Хотя не думаю, что эта связь долго продлится, если и возникнет. Юля просто привыкла, что все в неё влюбляются за внешность, а тут вроде влюбился, но не за внешность! Как так⁈ Почему⁈ Но скоро это приестся, пройдёт, и будет она рыдать у меня на плече, заливая мне одежду солёными слезами.
Хотя, может, и нет. Так-то я за то, чтоб всё у них было хорошо, совет да любовь.
Но больше я ни про кого спрашивать не пойду! Хватило и одного, блин, раза!
Юля с Никитой и правда каким-то образом сошлись. В тот же вечер она прибежала ко мне с радостными визгами, что он любит её любую, и на следующий же день на полигон они пришли уже в обнимку. Я только облегчённо выдохнул!
Фирсов не обманул. В субботу за мной приехала машина — не легковушка, а грузовой «Соболь». Водитель объявил, что ему приказано помогать мне с доставкой необходимого, поэтому он в полном моём распоряжении.
Что ж, мне же лучше.
Мы поехали на площадку фирмы, которая торгует песком, щебнем, камнем и прочим подобным. Там я уже присмотрел речную гальку — обточенные водой камешки плоско-овальной формы, идеально подходящие для моих нужд. Пару часов я выбирал то, что мне приглянулось, потом водитель таскал камни в машину, как набиралась корзинка.
Закончив, отправились за город, в знакомое уже поместье. Там машина доехала прямо до лесочка с аномалией, водитель выгрузил окатыши, а я начал над ними работать. Вообще-то в этом мире дренаж аномалий делали с помощью артефактов, вроде тех, которыми та тройка исследовала лесок. Но покупать их меня откровенно жаба душила, не вечно же я подобным заниматься буду. Поэтому камешки, а не артефакты!
Устроившись на услужливо принесённом раскладном стульчике, начал наносить руны на окатыши. Я специально узнавал, не является ли это чем-то неизвестным в этом мире. Но нет, руниры тут знали, но редко их использовали, потому что артефакты на основе ресурсов из Руин были универсальнее. Хотя я подозревал, что ничего подобного. Просто артефакты можно задорого продавать, а руниры могут ничего не стоить. Вот как сейчас с окатышами!
Выжигал я их просто — окутывал кончик пальца огнём и выводил руны на камнях, буквально выплавляя их. Потом телекинезом зачищал окалину и шлак, в результате получался камешек с руной на нём — рунир.
Для конспирации пришлось делать много пустых руниров и искаженных, чтоб никто не повторял потом за мной. Тем более Фирсов время от времени приходил, пялился на мою работу, будто что-то в ней понимает, уходил. Нет уж, если захотите сами такие делать, то придётся долго гадать, какие настоящие, а какие — полностью фальшивые!
Водитель принёс мне обед и ужин, а на ночёвку меня устроили в небольшой сборном домике, который стоял неподалёку от развалин местного особняка. Тут жили рабочие, что приводили территорию в порядок, ради меня пристроили ещё одну комнату, притащили туда кровать, кресло и даже телевизор, повесив его на стену.
А вот в общем душе мыться я постеснялся, все рабочие были мужчинами, а голую иллюзию себя-мужчины я не делал… Так что пришлось ложиться спать в одежде, а утром вставать немытым.
К вечеру воскресенья руниры были доделаны, так что часть я закопал их по периметру Омута, часть просто накидал сверху. Руны налились магической силой, и все, кто были при этом, Фирсов, его помощник Кирилл, водитель и несколько любопытствующих рабочих, почувствовали, что из леса будто подул магический ветер.
— Чувствуете? — я посмотрел на Фирсова, что с каменным лицом следил за тем, как я разбрасываю руниры.
— Да. — он кивнул и вдруг решил поделиться. — Признаюсь, я не очень верил в эффективность этой вашей работы, лицензированные артефакты казались надёжнее. Но вы показали, что умеете гораздо больше, чем можно подумать.
И непонятно, это он похвалил или обругал. Что значит «Гораздо больше, чем можно подумать»⁈
Но я промолчал.
На две недели мы оставили аномалию в покое. Пусть магия из неё утекает в пространство, делая это место безопасном. А то ещё в своём мире я пару раз видел, как идиоты залезали в аномалии, с виду совершенно безобидны, а потом лопались кровавыми брызгами, зачерпнув слишком много силы из окружающего пространства. Иногда изобилие смертельно!
— Вам нужна помощь, Александр? — спросил Фирсов.
Мы все снова собрались у аномалии. За две недели плотность магии вернулась к естественному значению, так что аномалия стала условно-безопасной. Осталось разобраться только с тем, что под землёй.
— Не откажусь, если у вас есть маг Земли. Или экскаватор, которым не страшно пожертвовать, если что.
— Увы, ни первого, ни второго. — развёл руками мужчина.
— Тогда я сам справлюсь, Ваше Благородие.
— Не буду мешать.
Ну вот, зачем только лез тогда?
Вообще мага Земли мог бы и подогнать, вряд ли он не догадывался о его нужности, раз уж проблема под землёй. Но, мне кажется, он всё ещё испытывал меня, ему было любопытно, как я справлюсь с раскопками без Земляка.
У меня этот процесс был уже давно опробован. Я стал создавать небольшие, в полметра диаметром, полусферические щиты, зачёрпывать ими землю и относить её в сторону, сваливая на кучу.
— Ого! — Фирсов с уважением посмотрел на меня. — Никогда не думал, что это заклинание можно использовать подобным образом.
— Заклиная вообще весьма пластичны, если немного поэкспериментировать, то можно найти много новых применений для давно известных. — я пожал плечами.
Это, скорее, из разряда «голь на выдумку хитра». Нас в армии заставляли заниматься чёрти чем, так что мы извращались как могли. Помню, как-то сидели посреди степи, скучали, а чтоб развлечься, выдували сусликов из нор боевым заклинанием «Тёмный ветер». У кого суслик выше подлетит, выдутый из норы, тот и победил!
Щитом копать было удобно, так что уже через час у меня получилась яма в девять метров глубиной и в пятнадцать метров шириной. И вот на этой глубине я и докопался до муравьёв! Щит наткнулся на что-то прочное, что не поддалось ему, хоть до этого он с одинаковой лёгкостью черпал землю, перерубал корни и дробил мелкие камешки.
— Коконы. — предупредил я зрителей. — Надо быть осторожными. Если они… Назад!
Я только в последний момент успел на инстинктах поставить перед собой щит, когда в него вонзилась острая лапа, похожая на лезвию косы. Именно что вонзилась! Лапа пробила мой Мастерский Щит, высунувшись сантиметров на двадцать с внутренней стороны!
Перед щитом стоял высокий, ростом под два метра, чёрный монстр, закованный в прочную хитиновую броню. Мощные жвалы, которыми можно сантиметровую сталь разрезать, четыре толстые, мускулистые верхние лапы, две нижние, весь панцирь в шипах и небольших лезвиях. Убойной силы косы были как раз на средней паре лап. Это был не муравей, а какая-то машина смерти!
К чести Фирсова, он не сплоховал. Вокруг него вспыхнул мощный сферический Щит, защищая его от атак, вокруг Кирилла тоже, тот шагнул в сторону, закрывая собой любопытствующих рабочих. Работяги не сразу среагировали, а когда увидели муравья, то развернулись и с внушающей уважение скоростью припустили подальше отсюда.
— Не смотри туда, сюда смотри! — отправил в грудь муравью, засмотревшегося на рабочих, парочку огненных шаров. Те разбились о хитин без видимого эффекта, а муравей гневно защёлкал жвалами. — Мощный парень!
— Вам помочь? — Фирсов переводил взгляд с меня на муравья и обратно.
— Пока нет.
Четыре Щита сжали муравья со всех сторон. Он ещё громче защёлкал и стал бить косами и кулаками верхних лап по щитам, а нижние лапы задёргались, выдирая траву с корнями и сдирая почву.
Да уж, физической мощи ему не занимать! Щиты трещали под ударами кулаков, косы кромсали их, проделывая рваные дыры, а сам муравей уже чуть не выскользнул из захвата.
Между моих сложенных лодочкой ладоней появился огонёк, яркий-яркий, я вдохнул в него побольше сил и выпустил на волю. Изогнутое огненное лезвие невозбранно пролетело сквозь Щит и отрубило муравью нижние лапы по колени!
