Мысль подобраться поближе и подслушать разговор поначалу мне показалась смешной: о чем могут болтать две женщины за чашкой кофе, к которому даже пирожное не взяли? Но потом я сообразил, что получится прокачка весьма полезного навыка, который я ни разу пока не опробовал — надобности не было.
Поэтому врубил Прослушку. Приближаться при ее использовании необходимости не было, достаточно было только правильно настроить. Последнее оказалось сложным делом. Пару раз я захватывал обрывки чужих разговоров, но наконец попал точно на нужный столик, где происходил змеиный слет, не меньше.
— Ты заигралась, — зло шипела тетя Алла, некрасиво искривив лицо. — Если ты не забыла, это — нарушение основ нашего договора.
— Да ни при чем тут я, — шипела ей в ответ собеседница, выглядящая куда симпатичней, ухоженней и моложе, что было хорошо заметно, несмотря на большие темные очки. — Я придерживаюсь всех наших договоренностей. В отличие от тебя. Мы договаривались обходиться без личных встреч, но ты меня вынудила.
— Не все можно обсудить по телефону. Их прослушивают только так.
— Боже, да кому ты нужна, — закатила глаза собеседница тети Аллы.
— Я, может, и не нужна, а вот ты…
— Я, может, и нужна, — в тон тете Алле ответила ее визави, — но мой муж голову оторвет тем, кто будет меня прослушивать не по делу, и потом скажет, что так и было.
Стало интересно, кто муж этой дамочки? Криминальный авторитет? Сидели они далековато, но физиономия мне показалась знакомой.
— В любом случае личный разговор безопаснее.
— В любом случае я не имею никакого отношения к тому, в чем ты меня пытаешься обвинить, — высокомерно протянула знакомая тети Аллы. — Что я тебе и сказала по телефону. Сразу сказала. В тот же день, когда ты мне позвонила с истерикой.
— Почему я должна тебе верить? Эта магия — визитная карточка твоей семьи.
— Ты хотела сказать, моего мужа. Но кроме него только в нашем княжестве такой магией владеет с десяток родов. А вот я — не владею. — Она выпалила это столь зло, что даже мне стало понятно: это правда, и эта правда ее дико бесит. — Павел не посчитал нужным мне передать. Так что нет, не я это. Я вообще с прошлого раза зареклась в таком участвовать, но очень уж нагло себя вела та мерзавка. Та еще тварь. Столько лет прошло, а ненавижу до сих пор.
Ее руки, лежавшие на столе, скрючились в птичьи когти, как будто она представляла перед собой шею давней противницы.
— Мне нужен список всех Родов с такой магией.
— И? — знакомая тети Аллы вздернула бровь и начала качать ногой. Вызывающе качать, намекая, что проблемы тети Аллы — это проблемы только тети Аллы. Но та так не считала.
— И ты мне его добудешь до завтра.
— С чего бы? Наш договор закрыт. Все поняла? И чтобы не лезла больше ко мне. Прикопаю.
Тетя Алла привстала, нависнув над столиком, и вперила взгляд в собеседницу, которая тут же растеряла наглость и заерзала на стуле.
— Не зарывайся. Иначе разорву в одностороннем порядке наш «закрытый» договор. Ты сама знаешь, что он не закрыт.
— Алла, черт тебя подери, да почему? — возмутилась особа.
— Потому что я тебе не верю. Сама говоришь, до сих пор колотит от ненависти. И если я, сучка, узнаю, что ты свою крашеную лапку приложила к этому делу, ты дня не проживешь, веришь?
Это так не походило на поведение обычно улыбающейся доброжелательной тети Аллы, что я даже засомневался, ее ли сейчас слышу. Но судя по картинке, настроился я правильно. Знакомая тети Аллы громко сглотнула и молча кивнула. На ее лице был такой ужас, что я не удивился бы, появись под ее стулом желтая лужа.
— Так что там со списком? — Тетя Алла села и дружелюбно улыбнулась.
— Аллочка, да передам я тебе список, — залебезила особа. — Но зачем он тебе? Пасынок уверен, что нападавшие целились в Шишкина, а не в твоего племянника.
Я аж к стене прислонился от неожиданности. Это что же получается, речь идет о нападении на дороге на нас?
— Это точно?
— Это почти точно. Доказательств нет, поэтому все на уровне: знаем, а сделать ничего не можем. Муж вызвал к себе главу того Рода и припугнул, но я бы тебе посоветовала изолировать племянника от Шишкиных. Не тот там человек, чтобы отходить в сторону, покушения еще будут. Тем более что пацан здесь живет один, а то, что хотели получить от его родителей, не получили.
— Кто?
— Родионовы, — неохотно выдавила из себя знакомая тети Аллы.
Стоп. Так если ее муж вызывает к себе главу Рода, то получается, это княгиня? Сама Шелагина снизошла к тете Алле, а та позволяет себе не просто неуважение — наезд? Что у них за такие интересные отношения?
— Что нового узнаешь, сообщи немедленно, — сказала тетя Алла, уже вставая. — И повторю еще раз на всякий случай. Держись от моего племянника подальше. Если с ним что случится, мало тебе не покажется.
— Так мало ли что с ним может произойти.
— Я сказала, ты услышала. Разбираться не буду, чья вина. Ответишь ты.
Прощаться она не стала, как и пить, похоже, нетронутый кофе. И все время, пока она шла, княгиня смотрела ей вслед с ненавистью. Кажется, никакими дружескими отношениями там не пахнет. Да и договор у них своеобразный. Вроде закрытый, но не до конца.
За тетей Аллой я проследил, но судя по тому что ее Метка совместилась с Меткой Владика, вернулась она в снятую квартиру, так как на гостиницу дом не походил вовсе.
Я залез в телефон и проверил версию с княгиней. Собеседницу тети Аллы видел я, конечно, издалека и в очках, но по фотографиям было очень похоже, что в кафе сидела именно она. На одной фотографии княгиня была в точности таком же костюме, как собеседница тети Аллы в кафе. Неужели все же она? Нет, точно она. Возможно, я бы узнал ее раньше, но у меня в голове не совмещались тетя Алла и княгиня. Я никогда не слышал, что они поддерживают хоть какие-то отношения.
Вскоре позвонил дядя, и я сообщил, где я и где Зыряновы. Когда он подъехал, я залез в кабину, и машина тронулась с места.
— Ты чего такой взъерошенный? — спросил Олег. — Переживем мы эти раскопки, не волнуйся. Не думаю, что там огромная площадь, на которой мы завязнем аж на несколько лет. Княжеские раскопки даже не каждый год бывают. Время, конечно, потратим бездарно, ну так сами подставились. Хотя наивно было предполагать, что Шелагины не узнают. Зато можно долго Строительный Туман не снимать. Хоть до следующего года. И то плюс.
Он вздохнул, выруливая уже на ту улицу, что вела к выезду из города.
— Я совсем о другом думаю, — признался я. — Дело в том, что я сегодня испытал подслушивающее заклинание. Беседовала тетя Алла с подругой. Или кем там ей приходится княгиня Шелагина.
— Кто? — От удивления дядя резко нажал на тормоз, на что машины сзади отозвались дружными возмущенными гудками. — Ну ты скажешь тоже. Да Алку никто близко к Шелагиным не допустит.
Он опять встроился в поток и старательно глядел на дорогу, злясь на себя за чрезмерно бурную реакцию на мои слова.
— Они говорили о каком-то договоре. Потом тетя Алла наехала, именно наехала на княгиню так, что та испугалась. Наехала из-за случая на дороге с пучеглазом. Тетя Алла была уверена, что это Шелагина. Та ей сказала, что нападение было на Федю и сдала нападавших.
— Да ладно? И кто это был?
— Шелагина утверждала, что Родионовы. Но доказательств нет. Тетя Алла вела себя с Шелагиной так, как будто княгиня — она, а Шелагина — всего лишь служанка. И Шелагина ее боялась.
Мы как раз заметили машину Зыряновых, и они нас заметили тоже. Дашка замахала рукой и зажестикулировала, предлагая мне переместиться к ним, но я помотал головой, показывая, что останусь с дядей и буду временами рулить на подмене. Дашка надулась и демонстративно отвернулась, и дальше мы ехали почти караваном, возглавляла который машина Зыряновых.
— Ты уверен, что Шелагина именно боялась? — продолжил разговор дядя.
— Поначалу — нет. А потом тетя Алла на нее конкретно наехала, так, что та аж побелела. Тетя Алла назвала Шелагину сучкой и сказала, что если я пострадаю, то та дня не проживет. И Шелагина все это проглотила. Вообще, разговор был странный. Обе вели себя не так, как должны были. Тетя Алла чувствовала себя хозяйкой положения. Как думаешь, о каком договоре шла речь?
