Газлайтер. Том 40 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич

— Вернёмся на виллу, Ваше Высочество, — улыбаюсь Чилике. — А там уже будем собираться домой.

— Ага, — кивает она и тут же опомнилась. — Да, Ваше Величество.

Королевский дворец в Сантьяго, Чили, Новый Свет

После прилёта в Сантьяго Чилика направилась на встречу с братом, королём Франсиско Рамон де Вальдивия.

Король Чили обнимает сестру, не скрывая облегчения:

— Гра́сьяс а дьо́с! Слава богу, ты жива. Я слышал, что в западной провинции раскрылся Астральный карман. Причём очень серьёзный. По докладам — целая рота полегла, ситуация полностью вышла из-под контроля. А тут ещё мне доложили из виллы, что ты отправилась сама усмирять одержимых тварей.

Чилика отвечает с улыбкой:

— Бро, не стоило беспокоиться. Я пережила Арктику. Тем более король Данила действительно знает, как бороться с этими астральными тварями. И делает это очень эффективно.

Франсиско вскидывает брови:

— Как же?

Чилика продолжает, уже более развёрнуто, подчёркивая главное:

— Он способен вышвыривать их одним телепатическим ударом. Понятно, что он Гранд-мастер, и от него изначально ждёшь многого, но даже с учётом этого уровень контроля и результат всё равно впечатляют.

Франсиско тяжело вздыхает:

— Ну, карамба!.. Теперь, и правда, придётся признавать Данилу Консулом. Астральная угроза растёт, и только он эффективно ей противостоит!

Жёны отправляются в Багровый дворец, а мне покой неведом. Прибываю в Кузню-Гору и сразу попадаю в привычный фон рабочих разговоров. Ауст и Зела уже спорят на повышенных, обсуждая, как именно они собираются проникать в Навозный мир, чтобы надрать деревянную задницу Ясена.

— Да всё просто, — рычит Ауст. — Никаких свидетелей не оставляем! Всех под корень!

— Как благородно, лорд-протектор, — перебивает Зела, скрещивая руки на груди и выпрямившись, так что кожаная портупея скрипит. — И младших сотрудников Организации тоже?

— А чего их жалеть? — фыркает Ауст. — Надо давить их как тараканов…

И тут я совсем не к месту вспоминаю тараканью похлёбку из старого мира — ту самую, которую хлебал, укрываясь от радиационной бури. Гадость редкостная, но тогда она была едой, а значит — почти роскошью. Странное чувство — ностальгия. Теперь вот вспоминаю с теплотой.

— Они не воины, а исследователи, что собирают данные! — тем временем продолжает Зела.

— Они — возможные свидетели! Нельзя их оставлять в живых, если не хотим проблем в будущем.

— Мы не мясники, а воины.

Ауст фыркает и бросает с издёвкой:

— Тебе бы лучше со своим женишком захватывать острова у пиратов, а не морали тут разводить.

— Бер справится сам! — возмущается обиженная альва.

Больше не слушаю этот детский сад и вмешиваюсь.

— Стоп, — говорю. — Обслугу, исследователей и прочих невоенных не трогаем.

— Король, и как ты себе это представляешь? — всплескивает руками Ауст.

— Над этим придётся тебе подумать отдельно, даже если это усложняет всю схему.

Некромаг что-то бурчит себе под нос. Зела же улыбается счастливо:

— Это мой король!

На этом заканчиваю разговор. Ауст просто ленится, так-то он сообразит, как провернуть операцию. В Кузне-Горе же хватает дел поважнее. Я направляюсь к Тэнейо и захожу в кабинет, который выделили новому советнику.

В кресле сидит обезьяна в очках. Сидит, устроившись вполне по-человечески, и читает книгу, даже страницу переворачивает аккуратно, коготком, как педант.

— Простите, кажется, я ошибся, — извиняюсь и собираюсь выйти.

— Ваше Величество, постойте! — останавливает обезьяна, и голос, да, вроде Тэнейо.

Я возвращаюсь, закрываю дверь и усаживаюсь в кресло напротив. Неловкая пауза. Я смотрю на обезьяну в очках, обезьяна в очках смотрит в ответ.

— И как тебе? Нормально? — спрашиваю наконец.

Тэнейо, со вздохом отложив книгу, отвечает:

— Ну а что делать, Ваше Величество? Я хотя бы в своем разуме, ну а с обезьяньей мордой как-нибудь смирюсь. Иш-Текали — та еще ревнивица. Всё боялась, что я каких-то баб найду. У тебя в королевстве, мол, полно златокудрых альвиек. Хотя я, если честно, видел только Живые доспехи да казида на ходулях.

Я хмыкаю:

— Знаешь, альвийки и правда есть, просто они в другой области живут.

Тэнейо кривит обезьянью морду:

— Эх, лучше бы ты не говорил.

— Не расстраивайся, — пытаюсь утешить советника. — Еще придумаем как тебя раскодировать, а там глядишь тебе под бок и стайка альв прибежит. Ведь ты теперь — королевский советник!

— Спасибо, Ваше Величество, — кивает Тэнейо и указывает мохнатой рукой на стопку бумаг. — А пока я приступлю к своим рабочим обязанностям. Мне лорд-протектор Ауст дал бумаги по делам в королевстве. Буду ознакамливаться.

— Удачи, советник.

Следующая моя остановка — в цеху, где назначила Принцесса Шипов. Тут она как раз стоит возле огромного Живого доспеха, на фоне искр, грохота и гудящих магистралей. Внутри гиганта ярко светится люмен. Шар уже встроен, «посажен» в нутро, как сердце в грудную клетку. Свет не расплёскивается хаотично: он собран в жёсткую структуру, распределён по каналам. Я вижу это скан-зрением.

Судя по гигантским прессам-рукам, это какой-то сугубо утилитарный рабочий станок, часть промышленной линии. Установка для расщепления руды, может быть.

— И что ты хотела показать, леди-протектор? — спрашиваю.

— Модернизацию производственной линии, владыка, — бесстрастно бросает возлюбленная Грандика.

Живой доспех реагирует на её жест. Формирует гигантский солнечный пресс размером с фуру из света, плотного, как спрессованная звезда.

Пресс опускается и разбивает камень руды на железной платформе, которая является частью ленты. Разбитый камень едет дальше на переработку ровным потоком, без задержек.

Принцесса Шипов спокойно говорит:

— Мы начали заново производить Живые доспехи, чтобы в них помещать люмены.

— И сколько вы сможете сделать в ближайший месяц? — спрашиваю.

— Около тысячи.

Я даю себе пару секунд проникнуться этой цифрой. Тысяча. Тысяча Живых доспехов, внутри каждого из которых люмен уровня Грандмастера. Автономная единица с чудовищной устойчивостью, запасом энергии и Солнечным Даром.

Это будет просто нечто.

Всего у Эльдорадо около семнадцати тысяч этих люменов. Зенит говорил, что раньше гелионтов было намного больше, но с веками живых стало всего трое. И я уже не верю в сказки про «само рассосалось».

Возможно, и Организация всё же влияла на Эльдорадо и строила козни, ведь, как выяснилось, она была в курсе, где запряталось Эльдорадо.

В общем, семнадцать тысяч люменов. За полтора года мы оснастим семнадцать тысяч Живых доспехов. Такая сила способна, если не смести Организацию целиком, то как минимум превратить её из «всемирного кукловода» в кружок по интересам.

Лунный Диск (штаб-квартира Организации), Та Сторона

Хоттабыч заходит в кабинет Размысла:

— Ты знал, что Филинов собирается на Ассамблею Лиги Империй?

Размысл смотрит на него так.

— Нет, Председатель, — отвечает он. — А что это вообще такое?

— Собрание глав государств примитивного мира, в котором и родился Филинов. Эти государства слабы и не представляют значимости, но сам факт того, что Филинов собирает королей своего мира, — очень примечателен, не находишь? Ведь это, возможно, значит, что Филинов решил стать королем ещё одного мира.

Размысл пожимает плечами, будто ему всё равно.

— Филинов — тот ещё выскочка, — говорит он, словно отмахиваясь. — Но зачем ты рассказываешь мне такую мелочь?

— Незачем, — спокойно отвечает Хоттабыч. — Просто отметил.

Он уходит. Наживка оставлена, посмотрим, клюнет ли щука.

Хоттабыч подозревает, что Размысл — предатель, сговорившийся с Астральными богами. Слишком много мелочей складывается в одну картину. Слишком уж рьяно Размысл недолюбливал Филинова, да и попадался даже на создании Астральных карманов.