Попросив Илью помолчать минутку, я закрыл глаза и уши, концентрируясь на ощущениях. В первый раз было крайне тяжело, но я представил артефакт, который сроднился со мной первым — «Разбитое сердце Востока». Розовый алмаз у меня в груди. Потребовалось больше минуты, но я сумел вычленить ощущения от камня. С глазом оказалось проще. И я был очень удивлен, обнаружив, где спрятался червь, бывший «Пером ангела».
— Есть, — невольно улыбнувшись, я встал с порога, — я знаю, куда нужно идти!
— Уверен? — спросил Илья, — может, хоть перекусим перед дорогой? А то уже полдень.
— После, — мне хотелось отмахнуться, но увидев выражение лица богатыря стало понятно, что есть ему тоже надо, — послушай, если хочешь — оставайся. Перекуси. И я был бы тебе крайне благодарен, если бы ты помог мне с организацией вечернего стола. Ничего в этом не смыслю. Клянусь Светом, я вернусь еще до заката.
— Хорошо, — кивнул воевода, а потом резко изменился в лице, — это что еще за шутки?
— Это бог Святогор принял мою клятву перед тобой, — похлопал я ошалелого богатыря по плечу, — привыкай. Он отвечает на мольбы и молитвы. Как и Длань. По крайней мере на мои. На счет остальных не уверен.
— Бог, который отвечает? — ошарашенно проговорил Илья, прислонившись к крыльцу, от чего оно тут же покосилось, — свет… Святогор…
Оставив его размышлять о смысле бытия в одиночестве, я подался за мечом. Вернее, за ощущением меча. Это было странно, но мне удалось понять направление куда идти. Хоть и не точно. В моем мозгу будто гудел комар. Если направление было верным — громче. Если нет — тише. Жаль, конечно, что не было указателей, как на карте интерфейса. Да и расстояние бы мне знать не помешало. Но, пробираясь между домами, я приближался к цели.
Когда я был уже на окраине города, перед открытыми воротами, поводок магического ошейника натянулся. Слабость мгновенно подкосила мои ноги и я с трудом остался стоять, держась за столб. Дьявол. Неужто мне придется вернуться ни с чем только потому, что я не смог дойти до своей цели. Она близко, я чувствую это. Еще метров триста, может пятьсот. Не больше.
Но Трорин не спешил ослаблять хватку, а может и не мог больше. Я находился на максимально возможном расстоянии от своего надсмотрщика. Если поводок оборвется — я умру. Или, по крайней мере, буду в состоянии очень близком к этому. Думай, голова дубовая, что можно сделать? Варианты всегда есть.
Первый и самый очевидный, усилить себя. Перебороть силу ошейника. Знал бы я рисунок усиления — без проблем его использовал. Но выводить его с нуля сейчас не вариант. Значит, нужно идти другим путем. Что я знаю о ошейнике? Он из метеоритной стали, тверже, чем инструменты у кузнеца. Он не снимется, пока я не выплачу долг Длани, который определили демоны. То есть не выплачу никогда, и его не сниму. Но в первую очередь он магический.
Пусть он в себе совмещает несколько школ магии и кристаллы из крови синего дракона, но управляться он может только школой Души. Только в ней есть аспект Власти, через который идут приказы. А главный параметр власти — это сила Связи. То, чем пользуются демоны для управления толпами людей и воинов.
Я морф. В моем источнике достаточно демонического. Больше двадцати процентов. И десять из них я пожертвовал, чтобы усилить Связь со своими рабынями Души. Чтобы увеличить максимальное расстояние между нами. Вывод? Тот же способ можно использовать и для ошейника. Но придется пойти на немыслимое. Придется принять его как часть себя.
Не обречет ли это меня на вечное рабство? Хотя, учитывая особенности заключения, оно и так мне грозит. Боятся нечего, худшее уже произошло. Дальше должно быть только лучше. Я хочу жить. Мне нужно выйти через эти ворота. Я должен принять свой ошейник как магический предмет. Принять.
«Внимание! Несанкционированная попытка активации внутреннего соединения. Разрешить операцию по подключению к внутренним системам?»
«Да!» — не успел я ответить, как боль захлестнула меня с головой. От позвоночника к полоске на шее будто тянулись нити до этого тонкие, а сейчас крепнущие с каждой секундой. Руны на ошейнике засветились так, что люди, и так посматривающие на меня с опаской, попятились. Зрелище должно быть было не для слабонервных.
Зато, когда боль отступила, я больше не чувствовал натяжения. Слабость — да. Она никуда не делась. Но теперь я мог с уверенностью сказать, что могу отойти на любое расстояние от надсмотрщика, пока он не задумает меня одернуть. Я добровольно дал врагу еще больший контроль над собой. Но я это использую по максимуму.
Не мешкая ни секунды, я бросился по следам Дриады. Чувство близости к цели не покидало меня, даже когда пришлось пробираться по узкой тропке в чащу. Вот бы где мне одежка пригодилась безусловно. Ветки били по голому торсу, оставляя неглубокие царапины. Но это меня не остановило. Когда до цели было метров сто по ощущениям, в чащобе раздались жалобные крики.
Я ломанулся напрямик, уже не разбирая дороги и лишь прикрыв лицо левой ладонью. Правая была растопырена. Мне приходилось на ходу в уме вырисовывать формулу иглы, что было крайне сложно, так что я несколько раз сбивался от чего вены уже начинали заметно болеть. Но в конце концов я выскочил на небольшую опушку, готовый к бою.
Вот только это была бойня и я на нее уже опоздал. Десяток бандитов разной степени помятости валялись на поляне. Руки, ноги и туловища были перемешены словно тесто. Некоторые разорваны пополам. Как Дайки — маг алхимик из отряда Трорина. Повсюду была кровь. Будто преступников выжали до суха. И только на дереве сидел один враг, обгадившийся со страху.
Он раз за разом пытался засунуть пальцы в рот, чтобы свиснуть, но его руки так дрожали, что он не мог попасть. Я облегчил участь бедняги засадив в глаз длинную кровяную иглу. Грузное тело с треском свалилось вниз, ломая ветки, и громко шмякнулось о землю. Мы остались один на один с тяжело дышащим чудищем, стоящим посредине поляны.
— Эй, мы можем поговорить? — осторожно спросил я, мысленно выводя начальный квадрат.
Тварь больше похожая на несколько сплетенных в одну фигуру стволов дерева резко повернулась ко мне. С неестественной для таких размеров быстротой. И я увидел торчащую из дупла голову свой Царевны-лягушки, впавшей в глубокий транс. Ее глаза сверкали янтарным пламенем, лианы, идущие из волос, переплелись с древесным стволом. Она готова была убивать и только убивать.
Бежать от такого в лесу? Немыслимая глупость. Это как бежать от кабана или медведя. У меня был только один шанс выжить — победить ее в схватке. И отброшенный одним из бандитов меч говорил о том, что все может получится. Мой меч. Кладенец. Осталось его только подобрать, не попадаясь под гигантские лампы — ветви.
Проверка ловкости. База: 2 (+2 ловкость, +3 элита, −3 при смерти). Бонус: −14 (-7 легендарный противник, −3 родное оружие, −1 хорошее оружие, −5 легендарная сила, +2 общий). Бросок: 4. Требование: 2. Божественный провал.
Проверка выносливости. База: 10 (+5 разбитое сердце, +3 выносливость, +2 естественная броня). Бонус: −4 (-5 легендарная сила, −1 хорошее оружие, +2 общий). Бросок: 3. Требование: 4. Легендарный успех!
Проверка удачи. База: +1. Бонус: +2 общий. Бросок: 3. Требование: 3. Потрясающе!
Меня отбросило через всю поляну. Кости затрещали от удара о дуб. Но вроде выдержали. А кроме того мне повезло несказанно. Отлетев от дерева, я приземлился прямо на неудачника, решившего стащить мой меч.
Подхватив его с земли, я откатился назад, не давая длинным лапам схватить меня. Стоило пальцам коснуться рукояти, как по ней пробежали руны. Теперь я чувствовал, что они не просто отзываются на мое тело, они питаются той же силой, что и рабский ошейник. Но делят ее между собой, не увеличивая, а разделяя.
Режущая кромка накалялась, приобретая вначале пурпурный, а затем и желтый цвет. Горячий воздух гудел, огибая клинок. Теперь я был готов к битве гораздо больше, чем за все предыдущие месяцы. Но передо мной стояла нетривиальная задача. Я не хотел убивать девушку. Придется сражаться не только в полную силу, но и стараясь при этом не убить Лягушку.
