Сердце шторма (СИ) - Фламмер Нат

Научил на свою голову. Уроки Диогу и занятия на берегу океана давали заметные результаты. Вера уже не позволяла эмоциям влиять на себя, придумала, как управлять резонансом, словно морским течением, научилась поднимать и направлять эти серебряные волны. И что немаловажно, прятаться за ними лучше, чем за всякими стенами. Еще немного, и она научится погружаться так глубоко, что у Педру не останется возможности вытащить ее из-под невидимой толщи воды. Да, когда колдунья не справлялась с контролем, было намного проще следить за ней. Теперь же играть становилось интереснее.

Что ж, когда ментор убедится, что никто из детей не собирается сигануть с крыши, напиться вусмерть, принести на посвящение запрещенку, устроить драку или погибнуть каким-либо другим способом, можно будет заглянуть и к Вере. И расспросить. Вряд ли она появится на вечеринке.

Педру брел по темным улочкам и прислушивался к ощущениям. Связь уже позволяла находить колдунью в городе и различать ее состояние. Не так ярко, как с основным хозяином, но все же. Девушка ощущалась на краю сознания привычным серебряным переливом. Почти застывшим безразличным лунным светом. Интересно, каких усилий ей стоит создавать это безразличие? Ведь под ним кроется совсем иное отношение.

Когда-нибудь он поговорит с ней и об этом, но не сейчас. Провоцировать влюбленность было опасно, Педру объяснил это сразу, и с первой же встречи они начали молчаливую игру: она не показывала чувств, он не спрашивал. Он не показывал, что замечает долгие взгляды, она притворялась, что не знает, что он знает. Это позволяло работать продуктивно.

Лишь в редкие мгновения, когда Педру забирал Веру к океану, правила менялись. Там, перед бескрайним лазурным простором было глупо притворяться безразличными, потому что всю любовь, все восхищение и манящее притяжение забирал на себя океан. Там она не боялась стать собой, а он не рисковал показаться излишне заинтересованным. Там они не прятали взглядов и свято верили в правильность и гениальность своих смелых идей и решений. Там она черпала силу, а он с лихвой наслаждался возможностью бросить вызов и сразиться с достойным противником. Снова и снова, и снова.

Педру подошел к смотровой площадке, на которой уже вовсю гудела молодежь, и остановился около лестницы. Прислонился к перилам и стал ждать удобного момента. На парапете, прямо над головой Педру сидел студент-чародей и играл на гитаре. Довольно хорошо играл задорную испанскую песню. И пел тоже хорошо. Педру решил, что это отличная возможность, и запел вторым голосом. Студент заметил его почти сразу, но прерывать игру не стал. Молодец. Песню, даже самую простую, стоит уважать. И слушателей своих тем более. Молодой чародей доиграл мелодию, отбил ритм и последний раз ударил по струнам. Раздались аплодисменты.

Педру тоже зааплодировал. Чародей отсалютовал ему, закинул гитару на плечо и быстро спустился по лестнице.

— Добрый вечер, — улыбнулся Педру самой приветливой улыбкой, — у вас праздник? Простите мое вторжение.

— Привет, — чародей сжал протянутую ладонь и представился. — Я Жозе. А ты? Ты не местный?

— Увы, я просто турист, заглянувший в этот чудесный город проездом, — ответил Педру. — Мануэль Рамос.

Педру с интересом смотрел на чародея. Что он сделает? Позовет колдуна для проверки? Использует хоть какой-нибудь простенький знак? Проявит недоверие? Нет.

— Отлично поешь, Мануэль Рамос. А играешь?

— Играю.

— Тогда, может, присоединишься? — Жозе протянул гитару. Мануэль с радостью взял инструмент и ударил по струнам.

— Пошли, тебе нереально повезло. Сегодня празднуем посвящение «сущностей». Знаешь, что это? — Чародей повел нового знакомца на площадку, попутно рассказывая о традициях Коимбры. Мануэль восхищенно слушал.

Они устроились неподалеку от столиков и сыграли еще несколько песен. Часть студентов собралась вокруг певцов кружком, подвывала полупьяными голосами и танцевала. А испанец с любопытством разглядывал толпу. И наконец нашел взглядом то, что искал. То, что маячило неожиданно близким серебряным светом в сознании.

Вера сидела за одним из столиков в компании нескольких девушек и о чем-то шепталась с подругами, время от времени поглядывая на Мануэля, и будто смущенно перебирала пальцами наброшенный на плечи шелковый шарф. В какой-то момент он поймал ее взгляд и улыбнулся. Вера опустила глаза.

— Пошли-ка, — после очередной песни Жозе ударил Мануэля по плечу, — пора промочить горло.

Они пошли через заставленную столиками площадку ко дворцу республики, у входа в который стоял длинный стол, груженный закусками и напитками. По пути Жозе познакомил Мануэля с еще несколькими студентами, всем подряд рассказывая, что нашел под забором испанца, и смеясь собственной шутке. Мануэль подтверждал историю акцентом и размытыми формулировками.

Никто из студентов не выказал подозрений. Жозе схватил со стола бутылку портвейна и уже собирался протянуть ее испанцу, когда его отвлекла девушка-чародейка. Улучив момент, Мануэль взял бокал и наполнил его гранатовым соком.

Жозе отпустил девушку, повернулся, посмотрел на бутылку, на бокал, пожал плечами и улыбнулся. М-да. Пить, ребята, надо меньше, меньше надо пить. Мануэль пригубил сок, делая вид, что в бокале куда более крепкий напиток, и устроился у резной ограды, со стороны наблюдая за веселыми студентами.

Долго стоять в одиночестве не пришлось. Подошла одна из девушек-колдуний, что подпевала почти все выступление.

— Привет, Мануэль, я правильно запомнила, — сказала она и улыбнулась.

— А вы, сеньора… — он сделала вид, что вспоминает. — Луиса?

— Да, а мы ведь не знакомились?

— Я просто наблюдательный.

Девушка засмеялась и попыталась подойти ближе. Пришлось рассказать ей об Испании и задать пару вопросов о Коимбре. После третьей истории о традициях разных университетов, Мануэль поднял пустой бокал:

— Прошу извинить, сеньора. На минуту. — Он вернулся к столу и едва наполнил бокал, как за спиной возникла чародейка, которая совсем недавно разговаривала с Жозе.

Вскоре Мануэлю показалось, что минимум половина присутствующих на вечере девушек попыталась с ним познакомиться. Это, впрочем, не удивляло. Он и в менторской мантии привлекал внимание студенток, а в образе испанца и подавно. Мануэль мило беседовал с каждой и почти сразу менял место дислокации под каким-нибудь благовидным предлогом. И наблюдал. И отдыхал. Место начинало полниться колдовской силой. Расслабленные студенты совсем не думали о собственной безопасности. Но он не ставил это им в вину, по крайней мере сегодня. К тому же организаторы позаботились, чтобы поблизости дежурили несколько бештафер из числа слуг. И даже парочка химер третьего класса летала над головами студентов. Так что, в случае чего, есть кому среагировать. Уже похвально.

— Привет, Мануэль.

— Привет, Афонсу, — улыбнулся испанец явно раздраженному колдуну.

— Какими же судьбами? И без предупреждения.

— Прости, старый друг, это было спонтанное решение. Уверяю, я не помешаю, — он посмотрел в глаза Афонсу. — Я скоро уйду. Не надо портить праздник из-за меня.

Афонсу поджал губы. Завтра наверняка придет под окна кабинета с очередными претензиями и требованиями не лезть в личную жизнь. Но не сегодня. Он не захочет портить всем настроение и пугать. Молодой колдун оглядел площадку.

— Это проверка? — тихо спросил Афонсу. — Я могу…

— Нет. Не нужно. Я просто зашел сыграть на гитаре и немного послушать чужие песни. Вы можете не обращать на меня никакого внимания. Нет, последствий не будет.

Афонсу недоверчиво посмотрел на Мануэля, покачал головой и отошел в сторону. И почти сразу на его месте появилась Вера.

А вот это уже интересно. Обычно необщительная и подозрительная ко всем представителям мужского пола девушка приветливо улыбнулась и протянула испанцу бокал. Неужто так понравился? Мануэль принял бокал с самой милой улыбкой, отпил и изобразил на лице удивление.