Глава шестая
Командировка
Николай вышел на улицу и развернул распечатку. Прямо в области груди расположилась клякса, ее ложноножки расползлись по телу, оплетая важные органы. Судя по всему, жить Николаю осталось не так уж и много – максимум полгода. Врачи обнаружат рак на последней стадии и многочисленные метастазы, предложат химию или лучевую терапию, но вылечить в глобальном смысле не смогут.
Павлу тоже не повезло три с лишним года назад. Правда, никто его не привораживал, сработали по-другому: Павел увлекался редкими изданиями книг. Вот и тогда он заказал у букиниста сборник стихов Пушкина тысяча восемьсот какого-то мохнатого года, все уши коллегам прожужжал. Даже на работу притащил книгу – хвастался. А проверить – не проверил, лоханулся по полной программе, как та, беременная, с крадущей из зеркала.
В книге между страниц лежала засушенная роза, на которую была сделана сильная порча. Павел взял цветок в руки, и сработал спусковой крючок – через восемь месяцев его не стало. Когда хватились, искать отправителя бандероли было поздно: никаких следов. Обратный адрес, как и имя букиниста, оказались липовыми. Так что Николаю повезло: на нем порча развивалась медленнее, а то бы уже скопытился. Если можно это назвать везением.
Вместо собственного отдела он направился в соседний дом, там располагалась кофейня. Теперь о здоровье можно не переживать: скоро Николай многое не сможет себе позволить. Он заказал двойной эспрессо и кусок торта «Тройной шоколад» – радость желудка. На смартфон пришло сообщение от Сэма: «Тебя где черти носят? Шеф уже несколько раз спрашивал». Николай отключил телефон: обойдутся, а ему необходимо побыть одному. Все же не каждый день узнаешь, что жить осталось всего ничего.
Он неспешно, со смаком, доел пирожное, запивая его крохотными глотками кофе. Николая охватило ощущение спокойствия и безвременности, будто он наконец выпал из мирской суеты и все отошло на второй план. Покончив с пирожным, он подумал немного и заказал еще «Оперу» – такой день стоит отметить, пока есть возможность.
Когда Николай вошел в кабинет, шеф был сильно не в духе.
– У нас рабочий день в девять начинается, – он выразительно постучал пальцами по часам.
Женечка округлила глаза: мол, не нарывайся.
– Извините, Виктор Иванович, задержался. – Раньше бы Николай почувствовал себя виноватым, да и сердить шефа мало кто рисковал. Сейчас он ничего не испытывал, будто все эмоции кто ластиком стер.
– Ладно, Дергунов, но чтобы в последний раз.
Шеф обвел коллектив взглядом для придания значимости словам.
– Поступила разнарядка из центра: отправить двоих в Ленобласть. Там живет колдун с родовым бесом в качестве подселенца. Этот колдун согласен на исследования.
– А почему не из Питера отправляют? – задал вопрос Михаил. – Их же епархия.
– Потому что колдун выставил условия: человек должен быть из Москвы.
– О как! – удивился Михаил.
– Можно я? – горячо запросился Сэм. – Виктор Иванович, я хоть завтра готов.
– Вдвоем надо ехать, – отрезал шеф. – Все же родовой бес – это не крадущая и не сосущая. Случай посерьезнее. А Николай до сих пор без прививки. Из отдела кадров приказ пришел: отстранить его от выездной работы.
– Он сделает! – Сэм чуть не подскочил до потолка. – Николай, скажи!
Самому Николаю было все равно. Ему хотелось сбежать с работы и посидеть в одиночестве: следовало привести мысли в порядок.
– Сделаю, – подтвердил он. – Прямо сейчас.
– Тогда ладно. – Шеф пытливо уставился на него. – Возьмешь справку о прививке и отнесешь ее в отдел кадров. Пусть тебе и Симеону выпишут командировочные удостоверения с понедельника.
В обеденный перерыв Николай снова зашел к Ольге.
– Уже прошел детоксикацию? – удивилась она.
– Я не буду ее делать, – ответил он. – Смысла никакого. А они сразу же сообщат в отделение.
– И что? – Ольга повысила голос. – Надо бороться за себя.
Николай устало посмотрел на нее:
– Дай мне справку, что я сделал прививку. Иначе меня в командировку не пустят. Мне-то все равно, но Сэм рвется из дома сбежать.
– Не дам! – Ольга сердито взглянула на него поверх очков. – Нечего вести себя как ребенок!
– Оля, – он взял ее за руку, – не надо. Ты же умная, сама все понимаешь. Поздно уже.
– Съездим в поликлинику в субботу, – руку Ольга не выдернула, – вместе. У меня там приятельница работает, она никуда ничего сообщать не будет.
– Хорошо, – согласился Николай.
– Справку я тебе дам, но прививку сделаешь после курса очистки, сама лично прослежу.
Через полчаса в отделе кадров Николай получил на себя и Сэма командировочные удостоверения.
В понедельник рано утром они встретились возле Ленинградского вокзала. Николаю пришлось взять такси, потому что метро еще не работало. Он стоял на Площади трех вокзалов и разглядывал торжественно-нарядные здания: давно тут не был. Москвич, а саму Москву видит редко. Надо будет взять экскурсию по городу: и развлечется, и просветится.
– Привет командированным! – поздоровался подоспевший Сэм. Он весь светился от радости. – Зажжем в культурной столице?
Николай пожал плечами: ему без разницы. В Питере он был в одиннадцатом классе на осенних каникулах и с тех пор возвращаться туда не планировал. Они зашли в вагон и заняли свои места за столиком.
– Кайф! – Сэм вытянул ноги. – В общем, развлекать я тебя не буду, можешь отдыхать.
Сэм вытащил из сумки планшет, включил какое-то кино и достал бутылку пива, завернутую в бумажный пакет. Николай отвернулся к окну.
В субботу он прошел девять кругов ада, судя по ощущениям. Его ломало так, что с чисткой после приворота это и рядом не стояло. Под конец Николай не выдержал и нажал на тревожную кнопку. Ольга помогла ему сесть, но перед глазами мелькали черные мушки, во рту появился привкус ацетона, а в ушах долго звенело противными колокольцами.
Приятельница Ольги, которая проводила процедуру детоксикации, принесла чай. Николай пил его, ударяясь зубами о край чашки – руки тряслись от напряжения.
– Жду вас в следующую субботу, – объявила Ольгина приятельница, и Николай чуть не поперхнулся: снова?! Он этого не выдержит.
– Необходимо еще четыре процедуры, – виновато пояснила Ольга, – а потом контроль каждый месяц.
– А гарантии? – прохрипел он.
Ольга помотала головой:
– Никаких.
Она подвезла его до дома, затем проводила до квартиры.
– Спасибо. – Голос сорвался.
Ольга посмотрела на него выжидающе и в то же время с пониманием, а затем отправилась обратно. Николай сразу же залез в ванну: после детоксикации пропотел так, что одежду впору было выжимать. Зверски хотелось есть, но навалилась такая слабость, что Николай отказался от мысли приготовить еду самому и заказал пиццу. Половину съел сразу, оставшуюся часть оставил на вечер, а потом лежал пластом целый день: никаких сил не осталось.
Через три с половиной часа «Сапсан» прибыл на Московский вокзал. Сэм к тому времени выпил три бутылки пива и дважды посетил туалет. Николай никак не реагировал: Сэм – мужчина крепкий, с такой дозы не свалится. Они отправились за толпой, рассудив, что большинству, как и им, нужно в метро. Из детства Николай помнил, что Питер серый и скучный и что ему далеко до Москвы. Но сегодня день был на удивление ясный, будто солнце решило компенсировать городу недостаток света в остальное время. Да и при виде площади Восстания Николай понял, почему Петербург получил прозвище «парадный». Воистину имперский размах. Город ему неожиданно понравился.
«Надо будет приехать сюда в отпуск», – решил он.
Сперва они позавтракали в столовой у метро. Николай взял овсяную кашу на молоке, омлет и черный чай. Сэм выбрал жареную колбасу с картошкой и кофе. Цена приятно порадовала – в Москве пришлось бы заплатить вдвое больше. Они заняли столик в углу и плотно перекусили.
