— Тебе так гораздо больше идёт, — сказал я, подойдя к девушке вплотную и заглядывая в уставшие красивые глаза. — Не стоит предавать забвению память о них. Позволь мне так называть тебя.
Не знаю, что происходило у душе и голове Эллы. Она снова прикрыла глаза, несколько раз рвано выдохнула, а потом нерешительно кивнула, давая разрешение. По щеке скатилась прозрачная слезинка, которую я вытер пальцем.
— И я обещаю тебе, Элла, — продолжил я, — твоя тайна умрёт вместе со мной. Ни за что я не предам тебя. Клянусь. И я хочу, искренне хочу помочь тебе в твоей непростой миссии. Пусть от меня мало толку, у меня нет ни сил, ни способностей, но просто всегда знай, я с тобой.
— Кай, — чуть слышно прошептала девушка.
А я, глядя в её глаза, осознал, пути обратно нет и я не хочу его искать. Устал бороться с собой и свои предрассудками. К чему все эти размышления? Все обещания, данные мной когда-то, будучи воином Ашрианской Империи, давно потеряли актуальность. Бессмысленно цепляться за прошлое. Судьба надёжно, нерушимыми невидимыми цепями приковала меня к этой девушке. И если в начале я невероятно злился из-за этого, то сейчас не был уверен, что это так уж плохо. Элла была удивительной. Она будила чувства и эмоции, мне обычно несвойственные. Была мне очень дорога. Желанна. И не в силах больше бороться с собой, я припал к мягким алым губам. Калейдоскоп ощущений тут же подхватил и закружил меня, убивая остатки сомнений. Я понимал, что вполне могу получить по физиономии за свою вольность, но почувствовал лишь ответ, лишивший разума.
Я целовал девушку, упиваясь сладостью нежных губ. Отдаваясь желаниям и инстинктам, которые давно рвались на волю. Сдаваясь в её власть. Сейчас всё стало неважным, кроме Эллы в моих объятиях. В этот момент она стала всем моим миром и я был до странно счастлив от этого.
АНИЭЛЛА
Я уже начала забывать, как сладок может быть поцелуй Кая. Но я и в самых откровенных фантазиях не представляла, какое счастье и наслаждение может подарить его страсть. Каждое прикосновение парня обжигало, сводило с ума, заставляя терять себя. Разум отступил под гнётом желаний тела. Да и какой смысл лгать себе? Я давно этого хотела. И потому сейчас с готовностью выгибалась навстречу откровенным ласкам ашрианца.
Постепенно вся наша одежда оказалась на полу. Внутри всё горело, требовало немедленного продолжения. Обнажённым Кая я видела лишь однажды, при весьма трагических обстоятельствах, у Мараса, и потому тогда старалась особо не разглядывать его. Сейчас же я с удовольствием и невольным восхищением смотрела на невероятный образчик мужской красоты. Даже длинные волосы, которые я на Земле никогда не считала в мужчинах привлекательной чертой, его не портили, а делали ещё притягательнее.
Его горячие губы на моих губах, руки на моём теле. Шёлковые волосы между моими пальцами, и бархатная кожа со стальными мышцами под ладонями. Всё это было таким важным, естественным и необходимым.
Вес его тела, плавные движения во мне… Я не понимала, как могла жить не зная этого счастья раньше. Тихие стоны. Мои. Его. Мой личный рай. Даже если потом всё полетит к чертям, я никогда не пожалею об этих мгновениях, потому что они лучшие в моей жизни. Нет ничего прекраснее, чем быть с тем, кого любишь. Именно сейчас, в объятиях Кая, я поняла, как на самом деле всё просто. Я люблю его. Именно поэтому, я так и не смогла почувствовать что-то к Лурену или Эслану. Зачем мне другие, когда моё сердце присвоил себе этот ашрианец? Понятия не имею, как и когда это случилось, но даже если Кай никогда не ответит мне взаимностью, я не смогу его разлюбить.
Все эти размышления промелькнули в затуманенном от страсти и удовольствия мозгу в считанные мгновения. И в момент наивысшего наслаждения, сильнейшего экстаза в своей жизни, которое просто лишило меня понимания того, кто я, где и почему, я простонала единственное имя, высеченное на сердце.
— Кай…
Парень в ответ лишь издал протяжный стон и ускорился, пытаясь достичь пика собственного наслаждения. И когда это произошло, Кай громко застонал, сжимая моё тело так, что явно останутся синяки. Стон перерос в рык, после ашрианец посмотрел на меня глазами, которые мигом согнали с меня чувственную негу, резко возвращая в реальность. Это были не знакомые, нереально красивые сине-фиолетовые очи, а глаза истинного демона из страшилок. Зрачок был узким и вытянутым, а прекрасный оттенок быстро заливало адское ярко-оранжевое пламя.
Резко скатившись с меня, Кай рухнул на пол, где сжался в комок. Я не понимала, что происходит. В душе нарастал страх. Вскочив, я в мгновения ока накинула на себя лёгкий халатик и метнулась к ашрианцу.
— Кай! — позвала я, касаясь его плеча, — Кай, что с тобой? Что происходит?
Он не ответил. Парня била крупная дрожь. А потом он закричал. Громко. Страшно. Заставляя моё сердце сжаться от этого крика, полного нестерпимой боли. Перевернувшись на спину, Кай продолжал кричать, иногда крики переходили в стоны, а стоны снова становились криками. Паника захлестнула с головой. Мне самой хотелось кричать и плакать. Я не представляла, как ему помочь.
Когда кожу Кая стала покрывать чернота, я совсем оцепенела. Чувствовала, как от ужаса леденеют конечности. Тело парня выворачивало под немыслимыми углами, всё это сопровождалось душераздирающими криками, переходящими то в вой, то в рычание. Руки ашрианца стали жуткими лапами с огромными когтями, которые, раздирая ковёр, оставляли глубокие борозды в древесине пола.
Понятия не имею, сколько длился этот Ад, но вскоре на месте Кая, оказался жуткий ящероподобный монстр, с крыльями за спиной. Его тело покрывала чёрная чешуя, отливающая то синим, то фиолетовым. Сзади метался гибкий хвост, кроша в щепки прикроватную тумбочку. Огромные когти и пасть, усеянная рядами острых зубов. Встав на ноги, а точнее, на задние лапы, то, что недавно было Каем, двинулось на меня, заставляя в ужасе пятиться. В ярко-оранжевых глазах с узким зрачком не было ни проблеска разума. Там были лишь голод и ярость. Там застыл мой приговор.
— Кай, — тихо и отчаянно позвала я, надеясь, что в этом существе осталось хоть что-то от мужчины, в которого я так неосмотрительно влюбилась, — пожалуйста. Я знаю, ты ещё там. Не делай этого, Кай.
Чудовище протянуло ко мне свою жуткую лапу, и я зажмурилась, ожидая боли, а потом своей смерти. Но прикосновение к щеке вышло едва заметным, даже нежным, не причиняющим вреда. Следом раздался непонятный звук, что-то между рычанием и жалобным скулежом. Тут я рискнула посмотреть в глаза своему страху. В жутком взгляде мелькнуло что-то непонятное, уязвимое. Следом монстр метнулся в сторону и, со звоном выбив окно, вылетел на улицу, растворяясь во тьме ночи.
Меня же в этот момент перестали держать ноги. Я почувствовала, как сдерживаемая доселе неведомым образом истерика захлёстывает с головой, не оставляя шансов воспротивиться ей. Пережитое оказалось слишком для моей психики. Ужас и страх рвались из груди рыданиями, а мысль, что моя любовь превратила Кая в чудовище, и вовсе убивала, принося просто невыносимую боль. Неужели это всё? Неужели я потеряла Кая? Потеряла его навсегда?
Глава 30. И снова проблемы
КАЙЛЕН
В нос бьёт запах прелой листвы, во рту что-то невообразимое. Мыслей в голове нет, только боль и пустота, со смутным, всё нарастающим чувством тревоги. Сделав над собой неимоверное усилие, разлепил глаза. Вокруг темнота, до слуха доносится лёгкий шелест. Что это? Деревья? Я в лесу? Но как?
Постепенно зрение адаптировалось, и я стал видеть окружающее пространство. Точно, я был в лесу. От дикой жажды драло горло. Кое-как сев, осмотрел себя и обнаружил, что с головы до ног покрыт чем-то странным, липким, местами неприятно стягивающим кожу. Отсутствие освещения лишало пространство цвета, и тогда я лизнул тыльную сторону запястья. Отвращение накатило волной. Это была кровь. И стало понятно, что за неприятный привкус ощущается во рту. Следом перед мысленным взором калейдоскопом промелькнул ворох смазанных, пугающе кровавых образов, заставляющих оцепенеть. Как я тут оказался и что я сделал?
