Многие покидали Мироан, расселяясь по диким планетам. В нынешнее время существовало уже пять зоннёнских колоний, но они были слишком незначительными, чтобы кто-то всерьез назвал всё это зоннёнским альянсом планет.
На Ишир стремились единицы. Наверное, потому что он был довольно густонаселен, и основать здесь полноценную зоннёнскую общину было невозможно. А вот таким одиночкам, как я, на этой планете было комфортно, по крайней мере, в какой-то степени.
В очередной раз вынырнув из размышлений, я заметила, что недалеко мнётся совсем молодой парень-зоннён, который не сводит с меня глаз. Интересно, что ему нужно?
Я демонстративно отвернулась, наблюдая за камерой сканирования, в которой сейчас находился мой подопечный. Около этой камеры суетились двое учёных, записывая выплывающие на экране данные в кристаллический носитель. Их длинные золотые волосы были заплетены в тугие косы и скручены на затылке: только в таком виде зоннёны допускались к работе в лаборатории.
Меня отправили дальний угол, чтобы не мешала, и мне здесь было довольно комфортно, если бы только не буравящий взгляд того юного соотечественника, который умудрялся прямо сейчас распылять вокруг себя отчетливое любопытство.
— Что??? — не выдержала я, оборачиваясь и смотря на парнишку раздражённым взглядом. — Мы знакомы?
Он вздрогнул, переменился в лице, после чего сделал несмелый шаг вперёд и кротко произнёс:
— А вы действительно Тианна Синоарим-Хайро — дочь Шиэла Синоарим-Хайро?
Я закатила глаза. Ну вот что с ним делать? Послать на иширские три буквы? Неудобно. Я хоть и бунтарка, но… до откровенного злоречия не опустилась. Но и отвечать откровенно не хотелось.
— Меня зовут Тина Хайроу… — процедила я, надеясь, что он отвяжется. Но паренек вдруг просиял и произнес:
— Тогда это точно вы! Я узнал вас! Очень рад…
Я скривилась. Что за радость у него какая-то неадекватная?
— Что тебе нужно? — бросила я, недовольно поджимая губы и надеясь, что мое неприветливое выражение лица отпугнет мальчишку, и он отстанет от меня со своей непонятной радостью.
— Мне — ничего, — поспешил заверить он, — но мой дядя… он давно ищет вас!
— Дядя? — нахмурилась я. — Какой еще дядя?
— О, вы точно с ним знакомы! Его зовут…
— Рагнис! — выкрикнул кто-то раздраженным голосом, заставив мальчишку съежится. — Зачем ты меня звал?
Парень испуганно посмотрел мне за спину.
— Всё ради вас, дядя… — проговорил он смущенно, после чего развернулся и поспешно юркнул за дверь, не удосужившись даже попрощаться.
Мое сердце колотилось, как сумасшедшее, потому тот голос я определенно узнала. Медленно развернулась, всеми силами сохраняя равнодушие в глазах, и естественно увидела до боли знакомое лицо.
— Тианна? — это лицо изумлено вытянулось, а когда зоннён разглядел мои обрезанные волосы и иширскую полицейскую форму, то впал в некое состояние шока. Хотел телепортироваться поближе, но встроенная по периметру лаборатории антителепортационная защита не позволила.
Тогда парень нервно зашагал вперед и остановился буквально в метре от меня.
— Тианна… — на сей раз в его голосе сквозила… жалость. Серьезно?
Я не сдержалась и пренебрежительно фыркнула.
— Не ожидала увидеть тебя здесь Ниэллин, — проговорила я, следя, чтобы ментальные щиты стояли, как влитые, и чтобы я, не дай Создатель, не пропустила наружу тот ураган, что бушевал у меня внутри. — Ты же вроде должен был сейчас нежиться в семейном гнезде…
Нет, всё-таки не удержалась от упоминания его женитьбы!
С тех пор, как мы разорвали отношения, мой бывший жених долгое время не пытался вступить в брак (чем меня, естественно, очень удивлял), но пару лет назад всё-таки нашел подходящую невесту, о чём вещали все новостные источники Мироана.
По обычаям зоннёнов молодым давался отпуск на целых пять лет жизни (аналог иширского медового месяца). Они не работали и не отлучались друг от друга ни на день. Ниэллин, правда, вполне мог периодически бросать невесту, чтобы развлекаться на стороне, это его тема. Но не в этом суть…
Если он всё-таки женат, то что забыл на флагмане около Ишира?
Парень выровнялся и быстро вернул лицу спокойное, уравновешенное выражение. Темно-синие глаза блеснули, длинная шея, увенчанная многочисленными украшениями, вытянулась. Хорош, гад! До сих пор хорош, но! Лучше всего он смотрелся бы в виде статуи у меня во дворе многоэтажки…
— Я здесь работаю… — заявил парень с достоинством. — Уже полгода как… А еще… — он сделал театральную паузу, — а еще я прилетел за тобой!
Я настолько изумилась, что всего на мгновение опустила ментальные щиты. Но вряд ли Ниэллину понравилось то, что он увидел в моей душе, потому что она источала… отвращение, от которого зоннён вздрогнул, нахмурился и даже побледнел.
Я быстро возвратила себе спокойствие и не меньшее достоинство, после чего усмехнулась и пренебрежительно бросила:
— Дурацкие у тебя шутки, Ниэллин! А если это всё всерьёз, то вынуждена тебя разочаровать: ты мне и даром не нужен! Давай сделаем вид, что не виделись и не разговаривали. А то ведь твоя драгоценная репутация может пострадать. Я, знаешь ли, давно уже персона, о которую можно измазаться, ты не знал? Так что… сгинь!!!
На этой грубой ноте я развернулась и направилась прямиком к камере, в которой лежал Лукас. В душе на самом деле бушевал такой ураган, что меня даже потряхивало. Нет, вовсе не из-за того, что я питала к этому индюку чувства. На самом деле меня коробило от мысли иметь дело с такими, как он. Сердце наполнялось болью — прежней болью отвержения и несправедливости, которые угнетали меня в прошлом.
Нет, ни за что не вернусь в то состояние! Лучше сконцентрируюсь на чем-то хорошем.
Лукас! У меня есть Лукас!!!
Он хороший, он приятный, он не такой, как Ниэллин…
Он хочет ночь любви? Что ж, я дам её ему. Подарю клону радость и себя не обделю. Потому что я тоже хочу забыться, чтобы вычеркнуть прошлое из сердца окончательно…
Ненавижу свою прошлую жизнь…
В этот момент ученые закончили обследование, и крышка камеры медленно отъехала в сторону. Лукас присел, приходя в себя, а я с каким-то новым ощущением пробежалась по его обнаженному торсу взглядом.
Лукас гораздо лучше Ниэллина.
Мы с ним в чем-то похожи. По крайней мере, я так чувствую. У обоих полно дрянных воспоминаний, оба хотим сбежать от старой боли…
Кажется, после встречи с бывшим женихом к исполнению своего обещания я была готова отнестись гораздо более позитивно…
Глава 17
Ультиматум и безумие
Зоннёнский ученый поманил меня жестом в соседствующую с лабораторией комнату, пока Лукас приходил в себя и одевался. Я последовала за ним довольно настороженно. И хотя я не могла чувствовать его эмоций, но выражения синих глаз было достаточно, чтобы понять: меня не особо уважают здесь, но вынуждены терпеть мое присутствие из-за приказа Руэля Синоарим.
Мы вошли в небольшое светлое помещение, уставленное чисто зоннёнской многофункциональной мебелью, которая по щелчку пальцев могла трансформироваться во что угодно. Например, уютный белый диванчик мог вмиг преобразиться в кресло и даже в небольшую кровать, а письменный стол с лёгкостью превращался в неприметный комод, который легко можно было приставить к любой стене.
От обилия белого цвета заслезились глаза. Кажется, я совершенно отвыкла от столь слепяще-строгого стиля.
Ученый указал мне на кресло, а сам медленно стянул с себя длинный белый халат. Ожидаемо, под ним оказалась шёлковая туника до пят, которая облегала тощее тело подобно свадебному платью иширской невесты.
От этого сравнения мне захотелось захихикать. К тому же, волосы ученого, гордо свёрнутые на затылке в спираль, усиливали сходство с изящной иширской женщиной, и уголки моих губ потянулись вверх.
Проклятье! Я же сейчас угроблю напрочь наш с ним вежливый разговор!
