Сердце шторма (СИ) - Фламмер Нат

Однако буря в этот раз выдалась недолгой, и с первыми лучами солнца студенты потянулись обратно на улицу. Библиотека постепенно пустела. Диогу выждал, пока погода окончательно восстановится, выбрался из своего угла и пошел вдоль книжных шкафов, возвращая на место взятые книги.

— Добрый день, ментор. — К нему подошла студентка.

— Добрый день, сеньора Ривера, я могу вам чем-то помочь?

Девушка посмотрела на залитое солнцем окном и вздохнула.

— Если только отмените сегодняшнюю практику, — улыбнулась она, — наверняка полигон опять залило, придется бегать по колено в грязи.

— А разве отмена занятий не расстроит вас больше, чем необходимость испачкаться?

Девушка потупилась:

— Да это же шутка. Просто шутка.

— Я понял. Но вы ведь можете не ходить на эти занятия. Посидите тут, посвятите время подготовке предметов, которые идут вам в зачет. В конце концов, ваше наблюдение совершенно верно. Сегодня на полигоне будет весьма неприятно.

— До первой ледяной атаки, — отмахнулась девушка.

— Хм… тогда будет скользко. Вообще, я планировал попросить кого-то из бештафер просушить поле, но ваш вариант мне нравится больше. Давно у нас не было тренировок на сложном рельефе. Спасибо за идею.

Щеки девушки начали краснеть.

— Не волнуйтесь, — Диогу улыбнулся, — я скажу студентам, что сам придумал, как усложнить им жизнь.

Ривера издала тихий нервный смешок, посверлила ментора взглядом еще пару мгновений и, пожав плечами, стала отступать к лестнице. Диогу молча наблюдал за ней. Как он и предполагал, у нее не было конкретного вопроса, который нужно было задать здесь и сейчас. Она пришла просто «потому что». Скорее всего, увидела его, когда собиралась уходить, и не смогла пройти мимо. Что ж… смущать студентку уточняющими вопросами желания не было.

— Ну пойду тогда готовиться…

— Полагаю, не к зачетным дисциплинам, — вздохнул Диогу, — я ведь увижу вас сегодня на полигоне?

— Как всегда.

— Хорошо, — кивнул Диогу, и Ривера, улыбнувшись, зашагала между шкафов к ближайшей лестнице.

Диогу, выждав пару мгновений, быстрым шагом обошел шкаф. За ним обнаружились два любопытных носа. Студенты приветливо помахали руками, ничуть не смутившись тому, что их фактически застали за подслушиванием чужого разговора.

— Надо же, ментор Диогу, — расплылась в улыбке Вера, — а я думала, все местные студентки сходят с ума по Педру.

Она поставила на полку книгу и зашарила рукой в почти пустой сумке.

— Печенье?

— Давай, — сеньор Афонсу сграбастал всю пачку, бросил ее поверх стопки книг и пошел к столу.

— В основном, — пожал плечами Диогу. — Мне обычно легче избавиться от подобного внимания, достаточно принять боевую форму.

— Но, видимо, с Риверой так не сработало?

Вера выглянула между полок, провожая взглядом девушку: на рюкзаке у колдуньи болтался огромный брелок в виде мохнатого, вполне реалистичного паука.

— Угу. К счастью, сеньора не делает ничего, выходящего за рамки, задает чуть больше вопросов, чем остальные, но это может быть полезно.

— А я думал, она из учебного рвения на полигоне торчит, — усмехнулся сеньор Афонсу.

У Каролины Риверы не было оружия. И обучалась она соответственно. Однако при любом удобном случае приходила на занятия боевых колдунов и тренировалась с почти фанатичным рвением. Она появилась на вверенном Диогу полигоне сразу, как только это позволили сделать возраст и учебные программы, заявила, что не собирается отсиживаться в кабинетах только потому, что она девушка, не способная кинуть в демона куском льда или огненным шаром. Диогу сначала позволил ей присутствовать на занятиях, а потом и тренироваться наравне со всеми. И не пожалел. У Риверы было очень нестандартное мышление, она ловко орудовала щитами и путами, порой укладывая на лопатки и тренированных однокурсников. И она умела наблюдать. Запоминала и копировала чужие приемы, которые считала подходящими. И часто просила совета у Диогу, видимо решив, что паутина не сильно отличается от пут.

То, что за интересом учебным стоит еще и интерес личный, Диогу заметил не сразу. И может, не заметил бы вообще, списывая излишнее волнение студентки на боязнь ошибиться и показаться глупой. Но Педру подсказал. Просто промолчать главный ментор не мог. Ну надо же, его персону обошли вниманием!

— Я удивлена, честно сказать. Вы же все-таки бештаферы.

— Ой, и что? — хмыкнул сеньор Афонсу. — Кого бы это останавливало? Даже у вас в Академии наставницу Диану студенты провожают весьма красноречивыми взглядами.

Он раскрыл добытую у Веры пачку и аккуратно достал печеньку.

— Так уж устроены люди, — сказал Диогу, подходя ближе к столу, за которым устроились студенты, — мужчин привлекает красота, женщин — сила и надежность. И если в случае Дианы это лишь ее прихоть, дивы легко могут спрятать свою красоту от лишних взглядов, то силу свою мы не имеем права скрывать. И рано или поздно оказываемся рядом в нужный момент. Где словом, где действием, где научением становимся в глазах студентов некой опорой, на подобных моментах и растет влюбленность.

Диогу прислушался, убеждаясь, что сеньора Ривера покинула библиотеку. Теперь залы были почти пусты, только несколько отстающих студентов зубрили что-то в другом конце помещения.

— Давайте, возьмите печеньку, никто вас не видит, — подмигнула Вера, подняв голову. — И рассказывайте дальше. Мы остановились на влюбленности.

Диогу строго посмотрел на студентку, потом пожал плечами и взял предложенное угощение. И усмехнулся.

— Но больше всего внимания, конечно, достается Педру. Несколько лет назад в день святого Валентина за ним летал целый рой валентинок. Сначала он просто отмахивался, а когда взбесился и решил распотрошить, оказалось, что ни одна не подписана.

Студенты засмеялись.

— Ну конечно, кто бы решился открыто, — фыркнул сеньор Афонсу. — Это же случилось сразу после концерта, на котором он пел «что с радостью сожрал бы парочку сердец, чтобы немного улучшить свои беспросветно тоскливые дни»… и это вообще не выглядело как метафора, так что посылать подписанную открытку было бы… опрометчиво.

— Дело не в этом, на бумаге сохранится запах. Думаю, девушки были уверены, что подписываться просто не нужно.

— Вы правы, сеньора Вера.

— Глупо, так раздражать Педру — все равно что написать: «я готова быть твоим куском мяса, приди и сожри меня, котик», — покачал головой сеньор Афонсу.

Диогу решил не говорить, что подобные формулировки в разных вариациях тоже встречались в тех открытках.

— И все-таки. Неужели вам совсем это неинтересно? — спросила Вера.

— Нет.

— Но ведь дивы умеют любить, — она прищурилась и покрутила в пальцах ручку.

— Умеют. Просто, в отличие от людей, не путают любовь и влюбленность, и, как бы иронично ни звучало, куда лучше контролируют инстинкты и то, что вы, люди, обычно называете «страстями», — ответил Диогу, внимательно наблюдая за девушкой. Она не отвела взгляда, только продолжила беззаботно хлопать ресницами. — Честно говоря, я был уверен, что ментор Педру давно объяснил вам нюансы этого вопроса. На ваших… индивидуальных занятиях, — он специально сделал акцент на последних словах, и ручка звонко щелкнула о стол. Брови девушки возмущенно дернулись вверх.

— Чем мы, по-вашему, занимаемся?!

— Исследованиями, — ответил Диогу, едва приподняв уголки губ, и продолжил, не давая ей заговорить. — Насколько мне известно, среди научных изысканий вас больше всего интересует связь колдуна и бештаферы. Эта тема не может не затрагивать такие понятия, как привязанность, преданность и, что уж… любовь. Мое предположение о вашей осведомленности основано исключительно на этой информации. О чем вы подумали, что так возмущенно смотрите на меня?

Вот теперь девушка отвела взгляд, но быстро совладала с собой, и ручка снова закрутилась в пальцах.

— Как видите, предположение оказалось ошибочным. И я буду очень благодарна, если вы закроете это белое пятно в моих знаниях, ментор.