. Тишина и темнота давили на психику, несмотря на то что находились здесь целой командой. Страшно было ощущать, что вокруг тебя миллионы тонн камня и тёмные штольни, тянущиеся фиг знает куда, а иногда выводящие к обрыву.

Ступая друг за дружкой, вернулись в большую штольню и направились к выходу, белевшему впереди, который выводил к зелёному озеру, находившемуся далеко внизу. Светлана Владимировна оценила ситуацию: спуститься можно, если осторожно. Больше ходить по руднику не стали, хотя там были и другие штольни, идущие непонятно куда.

— Ребята! — сказала тренер. — Давайте осторожно, друг за дружкой, спускаемся вниз, к озеру. Внимательно смотрите под ноги, цепляйтесь руками за всё, что возможно, ноги ставьте на ровную поверхность.

Женька осторожно посмотрел вниз: спуститься можно, и даже неподготовленному человеку, неопытному походнику, здесь ещё не требовались начальные навыки альпиниста. Самыми сложными были осыпи из каменных обломков, по которым можно было начать скользить, но тренер сказала что они обойдут это место, проложив маршрут чуть в сторону.

Первой спускалась Светлана Владимировна, для которой, возможно, подобные походы были не в новинку, за ней ещё двое старшаков, потом Женька, за Женькой Танька, Сашка, Егор. Следом за ними трое других старшаков и последним Виталя, который страховал последних. Парень на вид был к походам привыкшим.

Спустились нормально, через 15 минут уже стояли на берегу озера. Берег в этом месте состоял из мелких камней, полого уходящих в воду. Но так было только здесь. Остальные берега озера были очень крутые, даже скалистые. Неровные каменные стены, высотой от 5 до 10 метров, заросшие деревьями, круто обрывались в глубокую спокойную зелёную воду. Озеро было примерно 50 метров в длину и 30 метров в ширину, совсем небольшое, но смотрелось очень глубоким, как воронка, и было явно рукотворным.

— Глубина озера 24 метра, — заявила Светлана Владимировна. — Точнее, это главный ствол рудника, главная выработка, сейчас затопленная водой. Из оставшейся части горы сюда шли штольни со всех сторон. Или, наоборот, отсюда шли к выходу. В общем, здесь раньше везде была громадная гора, состоящая из железной руды, сейчас от неё осталась только небольшая часть. Но большая часть рудника не исследована туристами. Чтобы добраться вот до тех ходов на стене, нужно альпинистское снаряжение. Эти ходы раньше шли в главный шурф, который сейчас на месте озера. Похоже, в подводных стенах озера тоже есть штольни, сейчас затопленные водой. Пробраться по ним могут только спелеоаквалангисты. Само озеро имеет такой глубокий насыщенный зелёный цвет от обилия медного купороса, находящегося в воде. Здешняя железная руда с небольшой примесью меди.