Резидент. Часть 2 (СИ) - Киров Никита

И суть-то вот в чём. Туман считал, что он мог провалиться только по одной причине — предательство Ланге. Или что Ланге потом избавится от него после дела. И вспоминая разговор с Зеро и Паяльником, так изначально и планировалось.

Поэтому в этом коде был компромат на доктора, который мог найти Холодов и использовать, чтобы потопить предателя. Шпион хотел отомстить нанимателю руками своего злейшего врага на такой случай.

Я получил козырь, правда, ещё неизвестно какой. И зелёный дракон этого не понимает, Гриневич ищет не это, а способ обезопасить себя самого.

А почему зал сгорел? Наверняка в момент смерти Туман думал, что это Ланге его предал, вот и был рядом с тем залом. Поэтому там всё уничтожило.

Ладно. В моих руках сабля без рукоятки, и я держу её прямо за лезвие. Это оружие опасно для меня самого, и пользоваться таким неудобно. Но надо бы понять, что именно здесь зашифровано и как это может навредить Ланге, чтобы в нужный момент я этим воспользовался.

Посидел в кабинете ещё пятнадцать минут, после Гриневич выписал мне пропуск, чтобы я смог уйти, а я посмотрел на его подпись. И, когда зашёл в туалет, то с третьей попытки смог её скопировать. Полезный навык.

Я даже успел на секцию, и, хотя чувствовал себя неважно, всё равно позанимался. После отсидел в автошколе на теоретическом занятии. А на выходе оттуда меня ждали.

Майор Холодов курил недалеко от крыльца, стоя рядом со столбом, обклеенным объявлениями. Я молча подошёл к нему.

— По правде, когда только выпустился из детдома, — сказал я, глядя на множество объявлений, — то чуть не клюнул на одно из таких. Вот типа такое, где обещают быстрый заработок.

— И что там было? — спросил майор, выпуская дым изо рта. — Кладменом поработать?

— Чего только не было, — я хмыкнул. — Предлагали вкинуть деньги, чтобы с них зарабатывать. Или данные паспорта хотели, чтобы микрозайм оформить. И закладки предлагали, да.

— И не пошёл?

— Нет, конечно. Уже допёр к тому времени, что нас все хотят обуть. Наивные же после детдома. Так что пошёл учиться вместо всего этого.

— Ну, котелок у тебя варит, — сказал Холодов, оглядев меня. — Хотя как вспомню, что ты в лес побежал, — он покачал головой. — Догадался же…

— Вы по поводу допроса? — сменил я тему. — Я сказал всё, как на деле было. Что лысый в меня стрелял первым, а вы в него уже после этого.

— Я слушал твои показания, — майор кивнул, так и глядя на меня, — запись шла.

Он не показывал, что думал об этом, но явно оценил, что под давлением я ничего против него не сказал.

— Я по другому поводу пришёл, — продолжил Холодов.

— Какому?

Майор затушил окурок о край урны и посмотрел на меня. Вербануть меня хочет, это точно. Потому что его обкладывают со всех сторон, и он не знает, кому верить.

— Смотри, Лебедев, в чём дело. Мой номер у тебя остался?

— Вы мне не давали.

И это правда. Я знал его номер наизусть, в моей памяти он вытравлен на лезвии меча палача, но сам майор мне его не давал.

— Тогда держи, — он протянул визитку. — Я так думаю, скоро к тебе подойдут по одному вопросу поговорить. Не факт, конечно, но если это так, то беги оттуда со всех ног, Лебедев, и звони мне в любое время дня и ночи. В ментовку забегай, в ФСБ. Хоть стекло разбей, лишь бы внимание привлечь, я потом отмажу от ментов. Но наедине с ним не оставайся. Опасные это могут быть люди.

— А кто ко мне подойдёт? — спросил я, уставившись на него.

— Знал бы, было бы проще. Но он будет спрашивать о том случае, когда тебя чуть током не убило. И о том гаде.

Вот же майор. Его карьера на волоске, давят со всех сторон, а он всё стоит на своём и пытается раскрыть людей Ланге в городе. Принципиальный, идёт до конца. Ещё и предупредил меня об опасности.

Значит, смотрим по сторонам в поисках очередного агента от Ланге, который идёт по следам Тумана.

— О-о-о! Нас ждут из темноты, — играл телефон «Сектора Газа».

Включил музыку сразу, дошёл до кухни, начал думать, чтобы такого приготовить на завтрак. А пока думал, заметил притаившуюся в шкафу пачку дошика, который не ел с того самого дня, как оказался втянут в эту историю.

А почему бы и нет? Но с такими навыками просто заварить лапшу в пенопласте у меня рука не поднялась. Можно сделать покруче.

Я достал небольшую кастрюльку и сковородку. На сковороде обжарил две тигровых креветки в соевом соусе, потом убрал их и пожарил там же мелконарезанный имбирь, чеснок и перчик чили до золотистого цвета.

А вместо воды я использовал другое. Ещё давно убрал в морозилку кубики бульона. Как-то сварил куриный и говяжий бульон по всем правилам, и просто его заморозил. В готовке бывает нужно часто.

Разогрел бульон в кастрюльке, добавил чуть-чуть воды, чтобы дело шло побыстрее, и дождался, когда закипит. Варил лапшу всего две минуты, чтобы оставалась упругой. Приправ из пакетика не сыпал, у меня хватало своих, а в конце добавил дольку лимона для кислоты, и покрошил зелени.

Почти ресторанное блюдо. Хотя почему почти? Оно и есть ресторанное, рублей в 900 такое бы оценили как минимум.

Пары прошли, как обычно, без приключений, после занятий я направился к остановке, но ещё у ворот заметил чёрный джип с логотипом «Контура». Сделал вид, что не заметил их, хотя понимал, что они приехали ко мне.

Раздался гудок, и дверь открылась. Оттуда вышел мужчина с поседевшими висками, одетый в чёрное пальто поверх костюма.

— Подвезти? — спросил он с вежливой улыбкой.

Это же шеф Наташи, Леонид Аркадьевич Лисицын, а в машине сидел его зам Штерн. Лисицын у меня был на отдельной картине с Якубовичем, для Штерна я пока особой картины не делал, сохранил всё на общей, которую я выделил для «Контура».

— Да я лучше на автобусе, Леонид Аркадьич, — сказал я.

— О, помнишь меня, Вадим, — Лисицын улыбнулся. — Да у меня тут предложение одно есть.

— От которого невозможно отказаться? — тут же парировал я.

— Нет, конечно, не такое радикальное, — он засмеялся. — Просто я в людях понимаю и говорю это без ложной скромности. А ты очень интересный молодой человек. Верно, Дмитрий Андреич?

— Стержень есть, — произнёс Штерн, оглядывая меня.

— Ну и о чём поговорить? — спросил я, прикидывая в голове варианты, для чего я мог понадобиться главе филиала фирмы «Контур».

Впрочем, вариантов могло быть не так и много. И это не смерть Тумана, так что Холодов предупреждал не о нём. Эти о смерти Тумана знают с самого первого дня, и меня изучали. Тут что-то другое. Вербовка? Может быть.

— О том, что в последнее время творилось. Подвезу, и обсудим заодно, — Лисицын показал на машину.

— Нет, я с незнакомыми не езжу, родители так учили. Но могу сходить к вам в офис, — тут же придумал я.

Ведь когда я буду в офисе, то смогу что-нибудь там увидеть и вспомнить побольше. Даже короткие обрывки воспоминаний от мест, где бывал Туман, помогали вытаскивать из памяти целые залы.

Ну и кроме того, Лисицын явно больше уважал тех людей, которые могли настоять на своём.

— Договорились, — он кивнул и вернулся в машину.

Глава 24

Да, Туман был здесь, в офисе филиала, бродил в этих коридорах, пусть всего раз, но запомнил. Поэтому я знал, что к начальнику надо свернуть направо, пройти мимо стойки с улыбчивыми девушками и эмблемой конторы как раз к кабинету со стеклянными стенами.

Казалось, что в таком кабинете у Лисицына не было тайн. Но на деле было наоборот. Он будто хвастался, что умеет хранить свои тайны, и даже прозрачные стены не помогут их узнать.

Он сам и его зам с немецкой фамилией Штерн сидели в кабинете. Лисицын расположился за столом с огромным монитором, Штерн в стороне, у окна, скрестив ноги и глядя в окно усталым взглядом.

— Ну, вот ты и прибыл, Вадим Саныч, — Лисицын заулыбался, но глаза оставались серьёзными. — Ну, давай к делу. Ты же нам помог, а нам с чем тебе помочь?