— Не знал об этом, — дядя задумчиво размешивал уже вторую порцию растворимого кофе. — Но я в денежные дела особо не лез. Возможно, именно это позволило мне сохранить хорошие воспоминания о твоем отце? Не могу я его представить жуликом.
— Может, все же имеет смысл пообщаться с Федоровыми?
— Не думаю. Если Женька действительно воровал и таскал им, они тебе это не расскажут.
— Я не собираюсь безоговорочно верить всему, что они расскажут.
— Даже не знаю. — Олег отхлебнул кофе и поморщился. То ли напиток был ему настолько неприятен, то ли тема. — Не думаю, что стоит ворошить столь давнее прошлое. Что касается причины, по которой они на тебя вышли, — это желание получить деньги. В этом я с Вовкой согласен.
Пожалуй, единственное место, где могла быть нужная информация, — княжеские архивы. Еще что-то можно было почерпнуть из расследований смерти моих родителей и любовницы отца. Но доступа к этим делам у меня нет, и официально их фиг получишь. Поэтому прокачиваю дальше ДРД и пробую залезть самостоятельно. Что касается Федоровых… Схожу с Александром, если тот еще раз подойдет. Хотя бы узнаю, что они от меня хотели. Правда, если честно узнавать, что-то про отца с каждым новым всплывающим фактом хотелось все меньше и меньше. В этом отношении у Олега правильный подход: к чему портить воспоминания о человеке, которого уже давно нет?
Один из артефактов требовательно запищал, и дядя зарысил к нему, не выпуская чашки из рук — даже дерьмовый кофе должен быть выпит горячим. Я ради интереса пошел за ним, потому что так артефакт мог среагировать только на что-то новое: камни и плитка уже звуковыми сигналами не отмечались.
Обнаружился браслет-змейка — совсем такой, каким выглядел Песец до активации. Дядя взял его в руки, задумчиво покрутил, обнаружил, что застежка неисправна и зафиксировала навечно рот змейки открытым, и спросил:
— Илья?..
«Я уже говорил, что это только форма», — обиженно прогундел Песец.
— Второго такого не будет, — перевел я его фразу дяде.
— Ну и ладно, он все равно сломанный, — мрачно сказал дядя и принялся описывать.
Я же взялся за извлеченные плитки и строительные камни — все параметры снимались с артефактов, мне оставалось их только внести в форму и оттащить добытое из земли во временный склад. Я как раз оттаскивал последний очищенный камень, когда артефакт опять запищал. В этот раз из-под земли проявлялся не очередной браслет, а вполне себе целый скелет, причем прекрасной сохранности, выглядящий новым и отполированным. Я пригляделся.
«Почему у него кости соединены металлическими шарнирами?»
«Потому что это не кости, а усиленный заклинанием пластик. Тебе понятие „Учебное пособие“ что-нибудь говорит?»
— Кажется, мы откопали кабинет биологии… — сообщил я дяде.
— Почему биологии? — спросил не он, а подошедший неслышно Шелагин.
Все-таки двигался он как настоящий диверсант, есть чему поучиться. И стоит озаботиться сигнальным контуром, чтобы нас нельзя было застать врасплох.
«Магия Жизни, второй уровень, — сообщил Песец. — Модуль есть».
Но мне сейчас нужно было отвечать Шелагину, а не вести беседы с симбионтом.
— А где еще могут быть учебные пособия? Вариант, что это скелет нерадивого работника, обработанный и поставленный на подставку для устрашения других нерадивых работников, мне кажется натянутым.
Да, подставка тоже постепенно выходила из земли. Вообще, наверное, если бы удалось воссоздать здание, то внутри оно выглядело бы жутковато: пустота, с отдельно встречающимися усиленными штуковинами. Как вот этот вот скелет, который стоял бы посреди кабинета, в котором все остальное давно ушло в небытие.
— Может, здесь обучали целителей?
— При таком количестве артефактов? — насмешливо хмыкнул дядя. — Скорее врачей. Но я согласен с племянником: это здание похоже на школу. Улавливается нечто такое. Илья, принеси мой ноут. Покажем Александру Павловичу план.
Ноут из спальной палатки я принес мгновенно. Дядя открыл одну из программ, куда были отправлены данные с обследования и где был восстановлен план здания.
— Вот здесь, скорее всего, был либо спортивный зал, либо актовый, — ткнул дядя в большое помещение. — У племянника еще свежи воспоминания о собственной школе, так что он быстро нашел сходство, а я уже давно расстался со всеми образовательными учреждениями, так что немного затупил. Конечно, стопроцентной гарантии я вам не дам, что это именно школа, хотя похоже, что Илья прав. И тогда таблички — это обозначение классов.
— Интересно, — согласился Шелагин.
Тем временем артефакт окончательно очистил скелет от земли, дядя засуетился над ним, делая контрольные проверки на магический фон и опасность.
— Потрясающе, — сказал Шелагин. — Столько лет прошло, а скелет как будто только из магазина.
— Настоящая вещь Древних, — с гордостью согласился дядя. — Одна из тех, что можно использовать сразу после извлечения из земли.
— Чтобы стращать нерадивых работников, — предложил Шелагин, которому мой вариант, похоже, пришелся по вкусу. — Пожалуй, я заберу его сразу, если вам не нужны какие-то дополнительные исследования.
— С моим набором артефактов много не наисследуешь, — мрачно сказал дядя, которому, скелет понравился не меньше, чем Шелагину. — Если бы вы разрешили Гильдии провести дополнительное исследование культурного наследия Древних, аналогичного которому раньше ничего не находилось, было бы прекрасно.
— Если исследования будут проходить на моей территории и не слишком часто, то почему бы и нет? — ответил Шелагин. — Но я к вам подошел по другому поводу. Мне показалось, Илье не хватает партнера для тренировки. Честно говоря, мне тоже, поэтому я хотел предложить провести парочку совместных.
Предложение было заманчивым, поскольку Шелагин славился своим владением холодным оружием. И не только славился: я своими глазами видел его в деле.
— У меня тренировочного комплекта нет, только боевой вариант, — предупредил я сразу.
— Можно взять у дружинников тренировочный комплект или съездить на Полигон, — предложил Шелагин, одновременно давая понять, что он в курсе наших вчерашних перемещений.
Ни дня без присмотра, короче. Не удивлюсь, если окажется, что и разговоры наши прослушивают, но я там не сказал ничего такого, из чего следовало, что я подслушивал разговоры, мне не предназначенные. Нелюбовь Грекова ко мне видна невооруженным глазом. Что ж, теперь она хотя бы имеет объяснение, хотя и странно, что вина отца перекладывается на сына, который по молодости лет о тех делах вообще ничего не знал.
Глава 20
Тогда, на дороге, мне показалось, что Шелагин двигается куда быстрее и уверенней меня, но сейчас мы сражались с ним почти на равных. До Полигона мы не добрались, поэтому магию не использовали, а оружие было тренировочным, затупленным, и можно было не бояться, что я серьезно поврежу противника.
Не знаю, как Шелагин, а я получал от схватки удовольствие, сравнимое с тем, что давал Полигон, когда в нем подбирались максимально сильные и неудобные противники. Шелагин моего опыта не имел, у него был свой, и куда больше моего. Еще месяц назад я бы сказал, что как боец он будет меня классом повыше.
Но сейчас я почувствовал, что разница не столь велика. То ли я тогда Шелагина переоценил, что было странно с моим опытом схваток и наблюдения за ними, то ли дали себя знать занятия на Полигоне. А может, свою роль сыграл модуль по фехтованию, знания из которого всплывали в самый неожиданный момент.
А еще я обнаружил, что мне помогает целительство, которое тут же запускало излечение после любой, даже самой мелкой травмы. Поэтому я даже находился в более привилегированном положении, чем мой противник, который такого бонуса не имел. Поневоле в голову начали приходить мысли, что для бойца прокачанное целительство почти так же полезно, как и правильно поставленная техника: вон, и повреждения залечиваются, и дыхание не сбивается, и даже усталость не накапливается — со всем справляется регенерация, которая даже не максимального уровня. И даже с Песцом умудряюсь беседовать во время боя.
