— Думаю около часа назад. Если поторопимся догоним до вечера, все же зверь не слишком торопиться.
— Тогда не будем задерживаться, — кивнул Аркум поднимаясь и подбирая копье.
И он и Хвель специально для этого задания купили крепкие рогатины на ясеневых древках. Тяжелый наконечник в две ладони длинной позволял не только колоть, но и неплохо рубить, а стальная перекладина под ним могла удержать даже медведя, не давая зверю добраться до охотника. Успевший по дороге испробовать новое оружие на парочке мертвяков, поднявшихся на заброшенном кладбище, Аркум остался им доволен и даже задумался о том, чтобы оставить копье навсегда.
Лес по эту сторону ручья оказался чуть гуще чем до этого. Правда на скорости отряда это почти не сказалось – преследуемая ими тварь проделала в подлеске довольно широкую просеку, заодно лишив Хакара необходимости выискивать следы.
Около двух часов группа пробиралась по лесу. Тут и там пели птицы, изредка вдалеке мелькали насторожено наблюдавшие за отрядом олени, лисы и прочие звери, не слишком спешащие уноситься прочь. Видимо ни Охотники, ни недавно прошедшая тут тварь не слишком пугала местную живность. Спокойствие леса мало по малу передалось и бредущим по нему людям. Редкие разговоры стихли, то и дело накатывающие волны легкой сонливости заставляли бросать по сторонам куда меньше внимательных взглядов, даже идти вперед и то не слишком хотелось. Лишь Хакар, выросший в этих местах, не поддавался очарованию леса продолжая внимательно следить за обстановкой вокруг. Лишний раз тормошить друзей он не хотел – ничего плохого из-за их расслабленности случиться не должно было, а к примеру, той же Крине подобная прогулка лишь пойдет на пользу.
Собственно, из-за этого внезапно раздавшийся где-то впереди громкий рев заставил почти всех в группе вздрогнуть от неожиданности. Над лесом поднялись стаи испуганных птиц, затрещали ветви, ломаемые несущимися прочь зверями, а столь усыпляющее спокойствие пропало без следа. Крепче сжав копье Аркум окинул группу быстрым взглядом и негромко уточнил:
— Далеко отсюда, Хакар?
— Версты две от силы, — уверенно ответил брильемец.
— Тогда вперед, пока тварь снова не скрылась, — скомандовал лидер первым шагая вперед.
***
Темно-синие, тяжелые волны с гулом разбивались о высокий скалистый берег, чтобы затем, с тихим шипением, белой пеной опасть обратно в необъятный океан. Горластые чайки тут и там сновали над водой, изредка опускались на далекий песчаный пляж, важно там прогуливались или просто отдыхали, а затем снова устремлялись в небо. По зеленому лугу, на котором кроме низкой и чуть бледной травы не росло больше практически ничего, прогуливались коренастые, недавно подстриженные овцы. Сколько всего голов было в отаре точно сказать было нельзя, но никак не меньше сотни. А на вершине пологого и довольно низкого холма, под кривым можжевельником расположились пастухи.
Первый был еще парнишкой, не старше лет четырнадцати: веснушчатое озорное лицо, слегка оттопыренные уши, беспорядок на голове, крестьянские портки на босых ногах и кожаный жилет поверх холщовой рубахи – в общем обычный деревенский паренек каких тысячи живет по всему континенту.
Второй внушал куда больше почтения. Рыжеволосый мужчина ростом на много выше среднего, немного грузный, но явно за счет крепких мышц, а не наеденного жира, вальяжно развалился на траве под сенью можжевельника. Закатанные рукава рубахи открывали вид на несколько шрамов украшавших его сильные предплечья и ладони, а давно не стриженная борода и собранные в косу волосы лишь добавляли его образу какой-то воинственности. Даже в обычной крестьянской одежде спутать этого мужчину с обычным батраком было невозможно. И дело было даже не в висевшем на поясе кинжале или поблескивающих под расстегнутой рубахой жетонах – сражения, которым он посвятил большую часть своей жизни, наложили на него какой-то невесомый отпечаток.
Подпрыгивая на месте от любопытства конопатый парнишка нетерпеливо спросил:
— А дальше? Что дальше то было?!
Неторопливо почесав загорелую шею мужчина, медленно расставляя слова, продолжил своей рассказ:
— Наш жрец тогда совсем выдохся, купол своего Бога уже толком держать не мог. А до храма старого еще с полторы версты было. Твари это знали, как и то, что напарник наш устал, тоже понимали, так что только и ждали подходящего момента. На счастье, мы как раз до начала тропы в гору добрались, а гора, скажу я тебе, крутая была, так что кроме как по нашей дорожке нигде больше быстро не подымешься. В общем жреца мы с Лаком оставили, следопытом нашим, и Гирой, так что ничего ему не грозило. Лак с лука своего за сотню саженей в мишень с мою ладонь попадал, да и стрелял еще столь быстро! А Гира хоть пиромантией не владела, зато глефой так орудовала, что залюбуешься. Да и собой хороша была чертовка, этого не отнять, так что я даже завидую Клоду, когда она ему на свое плечо опереться дала, — ухмыльнулся здоровяк.
Паренек на его слова лишь чуть смущенно улыбнулся и тут же вновь поторопил воина:
— А ты что делал?
— Мы с Вилом у подножия горы остались, подъем сторожить. Вилибальд хоть и не лучшим паладином был в отношении Чудес, зато булавой и щитом орудовал отменно, так что положиться на него можно было. Он бы и один довольно долго продержаться мог, а уж со мной и моей алебардой… В общем ребята наши еще отойти толком не успели, как из лесу твари в нашу сторону повалили. Что тут началось… Перевертыши те с собой не только обычных волков привести умудрились, а даже несколько волкулов подчинить умудрились. Так что стая там немаленькая была – в лесу они бы нас в миг порвали, да только у горы уже не все так просто было. Со спины нас не обойти было, так что обороняться мы долго могли, тем более что Вил булаву свою благословить мог, а моя алебарда под присмотром самого Кригара, так что даже оборотням мы шкуры попортить могли, что уж о мелочи то говорить.
От переполнявшего его восторга конопатый подскочил на ноги и подхватив свой пастуший посох принялся им размахивать, явно представляя на его месте тяжелую алебарду, которой боялись даже здоровенные оборотни. Воспользовавшись передышкой, мужчина приложился к лежавшей рядом фляге, краем глаза отметив на холме парочку человеческих фигур: маленькую девочку в простеньком сарафане, что со всех ног неслась вниз по склону и присматривающего за ней рослого парня. Улыбнувшись воин поднялся на ноги и неспешно двинулся на встречу гостям.
— Дядя! — еще за пару десятков саженей до мужчины звонко закричала девочка, ни на секунду не сбавляя скорость.
Присев здоровяк позволил непоседе с ходу запрыгнуть ему на шею, после чего пару раз вместе с ней покружился вокруг своей оси, чем вызвал новую волну веселья у вцепившей в него племянницы. Потрепав девочку по черным как смоль и заплетенным в две косы волосам мужчина ласково спросил:
— Что случилось, Хильда? Чего ты вдруг проведать меня решила?
— Брат тебе сказать что-то хотел, — вцепившись своей маленькой ладошкой в бороду дяди весело ответила девочка. — А я с ним вместе пошла!
— Да? Ну пойдем послушаем, — удивился воин.
Шедший следом за сестрой жилистый, высокий парень выглядел не таким веселым как малышка. Одного взгляда на его серьезное лицо было достаточно чтобы понять, что случилось что-то не слишком хорошее.
— Стряслось что, Лейф? — нахмурился мужчина.
— За тобой из Гильдии прислали человека, дядя, — качнув головой куда-то за спину ответил парень.
— На континенте случилось что? — еще больше нахмурился воин.
— Не знаю, нам посланник ничего не говорил, — недовольно взъерошил свои длинные волосы Лейф.
— Ладно, пойдем узнаем, что стряслось. Хельг, приглядывай за овцами! — крикнул мужчина, но чуть подумав повернулся к племяннику. — Составишь ему компанию? Боюсь один он прозевать кого-нибудь может.
Парень в ответ печально вздохнул, почесал щеку, лишь недавно начавшую покрываться светлым пушком, но все же кивнул:
— Хорошо, но за тобой должок, дядя. Я тоже посланника послушать хотел, а моя очередь пастушить была только через полторы седмицы.
