— Вы всерьез предпочитаете бесконтрольную энергию потока? — в голосе дракона неверие смешивалось со злостью.
Ардира такой тон раздражал. Усталость и сильные колебания наполнения магического резерва могли сыграть с и без того порывистым императором злую шутку, за которую пришлось бы платить всей империи. Поэтому Нальяс поспешил вмешаться.
— Лорд Старенс, наши маги не знают о потоках и источниках. То, что кажется вам очевидным, — для нас лишь размытый образ, неясная опасность.
Глядя в изумрудные глаза чужака, Нальяс прикусил язык и затаил дыхание. Собственные слова казались ему теперь вызывающе наглыми, а лорд Старенс явно не относился к тем, кто тихо сносил бы подобное поведение. Императора Ардира заявление юноши задело не меньше. Самоуверенный выскочка посмел признать слабость магов-соотечественников!
Пауза, долгая и неприятная, длилась бесконечность. Нальяс кожей ощущал недовольство правителя, а медальон стража на груди горел — верный признак того, что Ардир злился. Пузырек с янтарным зельем — сердце медальона стража — работал хуже артефактов, с которыми Нальясу довелось познакомиться. Он не просто оповещал о состоянии императора, но и немного изменял чувства самого стража, заражая его чужими эмоциями. Артефакторы Лиельса забраковали бы такой предмет, а имперские маги считали медальоны научным прорывом.
Нальяс вспомнил, с какой торжественностью ему вручали этот медальон при поступлении на служу, с каким презрением отбирали на время тюремного заключения. Император вновь пожаловал ему этот знак отличия, но теперь Нальяс сожалел о том, что носил пузырек. Ардир постоянно пребывал в скверном расположении духа, а происходящее его, по понятным причинам, бесило. И все же эмоции правителя сильно били по единственному оставшемуся в живых стражу. Даже казалось, у пузырька неплотно прилегает крышка, а едкая янтарная жидкость cочится на кожу.
Стараясь не обращать внимания на чужую злость, Нальяс твердо смотрел в глаза лорду Старенсу. Тот хмурился, а тишину нарушил голос молчавшего до сих пор лорда Санборна. Из-за странного акцента слова дракона напоминали научную справку. Будто усиливая это впечатление, лорд говорил сухо и медленно.
— Судя по вашим вопросам и колебаниям, источники этого мира еще не изучены. Но на самом деле все довольно просто, — заверил лорд Санборн. — У природной магии, как у ручья, есть начало. Ключ, бьющая из земли энергия, жилка магии, подошедшая близко к поверхности. Можно черпать силу, подпитывая резерв, можно использовать источник как мага-партнера во время различных ритуалов. Также можно соединить силы нескольких источников в один поток. Как ручьи сливаются в реку. Потоки, как и реки, подчиняются определенным законам. Так реки впадают в моря, а потоки отдают энергию ритуалу. В нашем случае речь идет об устойчивом портале.
Ардир нетерпеливо сложил руки на груди, но промолчал. Санборн усмехнулся, но продолжил прежним тоном в том же темпе.
— Обычно силу потоков концентрируют на артефактах. Потому что ни в одном из миров нет мага, способного выдержать подобное напряжение и выжить. Пока в ритуал не вмешиваются, поток опасен, но стабилен и послушен. Если ход ритуала нарушается, поток напоминает взбесившуюся лошадь. Для нее нет законов и правил.
— Опытный наездник может совладать и с такой лошадью! — отрезал Ардир.
— Конечно, — согласился дракон. — А если с ума сошел целый табун?
Император промолчал.
— Этот поток исключительно сильный. Подпитывается источниками из разных миров, древней магией наших родов, воплощенной вашими мастерами. Если в ближайшие часы не сконцентрировать энергию на артефакте, боюсь, Арросом этот табун не ограничится. Разрушений и смертей будет значительно больше.
— Кажется, наши переговоры зашли в тупик, — хмуро бросил Ардир. — Мы вернулись к тому, с чего начали. Либо вы разрушаете город с моего благословения, либо магия разрушает и город, и вас. Она же бесконтрольная, а вы к источнику ближе.
Теперь впечатление, что небо потемнело, совершенно точно не было обманчивым. Нальясу казалось, каждый дракон излучает темноту, и видел свечение на их пальцах.
— Уверен, есть выход, который устроит всех, — выпалил страж.
— Например? — леди Диала вопросительно приподняла брови.
— Например, ради безопасности и спасения города, мы отдаем артефакт. А вы уходите обратно через портал, — выдохнул Нальяс, глядя в синие глаза женщины. Медальон так жег яростью императора, что у юноши слезы навернулись.
Леди Диала улыбнулась, чуть снисходительно, с толикой сочувствия.
— Это была хорошая попытка, — заверила она, и Нальяс почувствовал, как ее тон и слова успокаивают других драконов. — Мы не уйдем. Но можем договориться, что не станем вызывать войска.
— Вы слишком просто и легко это предложили, чтобы в этом не виделся подвох, — Ардир не скрывал подозрительности.
— В отличие от вас, я осознаю, с чем имею дело, и предвижу масштаб разрушений, — леди Диала, казалось, нисколько не обиделась. — Ни вам, ни нам не нужны лишние смерти. Поэтому следует договариваться и идти на уступки. Ради своего народа.
— Простите мою откровенность, — голос Левьиса дрожал от напряжения, — но никто не поверит в ваше обещание не вызывать войска. Ваше коварное нападение, беспримерная жестокость…
— Поберегите слова, — жестко приказал лорд Старенс. — Мы перенасыщены магией. Любая слишком эмоционально сказанная фраза может случайно стать смертельным заклятием. Это не поможет переговорам.
Левьис побледнел, отступил на шаг.
— Вас устраивает предложение леди Диалы? — повернувшись к Ардиру, спросил командир чужаков.
— Мне больше нравится предложение господина Нальяса, — буркнул император. — Но я понимаю, что это пустые мечты.
Он помолчал немного, постукивая пальцами по плечу, и решительно заявил:
— Я согласен.
— Хорошо, — кивнул лорд Старенс. — В нашем мире есть нерушимые клятвы. У вас есть подобное?
— Есть обет. Это ритуал. К нему нужно подготовиться.
— Надеюсь, недолго. В запасе очень немного времени, — подчеркнул лорд Старенс. — Часа вам хватит?
— Да, вполне. Встретимся здесь же, — твердо ответил Ардир.
— Тогда до встречи через час, — простился дракон.
Глядя вслед удаляющимся чужакам, Нальяс верил, что они не обманули бы и без клятв и обетов. Но быстро выяснилось, что это мнение никто не разделял. Военный видел подвох в согласии драконов не вызывать войска, Ардир сомневался в правильности сделанного решения и сожалел, что не может проверить клятву Старенса. Но дальше всех пошел Левьис. Часть пути в ратушу он предлагал заменить обет на отравляющее заклятие, воспользовавшись тем, что драконы не знакомы с магией эльфов.
— Вы просто хотите обладать диском! — Нальяс возмущенно вклинился в рассуждения о том, каким заклинанием лучше воспользоваться. — Но из-за этого погибнут сотни!
— Вы поверили в бредни про потоки? — с издевательской ухмылкой предположил старейшина гильдии. — Они всего лишь хотят получить желаемое. Вам опыта не хватает, чтобы ложь от правды отличить. Уж не обижайтесь, юноша.
— Если вы не знаете о каком-то волшебстве, не значит, что это выдумка, — жестко осадил Левьиса император. — Ваше предложение было интересным, но думаю, господин Нальяс прав. Вы хотите получить диск. Как господин Фарсим до того. Видим, что из этого получилось.
— Меня вот что интересует, — открыв правителю дверь в ратушу, хмуро сказал воин. — Они знают о пленнике, но не упомянули его. Почему?
— Не знаю. И не скажу, что мне интересно, — бросил Ардир. — Главное, чтобы обездвиживающее заклинание не ослабело. Господин Левьис, займитесь.
Старейшина гильдии явно посчитал и тон, и приказ оскорбительными, но спорить не стал. Как и пытаться перепоручить задание Нальясу.
— Хвала Великой, вы вернулись! — по лестнице торопливо спустилась императрица.
— Что-то случилось? — насторожился Ардир, протягивая жене руку.
— Нет, — Мадаис обняла супруга и так тихо, что стоящий в шаге от правителя Нальяс едва расслышал, прошептала: — Я очень боюсь тебя потерять.
