— Разрешите я вас провожу? — предложил штабс-ротмистр, в ответ на что я лишь кивнул.
Мы прошли шагов десять, прежде чем Васильков снова заговорил.
— Один мой знакомый предположил, что вы не тот, за кого себя выдаёте, — наконец выдавил он из себя.
— Неожиданно… — усмехнулся я в ответ, — И кто же я такой, по его мнению?
— Исследователь от государства, возможно, снабжённый каким-то специальным артефактом, — с насмешкой донёс до меня конспирологические домыслы штабс-ротмистр, но его взгляд эту насмешку нивелировал.
— Разве только артефактом Удачи, — вздохнул я, — Жаль, что таких не бывает. Хотя, вряд ли стоит называть удачей, когда на тебя мутанты изо всех щелей лезут.
— О, кстати! Не подскажете, откуда у вас такие знания по созданию артефактов.
— От нехватки денег. Знаете, на стипендию курсанта не проживёшь, а очень хочется. Пришлось после второго курса потратить всё лето на изучение книг, насмерть замучить нашего преподавателя по артефакторике, а потом весь третий курс убивать всё свободное время и даже отрывать от сна час — другой, клепая артефакты на продажу. Зато чему-то научился и даже с некоторыми накоплениями покинул стены училища.
Довольно добросовестно выдал я чистую правду, хотя разговор мне не нравится. Ещё чуть-чуть, и будет похоже на форменный допрос.
— И Огнешар у тебя знатный. Адепт первого уровня. Как и у меня.
— Вам напомнить, как мы на берегу встретились? Наши офицеры часто тренируются?
— К сожалению, нет.
— А я при любом удобном случае. И сейчас я снова иду работать, а не в потолок плевать.
— Хотите сказать…
— Уже сказал, — отрезал я и свернул ко входу в мастерскую.
Штабс-ротмистр вроде неплохой мужик, но похоже я чересчур близко его к себе подпустил. Придётся добавить холодка в наши приятельские отношения.
Работу с накопителем я закончил примерно через четыре часа. Красивая штука получилась, но довольно громоздкая и тяжёлая. Как бы не под четверть фунта весит. Не удивительно. Три серебряных рубля пришлось раскатать, а каждый из них весит больше двадцати грамм. Амулет определил на длинный шёлковый шнурок, отмерив его так, чтобы артефакт оказался на ладонь выше пупа. Пока я весь из себя поджарый то там он незаметней всего будет.
Попробовал влить Силу. Половина резерва — как с куста, а заполнение накопителя от силы десять процентов. Прелестно!
Хороший накопитель получился, но вот вопрос с его зарядкой нужно решать. Нет у меня столько времени, чтобы самому его наполнить. То выход, то боевое дежурство, то тренировки. Нет, Сила мне самому нужна. А пока — только на сон грядущий могу себе позволить её расходовать.
Помогут ли знания моего бывшего мира решить проблему? Конечно же — да! Но работы и серебра потребуется изрядное количество. Оглядев совершенно другим взглядом выделенную мне комнатушку, я измерил её шагами, а потом провёл приблизительный расчёт. А неплохо!
Если по периметру комнаты протянуть приёмный контур и замкнуть его на заряжающий артефакт, то даже местного слабого магического фона хватит, чтобы за два — три дня наполнить мой новый накопитель. А плинтуса на полу и порог у дверей мне в помощь. Чуть отожму их, благо на гвозди кто-то поскупился, протяну под ними тонкую серебряную ленточку, и заколочу всё обратно. Концы ленты выведу в угловой сундук, полный всякого хлама, установлю там артефактную зарядку и замок повешу. Как по мне — отличный вариант! Но займусь я им завтра. Нет у меня при себе серебряных рублей в нужном количестве.
А сейчас немного почищу каналы, так как ничего серьёзного больше не успеваю сделать — и на обед. Кстати, каналы у меня чуть-чуть расширились и окрепли, поэтому в зал офицерского собрания я заходил в превосходном настроении.
Васильков меня уже поджидал за «нашим» столом, в компании двух незнакомых офицеров.
— Подпоручик Энгельгардт, Владимир Васильевич. Поручик Левин, Илья Юрьевич. Штабс-ротмистр Львов, Дмитрий Константинович, — представил он нас друг другу.
— Добрый день, господа, — кивнул я в ответ, усаживаясь за стол.
Удостоился заинтересованных взглядов, но разговор пришлось отложить — мне принесли восхитительный стейк средней прожарки, из черепахи, который я успел заказать, заходя в зал.
У «соседей» хватило терпения. Дождались, пока я разберусь с мясом, и лишь потом приступили к планомерной осаде.
— Владимир Васильевич, мы знаем про ваши удачные выходы к Куполу, — начал Левин.
— Как и про ваши трофеи, — подхватил Львов.
— Польщён, — равнодушно признался я, разглядывая на свет переливы вина в своём бокале.
— Не желаете поделиться с нами вашей тактикой? — не вытерпел Илья Юрьевич.
— Неужели штабс-ротмистр Васильков красочно не расписал свой рассказ про наш совместный выход? Увы мне, но я не обладаю и пятой долей его таланта рассказчика. Поэтому просто не хочу вам портить впечатление от его замечательного повествования, — попытался я перевести стрелки на Василькова.
— Разумеется, мы его внимательно выслушали, — бессовестно сдал штабс-ротмистра нетерпеливый Левин, — Но даже после этого осталось много неясностей.
Его дальнейшие рассуждения прервал ротмистр Удалов, пришедший на обед. Мы встали, чтобы поприветствовать старшего по званию. А потом пришлось сдвигать столы.
Удалову удалось отвлечь наших соседей минут на пять, пока ему несли мясо.
— И всё же, подпоручик, как вам это удаётся? — дождался Львов, когда наш ротмистр приступит к стейку.
— О чём речь? — отложил в сторону столовые приборы Удалов, отчего-то глядя на меня.
— Хотят выпытать, как можно организовать Пробой, — легко угадал я потаённые мысли гостей.
— Не лишайте их радости. Пусть своим умом разгадают довольно нехитрую загадку. Просто расскажите нашим гостям про молодого шамана, и у них будет столько же карт на руках сколько было у вас, — посоветовал мне Удалов, заново приступая к стейку.
А я что… Взял и рассказал.
На самом деле и я, и ротмистр уже оценили Купол, как шикарную ресурсную базу.
Недаром у нас с самого утра раздаётся стук топоров и молотков. На первые же деньги, полученные в фонд заставы, наш ротмистр закупил брёвна и доски. Давно ему не давали покоя убогие смотровые башни по углам заставы, куда вчетвером не вдруг поместишься.
Зато нынешние, что строятся — просто красота!
Гораздо больших размеров, Г-образные, с широким настилом и козырьком. Туда не только дюжину стрелков можно разместить, но ещё и нескольких магов. И строится вся эта красота на доходы от трофеев, которые идут в фонд заставы.
И казалось бы — мне радоваться надо, что обороноспособность заставы на глазах растёт, но это кому как. А с меня, на каждый помост, ротмистр стребовал по паре защитных артефактов.
И я их сделаю. Пусть не завтра. Но и тянуть не стану.
После обеда мы пошли провожать гостей. Не сказать, чтобы они уезжали недовольные, скорей — изрядно озадаченные. Всё-таки неплохо меня Удалов прикрыл. Все возможные претензии превратил в забавную викторину.
Вот только чую, что скоро ротмистр заведёт разговор о том, что пропорции дележа трофеев надо бы поменять. И знаете — я соглашусь.
В прошлый раз я его поймал в критической ситуации, когда он и не на такие условия рад был соглашаться, а нынче…
— Владимир Васильевич, а вы можете следующий Пробой подольше подержать? — остановил меня ротмистр, — Если верить арифметике шамана, то мы скоро год уже выиграем.
Ну, вот и началось…
Миры вроде бы разные, а люди не меняются.
Глава 18
Поехали!
В рейд с десятком Карловича мы вышли рано утром, уже сложившимся составом, который включал в себя три подводы хозяйственников с тремя сопровождающими. Ещё и пяти вёрст от заставы не отошли, как вдруг Самойлов головой закрутил. Потом он и вовсе всех остановил и выслал две пары бойцов далеко вперёд.
