Золотой край. Трилогия (СИ) - Русских Алекс

Но я решил, что на первых курсах с собственным жильем погодить. Не стоит вызывать зависть, да и общага – это налаживании связей. К тому же с началом перестройки вполне можно будет подобрать квартиру получше, тогда уже можно будет без проблем избежать подселения и народ начнет уезжать, поэтому острота жилищного вопроса в городе снизится.

Изя, который Славик, больше не подходил, наверное, решил, что не больно‑то и хотелось. Лидка пару дней обжигала меня на занятиях неистовым взором, но тут мне как с гуся вода. Девчата, естественно, тут же новость о попытке меня выжить распространили по коллективу. Ну да, с утра у них на кухне аншлаг, а оттуда коридор прекрасно просматривается и прослушивается. Теперь вот хихикают, поглядывая на комсорга. У меня сейчас репутация на курсе неплохая, а девчата так и вообще ко мне бегают постоянно, то одной что‑то сделать, то другой. В общем, надеюсь, тема закрыта.

В воскресенье помылся, надушился. Одеколон у меня, правда, наш, «Консул», но для нынешних времен неплохой. Приоделся получше и отправился в общежитие пединститута. На входе опять дежурила Мария Анатольевна, которая меня мгновенно узнала.

– Ну, я же говорила – хахаль.

Все же, какая нелюбезная женщина.

– Я тоже раз видеть вас, любезная Мария Анатольевна. А это вам, – я один кулек конфет на стол выложил, второй у меня для Алисы, – Можно Селезневу позвать?

Вахтерша конфеты сгребла, но добрей не стала.

– Ходют тут всякие, и тут же заорала проходящей мимо студентке, у меня аж у ухе зазвенело, – Савельева, Позови Селезневу, тут к ней пришли.

Девушка, внимательно обглядев меня, полетела вверх по лестнице.

– Не поздно ли для прогулок? – опять начала ворчать вахтерша.

– Да помилуйте, всего четыре дня! Я и билеты в кино взял на пол восьмого. До десяти верну вашу Селезневу. Вы пробуйте конфеты, вкусные они очень, – решил я напомнить о подношении.

– Да, не ем я их, только с чаем, а чайник не работает! – рассерженно выпалила церберша, – Не хочет включаться и все, вчера еще кипятил, паразит железный.

– Так давайте я посмотрю.

Взял чайник, посмотрел, все как обычно – вилка подгорела, явно там проводу хана. Вытащил из кармана ножик складной – там плоская отвертка есть, начал разбирать. Тут Алиса нарисовалась, сбежав по лестнице.

– Ой, ты так рано.

Ну, рано или не рано, а готовиться она уже начала, вон, прическа новая, глазки накрашены.

– Слушай, – говорю, – Ты губы только не крась.

– Это почему?

– А тебе идет так, когда глаза выделены, а помады нет, весь акцент на красивые голубые очи, страстные и прекрасные.

Смотрю, засмущалась.

– Я скоро, – опять наверх упорхнула.

Ага, знаю я скоро у девушек. Доделал вилку, включил – спираль греется. Отдал вахтерше. Та воды набрала, поставила греться. Пока ждал алисино недолго, и вода успела вскипеть и даже чаю на пару с ней попили. Церберша даже гнев на милость сменила. Так, почти, на полшишечки.

Я ведь чего так рано заявился – сначала повел девушку в кафе‑мороженое, оно практически напротив кинотеатра «Горняк» расположено. Заказал пирожных, кофе. Ну, а как иначе? Не нами придумано, не нам и отменять. Да я и сам удовольствие получил, и от пирожных и от выгула красивой девчонки в приличное заведение. Я бы и в ресторан мог Алису повести, но для первого свидания это моветон, а вот кафе, да еще мороженое – это самое оно.

Ну, а потом в кино пошли. Селезнева вроде фильм оценила, прямо вся в зрелище, даже мою руку у себя на коленке в упор не замечает, ну, вот ни в какую, потому как на экране очень уж интересное показывают.

Я даже в щечку ее поцеловал, опять ничего не замечает. Ну, тогда в губки.

– Ты нахал, Гарин, – возмущенно оттолкнула меня Алиса, буквально кипя праведным гневом.

– Ну, конечно, – говорю и опять в губы ее быстро клюнул.

– Ты меня за этим позвал сюда?

– Ну, что ты, но ты сам виновата.

– Это почему? – ох, какой ехидный тон.

– Ты слишком красивая, а это нельзя. [3]

Фыркнула и к экрану опять обернулась. Но руку из моей ладони выдергивать не стала.

Ну, а что делать? Кино – такое дело. Тут как ни поступи, а без девичьего возмущения никак. Приставать начал – нахал. А не стал – еще хуже, тут уже обида кровная получится, потому как зачем звал, если даже коленки не пощупал? Зато теперь вечером есть что с подругами обсудить со всеми подробностями. Скорее всего, по результатам девичьего совещания я буду признан возмутительным подлецом. Подруги уж точно меня заклеймят. Что поделать, этой игрой человечество забавляется уж и не знаю какую тысячу лет, и ничуть от повторяемости сюжета не скучает.

Алису доставил по месту жительства в половине десятого, поцеловал в щечку на прощание, так, в расчете на публику. С вахтершей вежливо попрощался (та даже кивнула в ответ, никак мой визит не прокомментировав) и отправился домой. Хороший сегодня день получился, насыщенный событиями.

* * *

[1] автор знает, что премьера фильма «Любовь и голуби» состоялась в январе 1985‑го, но напоминаю, этот мир не совсем наш, а только очень на него похож и небольшие расхождения имеют место быть

[2] строки песенки из культового мультфильма «Остров сокровищ», снятый в 1988 году на студии «Киевнаучфильм»

[3] ГГ намекает на песню «Потому что нельзя быть красивой такой» композитора Игоря Матвиенко на слова Михаила Андреева, написанная в 1997 году. Впрочем, девушка юмор в этом случае понять не в состоянии

Глава 13

В Москву, столицу нашей Родины

Следующую неделю все свободное время делил между работой по общежитию, зубрежкой учебников и литературными трудами. Написал пару статей впрок, но в основном уделял внимание своей приключенческой книжке. Решил, что моими героями должны быть обычные мальчишки с колымского поселка. Думаю, это поможет повлиять на решение редактора издательства о публикации. Одно же местное, поэтому в приоритете книги, связанные с нашим краем.

Довольно неожиданно припомнил давнюю историю моего отца о старом зеке, который на пенсии разрабатывал под домом самую натуральную шахту и там же мыл золото [1]. Решил сделать из этого случая повесть, но вместо одного человека у меня будет действовать бригада из пяти человек. Теперь у меня в повести действует целая банда, которую и выследят юные советские граждане. Попутно вставил в сюжет и другие приключения, добавил всяких курьезных случаев. Пять глав у меня уже готово, а всего планирую сделать книжку из двух частей по десятку глав в каждой. План я расписал, даже есть задумка третьей части.

Героев у меня трое – компания приятелей, которые живут в одном доме, а учатся в одной школе, тем более что на поселке других нет, я сделал их пятиклассниками – самый шебутной и любопытный народ. Еще вспомнился случай, который должен произойти в районном центре Ягодном весной то ли в 85‑го, то ли 86‑го года. Там весной река унесет двух парнишек, старшему из которых было всего 11 лет [2], а младшему то ли семь, то ли восемь. В моей повести робинзонов будет три, а ледоход утащит их гораздо дальше, так что им придется выживать, помогая друг другу в надежде дождаться помощи. Кстати, нужно будет записать себе, чтобы не забыть, надо будет проверить следующей весной, если этот случай произойдет, то приму меры, чтобы ребят быстро нашли.

С готовыми главами пошел в гости к Урбанам, где отчаянно смущаясь, попросил Ирину Сергеевну посмотреть мою рукопись. Ох, уж эти литературоведы, ох, уж эти критики. Добрый час я то краснел, то бледнел, выслушивая про недостатки своего творения, разбираемого и препарируемого по фразам на моих глазах. Вот буквально по живому, по душе автора. Я уже только об одном мечтал – вырваться из этой квартиры и куда‑нибудь в закуточек забиться, и там горько поплакать в одиночку.